Нокаут
Шрифт:
Солдат закрыл глаза и пошевелил губами.
«Не пущу!» — догадался Франк. Пальцы солдата намертво сжались в кулак. Стенли полоснул ножом по штанине. «Наконец-то! Сообразил!» Пьяным шагом он побрел к воде.
…Он плыл, равнодушно прислушиваясь к всплеску пуль. Но выстрелов он не слышал. В голову лезли странные мысли: «Зачем я плыву?.. Ах да! Я спасаюсь! Зачем спасаюсь? Я давно уже труп. Зачем?.. Что зачем!»
К берегу подлетел запыленный автомобиль, из него выскочили полковник и майор.
— Уйдет, мерзавец! — чуть не плача, воскликнул Марат. — Петр Ильич, уйдет ведь!
— Темновато еще… ныряет, шельмец. На-ка, сынок. Я что-то волнуюсь, — полковник взял у сопровождавшего их солдата снайперскую винтовку, протянул ее Каюмову.
Марат стал на колено, пристроил ствол на крыле автомашины, глянул в оптический прицел и дрогнул: еще несколько взмахов — и «Викинг» доплывет до пограничного буя. Майор, затаив дыхание, плавно нажал на спусковой крючок.
…«Викинг» дернулся. Свет померк, будто великан заслонил подошвой гигантского сапога полнеба. «Что случилось? Меня укусила оса?.. В воде оса? Глупости. Это пуля… А вот и пограничный буй!.. Спасен! Мы еще с вами встретимся!.. Всплески прекратились… Они строго соблюдают соглашения… Глупцы! Я бы им показал международное право!.. Отчего это у меня в глазах огонь?.. Багровые круги… Да ведь это отвратительные рыжие муравьи с человечьими головами… О, это не муравьи… Кровь! Я захлебываюсь. Чья это кровь? Рабочих Пешта, Азиза Каюмова, раскосого солдата… Какой омерзительный муравей! Похож на паука… Сейчас его раздавит Великан. Да ведь этот муравей — я!..»
Он перестал взмахивать руками, покорно пошел ко дну. Бороться не было больше сил. «Викинг»! — электрической искрой ожгла ироническая мысль. — Ты всего-навсего муравей!»
Ноги его нащупали дно. Волоча тысячепудовое тело, Стенли с трудом выполз на берег и рухнул на мокрый песок. Полежал. Удивительно быстро прибывали силы. «Викинг» поднялся на ноги. Как в тумане увидел он на той стороне две фигуры. Фрэнк не разглядел полковника и майора, но догадался, что это именно они.
Глаза Стенли стали бледно-голубыми, почти бесцветными. Он задыхался от злости, ненависти и боли.
— Я еще вернусь! — Фрэнк скрипнул зубами и погрозил кулаком. — Мы еще посчитаемся… Бой не окончен…
Но вот «Викинг» ощутил, словно внутри у него что-то оборвалось. «Что со мной? — с тревогой подумал он, продолжая грозить кулаком. — Я жив. Наши дипломаты помогут… Что со мной? Ах, мне припомнился взгляд раскосого солдата!.. Ненавижу!..»
Стенли рухнул на колени. Кулак его по-прежнему вздымался над головой. «Я еще вернусь!» — попытался обмануть самого себя «Викинг» и повалился головой в мутную воду.
…Марат отнял от глаз бинокль:
— Кажется, нокаут, Петр Ильич?
Полковник медлил с ответом. Он еще раз посмотрел на «Викинга», пенные волны наполовину скрывали недвижное тело.
— Да, нокаут. Но бой не окончен. Схватка с господами вроде «Викинга» — схватка не на жизнь, а на смерть — продолжается…
Стриженый затылок Стенли отливал бронзовым блеском, словно шлем древнего морского разбойника.
На советской стороне вставало багряное солнце.