Чтение онлайн

— Вы его ни за что не пройдете, — добавил второй парнишка. — Он такой огромный! А Димкина дача — напротив.

— Спасибо, ребятки. — Я полезла в сумку и достала сто рублей. — Вот, возьмите на мороженое и газировку.

— О, клево! — Белобрысый, не задумываясь, схватил деньги. — Спасибо.

— Ты зачем деньги взял? — шепнул ему черноволосый. — Мамка ругать будет.

— Не будет, мы скажем, что на дороге нашли. Побежали в ларек!

— Спасибо, — сказал третий и с опозданием рванул за друзьями.

Я быстро нашла большой коттедж из красного кирпича и подошла к забору напротив него. В палисаднике было пусто. Откуда-то из глубин одноэтажного деревянного строения раздавался стук молотка. В доме явно кто-то был. Возможно, это Степанов что-то там ремонтировал. А где же его машина? Мой взгляд уперся в металлический гараж. Что ж, там вполне могли находиться его «Жигули».

Больше часа я слонялась туда-сюда по улице, поджидая, когда тот, кто стучал молотком, выйдет из дома. Когда же я наконец его увидела, то сразу узнала — это был Мишка-сантехник. За два дня своего пребывания на пленэре он немного посвежел. Значит, пока никуда уезжать отсюда не собирался. Больше мне в Запрудове делать было нечего, и я поехала в Горовск.

Вернувшись домой, я взяла саксофон и стала подбирать мелодию, которую слышала в кафе. Наверное, я кое-где сфальшивила, но в целом передать настроение мне удалось. Как у меня обычно и бывает, музыкальные экзерсисы помогли привести в порядок мысли. Я вдруг осознала, что свобода — это пища, которую легко проглотить, но нелегко переварить. Сбежав от прокуратуры, Ларисы Ивановны и мстительных кавказцев, Степанов наслаждался вновь обретенной свободой. Но я уже не сомневалась, что скоро его начнет от нее пучить и выворачивать наизнанку.

Я обнаружила на дисплее своего мобильника три пропущенных звонка. Все они были от Крючкова. Пока я раздумывала, перезванивать ему или нет, мобильник отчаянно завибрировал.

— Алло, — ответила я.

— Полиночка, ну ты куда пропала? — спросил Евгений.

— Я только-только вернулась из областного центра.

— Ты же вчера там была! Неужели снова ездила?

— Этот маршрут мне, конечно, уже примелькался, но что делать, работа есть работа. Я нашла Степанова.

— И где же он?

— Сидит на даче в Запрудове.

— А Серебров мне доказывал, что мы его больше не увидим. Полина, как же ты его разыскала? — поинтересовался Крючков.

— Ну…

— Погоди, лучше не по телефону! — перебил меня Женька. — Я предлагаю встретиться. Ты как на это смотришь?

— Только не сегодня, — сказала я. — У меня, знаешь ли, все еще дорожная разметка мельтешит перед глазами. Я, наверное, скоро в областной центр смогу с закрытыми глазами ездить.

— Полина, честное слово, мне очень неловко, оттого что я тебя так загрузил. Хочу реабилитироваться: грядут выходные, давай проведем их вдвоем где-нибудь на природе, — предложил Крючков.

— Где?

— К примеру, на турбазе. Никому не скажем, куда мы уехали, отключим мобильники, чтобы нам никто не мешал… Что ты скажешь?

— Женя, я тебе уже говорила: надо сначала закончить «дело сантехника».

— Хорошо, не хочешь ехать на турбазу, давай снимем какой-нибудь домик в Запрудове. Совместим приятное с полезным, в смысле отдых с работой. Там и порыбачить можно, и за Степановым понаблюдать.

— Не надо в ближайшие дни за ним наблюдать, пусть наслаждается свободой. А что касается рыбалки, то меня это занятие не привлекает.

— Полина…

— Что?

— Ну сколько можно придумывать всякие отговорки?

— Я ничего не придумываю. Мне действительно не хочется прозябать все выходные на какой-то там турбазе. Не мое это, понимаешь? У тебя есть другие варианты, как можно вместе провести выходные?

— Пока нет, но я что-нибудь придумаю. Ладно, до завтра. Отдыхай.

— Пока, — сказала я и отключила связь.

На следующий день я поехала на съемную квартиру. Включила прослушку — пустой треп домработницы с охранником, заказ пиццы по телефону, сексуальные вздохи из спальни, разговор с потенциальным заказчиком картины. Словом, ничего сколько-нибудь заслуживающего моего внимания. Может, действительно стоило поехать на турбазу, отвлечься от всяких там мастеров-сантехников и художников-геев, а с понедельника взяться за дело с новыми силами?

Я попыталась представить себя с Женькой тет-а-тет на каком-нибудь заброшенном острове. Как ни странно, но у меня это не получалось. Даже в моих мыслях рядом с нами постоянно вертелся кто-нибудь третий, а все наши разговоры сводились к «делу сантехника». Дальше больше — я вспомнила о том, что Крючков буквально на пустом месте приревновал меня к Пахомову, а Сереброва кинул с премией. Потом в памяти всплыли наши разборки по поводу моих мстительных сценариев. Чего уж греха таить, мы не всегда были с Женькой на одной волне…

В наушниках послышался голос Александра:

— Да, мам, привет! Чего звонишь?.. Нормально все у меня… Конечно, помню… Нет, день рождения мой, и я хочу отметить его по-своему, так, как мне нравится… Да при чем здесь твой Чернецов? Лично я не горю желанием с ним знакомиться… Это твои проблемы. У тебя очень хорошо получается их решать. Ленцов же заткнулся. Кстати, как тебе удалось?.. Да ты с ума сошла, столько бабла ему отвалила! Лучше бы мне хотя бы половину дала… Заслужил, потому что я твой сын… Хорошо, слушаю… Ну если для тебя так важно… Какой еще сюрприз? Мама, а вдруг мне твой сюрприз совсем не понравится?.. Ты меня интригуешь. Хоть намекни… Ладно, давай седьмого августа отметим мой день рождения так, как хочешь ты, но восьмого будет продолжение уже с моими друзьями. Не возражаешь? Отлично, договорились. Детали обсудим позже.

Из разговора мне стало ясно, что Людмила Дмитриевна собиралась приехать в Горовск на день рождения к сыну. Ну да, у парня же грядет двадцатипятилетний юбилей. Наверное, мамочка посчитала его хорошим поводом, чтобы познакомить своего бойфренда, Григория Чернецова, с отпрыском. Сашка принял данное обстоятельство как тягостную необходимость. Мог бы, наверное, категорически отказаться, но смекнул, что банкир — человек состоятельный, а потому с ним выгодно установить и поддерживать родственные отношения.