Обман [Bubble]
Шрифт:
Он продолжал дергать себя за рукав, как будто пытался вытянуть его еще больше.
– О’кей, для начала я выставлю охрану у двери мистера Блэка… – Затем, подумав несколько секунд, она добавила: – Кроме того, я бы предложила завтра полететь на вертолете, а не ехать на машине.
– Отлично, и вы можете это быстро организовать?
Ребекка кивнула:
– Без проблем.
Взяв с ночного столика кобуру, она закрепила ее на поясе и надела пиджак.
– Мне еще следует что-то знать, мистер Томас?
– Не сейчас, мне обещали прислать завтра утром дополнительную информацию, тогда и обсудим все заново.
– Хорошо.
Она проводила его в коридор и остановилась у двери номера Блэка.
– Он?..
– В порядке, я с ним недавно говорил.
– Отлично.
– Тогда спокойной ночи, Ребекка. Пришлите мне сообщение, когда решите вопрос с транспортом…
– Конечно.
Ребекка секунду посомневалась. Мысль пришла ниоткуда, но она была вынуждена ее отмести.
– Последний вопрос. Эта организация…
– Да?
– Они никогда не назывались?..
Игра!
Это все, о чем он мог думать.
Несмотря на все таблетки алведона, в голове так стучало, что глаза чуть не выскакивали из глазниц.
– Как-то ты не очень выглядишь, приятель… – пробормотал таксист.
No shit, Sherlock… [63]
– Грипп, – ответил Эйч Пи без подробностей, пожевывая незажженную сигарету. – Такая хрень посреди лета…
63
Зд.: Это уж точно (англ.).
Шофер засмеялся.
– Да уж… А я каждый год осенью прививку делаю. Знаешь, с моей работой столько всякого народу повидаешь, вирусы и всякое дерьмо так и летают по салону… – Он остановился, огляделся, затем резко развернулся через сплошную. – Но сам понимаешь, после свиного гриппа и всех, кто заболел после прививки, начинаешь сомневаться…
– Угу, – хмыкнул Эйч Пи.
Шофер ему кого-то напомнил, но он никак не мог вспомнить, кого именно.
– Иногда начинаешь задумываться, а был ли вообще этот свиной грипп, или это просто способ втюхать море непроверенных вакцин… – продолжил шофер.
Если бы ты только знал, командир!
В другой ситуации Эйч Пи живо поддержал бы разговор на эту тему, но теперь даже не решался открыть рот, боясь, что его вырвет. Они уже ехали по набережной Шеппсбрунн; осталось три-четыре минуты, нужно просто дотерпеть. Он нажал на кнопку стеклоподъемника, чтобы вдохнуть немного утреннего воздуха.
– … а сколько еще всякого обмана у нас устраивает правительство! Как вот, например, эта тема, что теперь они будут сохранять весь телефонный и интернет-трафик, ты слышал? Примерно то же самое, если бы на почте вскрывали все письма и посылки перед доставкой. Это Евросоюз придумал такую фигню, а народ это просто проглатывает, потому что мы слишком заняты всеми королевскими особами, которые сюда приехали… ГДР в чистом виде, если хочешь знать мое мнение.
Эйч Пи рассеянно кивнул. И тут он вспомнил, кого ему напомнил шофер. Манге… Черт, как же ему не хватает Манге. С зимы не слышал от него ни полслова. На телефонные звонки не отвечает, ни на домашний, ни на мобильный. Как если бы специально скрывался…
– Ну, вот, приехали, сквер Кунгстрэгорден. Карта или наличные?
Эйч Пи пробормотал что-то еле слышно и достал из кармана скомканную сотню.
– Кстати, а который час?
– Без четверти шесть утра, приятель, все нормальные люди спят…
Эйч Пи открыл дверь машины и вышел на тротуар, возясь с зажигалкой. Руки тряслись так, что он чуть не опалил себе кончик носа, прежде чем сумел зажечь сигарету. От утренней прохлады его бросило в дрожь, он сделал несколько глубоких затяжек, чтобы немного согреться. В сотне метров от него светился фасад «Гранд-отеля». Он опустил руку в карман куртки, обхватил пальцами рукоятку револьвера.
Почти пришел.
Почти на месте…
Потянувшись, она прошлась по коридору. За почти четыре часа сидения на этом стуле руки и ноги у нее затекли. Подавив зевок, Ребекка взглянула на наручные часы. Через несколько часов нужно будет выдвигаться.
Служба сервиса в номерах приходила полчаса назад; это означает, что Блэк уже выспался, принял душ и позавтракал.
В отличие от нее…
Подавив еще один зевок, Ребекка подняла перед собой правую руку. Лишь легкий, еле заметный тремор. Эффект от снотворного еще не прошел. Таблетки не решали полностью ее проблему со сном, и хоть врач и велел ей увеличить дозировку, как правило, она скорее погружалась в мутную дрему, чем в необходимый ей глубокий сон.
Пузырьки топорщили карман брюк. Одни таблетки, чтобы выжить ночью, другие – чтобы выжить днем… Мысли продолжали вертеться в голове. Банковская ячейка, паспорта, револьвер, Таге Саммер или Андре Пеллас, если его так зовут на самом деле, – и, конечно же, Хенке.
За ночь она позвонила ему четыре раза, к тому же послала эсэмэску. Вопиющее нарушение инструкций Стигссона. Но, как обычно, попала лишь в бездушную голосовую почту.
Конечно, вполне возможно, что это просто случайность, и вероятнее всего, что так оно и есть. Разрозненная террористическая группировка, которую также иногда называют «Игрой», совсем не обязательно должна как-то быть связана с той игрой, в которую втянули Хенке.
К расплывчатым предупреждениям об угрозе Ребекка давно привыкла, в СЭПО они были повседневной рутиной. Но знать наверняка невозможно – во всяком случае, пока она не поговорит с Хенке, не услышит его голос и не убедится в том, что он в порядке. Не убедится в том, что все происходящее вокруг «PayTag» и Блэка не имеет к нему никакого отношения.
В наушнике послышался треск.
– Шеф, мы у входа, – доложил Чельгрен. – Здесь стоят человек десять, несколько репортеров и группка выспавшихся зевак – охотников за королевскими особами и звездами. Демонстрантов не видно. Прием.
– Отлично, выставьте двоих на троутар. Похоже, что мы выйдем через несколько минут. Прием.
– Вас понял.
В дальнем конце вестибюля открылась дверь, из нее вышел Томас. Тот же костюм и лоферы, только рубашка другая. Как и ее предшественница, она вела неравный бой с широченной шеей Томаса, узел галстука спозаранку был предусмотрительно расслаблен.