Чтение онлайн

— Я добуду деньги! — Джо упрямо тряхнул головой. — Дайте мне только рублей пятьдесят. Я сегодня же возвращу вам их сторицей.

— Хорошо, но прежде навестим гражданина Набобчика. «Викинг» долго стучал в дверь с надписью «Осторожно! Злая собака». Тявкала собачонка, фукал и сердито булькал индюк. Больше никто не откликался.

— Что за черт! — рассердился Джо и толкнул дверь. Она поддалась. Посетители увидели перед собой молодую женщину, — должно быть, домашнюю работницу. — Почему не откликаетесь, мадам?

— Вам кого надо? — спросила женщина и, узнав, что незнакомцы ищут Набобчика, пояснила: — На работе хозяин, вечером придет. Передать что надо?

— Мы зайдем вечером. — Фрэнк улыбнулся обворожительной улыбкой. — Извините… м-м… не скажете ли, где работает владелец этого дома… Что? Ушел читать лекцию на машинно-истребительную станцию? Любопытно, Есть, значит, и такая станция? Машины истребляют, да? Не в курсе дела?.. Жаль. Простите за беспокойство. До свиданья, мадам!

Когда визитеры очутились на улице, Джо взял «Викинга» под руку.

— Будем искать?

Стенли потащил его в загадочную машинно-истребительную станцию. Вскоре они подходили к маленькому домишку, к которому прилегал обширный двор, огороженный покосившимся дощатым забором. Во дворе иступленно грохотали железом. У входа сидел старичок с седой реденькой бородой, видимо, охранник. Несмотря на жару, на голове его косо сидела шайка-ушанка с опущенными ушами. Старичок лениво просматривал газету.

— Привет, аксакал! — приветствовал охранника «Викинг». — Как поживаешь, божий одуванчик?

— Я уже выздоровел, — странно отвечал старик, откладывая газету. Он хорошо говорил по-русски.

— Это ты о чем, папаша?

— Все о том. Однажды Ходжа Насретдин заболел. К нему пришли родственники, знакомые и долго надоедали глупыми разговорами. Ходже все это надоело. Он встал с топчана и сказал: «Я уже выздоровел. Можете уходить».

— Отбрил. Вот так отбрил за «одуванчика»! — восхитился Джо. — А вы и в самом деле, машины истребляете?

— Грызунов, — сухо отвечал старик. Он все еще сердился. — И, вообще, кого вам надо?

— Набобчика, — вмешался Фрэнк,

— Из Общества, что ли? Лектора?

— Именно… А почему такой грохот?

— Набобчик лекцию читал о борьбе с землетрясениями. Уехал, — пояснил охранник. — В район уехал… А грохот… он всегда бывает. Тут еще новый заведующий прибыл, в конторе стенки зачем-то приказал ломать.

«Викинг» рассмеялся. У него отлегло от сердца. После встречи с лекальщиком, ему не хотелось испытывать судьбу.

— Уж не Кенгураев ли приехал?

— Верно, Кенгураев. Сигизмунд Карпович, — подтвердил старик.

— Любопытно. Стоит заглянуть.

Шеф и его ученик зашли в контору. Обширное помещение, состоявшее ранее из трех комнат, было густо установлено столами и засыпано кирпичной крошкой, щебенкой и известковой пылью. На стенах краснели оранжевые полосы незаштукатуренного кирпича. Несколько рабочих сколачивали фанерные перегородки. Сотрудники с напряженными лицами сидели за столами. Каждую минуту раздавалась пронзительная и прерывистая трель электрического звонка, и кто-нибудь вскакивал и торопливой походкой спешил к двери, обитой новенькой, издающей одуряющий запах черной клеенкой.

— Здравствуйте! — начал Стенли. — Где мы можем… Раздался очередной звонок,

— Т-с-с-с! — зашипел чернобровый сотрудник, у которого Фрэнк намеревался расспросить о Набобчике, и нетерпеливо махнул рукой.

Сидящие за столами граждане с мучительным вниманием считали короткие и длинные звонки.

— Три коротких и два длинных… Семен Палыч, это вас вызывает Сигизмунд Карпович, — промолвил чернобровый.

— Не ведь было четыре коротких и два длинных, — отвечал розовый и толстощекий Семен Палыч.

— Разве? — нахмурился чернобровый и бросил враждебный взгляд на посетителей, по чьей вине он сбился со счета. — Если четыре коротких и два длинных… значит, вызывается…

Сотрудники уткнулись в узенькие полоски бумаги, лежащие под настольными стеклами «Таблицы выходов на звонки». Винокуров наклонился к табличке чернобрового и, разыскав нужный шифр, объявил:

— Четыре коротких и два длинных звонка… Прошу товарища Набобчика.

— Он уже уехал, — сообщил Семен Палыч.

— Ах, вот как? А мы хотели повидать именно его. Прощайте, граждане. Рекомендую побыстрее овладеть техникой вызовов и не пользоваться шпаргалкой.

В этот момент обитая пахучей клеенкой дверь распахнулась, и из кабинета изобретательного Кенгураева выскочил красный, взъерошенный человек, в коломенковых штанах и розовой, безнадежно вытянувшейся трикотажной финке. Бросив ошалелый взгляд на «Викинга» и, видимо, надеясь встретить сочувствие, он стал выкручивать Фрэнку пуговицу на кителе:

— Какой мерзавец! — задыхающимся шепотом забормотал незнакомец.

— Кто мерзавец? — спросил Стенли, высвобождая пуговицу из цепкой руки взъерошенного человека.

— Кенгураев этот! Сигизмунд! Бюрократ! Чинуша! Прихожу к нему утром, говорю: «Я к вам. В разрезе грызунов. Помогите». А он отвечает: «Сейчас я перестраиваю работу станции и потому плевать хотел на грызунов. Работать надо с перспективой. Идите в санэпидстанцию!!» Понимаете в санэпидстанцию! А она за городом. Ну, хорошо. Пошел. Прихожу, а там смеются: не по адресу, говорят, явились.

Незнакомец перевел дух.