Чтение онлайн

– Знаю, любимая. Я тоже это подумал.

– Даже не верится, что их там нет… Я так надеялась. – Она снова разрыдалась, и он прижался губами к ее взлохмаченным волосам. Черт возьми, видеть и слышать, как она плачет, было для него подобно смерти.

Дрожащими пальцами она утерла мокрое от слез лицо, и в глазах ее появилась решимость.

– Мне еще осталось копать семь футов, я хочу закончить. Деньги могут быть там.

Мэтью взял в ладони ее лицо, осторожно смахнув остатки слез. Он хотел сказать ей тысячу слов. Поделиться тысячью мыслей. Хотел провести с ней десять тысяч завтрашних дней. И при мысли, что всего этого никогда не случится, у него перехватывало дыхание.

– Я закончу, – сказал он.

Десять минут спустя он был вынужден вновь признать свое поражение.

– Пусто, – сказал он безжизненным тоном.

Он повернулся и протянул ей грязную руку. Она вложила в нее свою не менее грязную руку, и они вместе пошли прочь. Когда они отошли на почтительное расстояние от розария, он сдвинул с лица носовой платок и остановился. Она повернулась к нему, и их взгляды встретились. Он чувствовал, что надо что-то сказать, но понятия не имел, что именно.

– Спасибо за помощь, – наконец проговорил он тихо. У нее дрогнула нижняя губа, и он испугался, что она снова расплачется.

– Пожалуйста, – шепнула она. – Сожалею только, что нам не повезло.

– Я тоже, – сказал он. Насколько сильно сожалел он, было трудно передать.

– Мне будет трудно расстаться с тобой.

– Сара… – Никакие слова не приходили ему на ум, и он со стоном заключил ее в объятия и зарылся лицом в се волосах. Трудно? Это будет, черт возьми, практически не возможно.

Вздохнув, он поднял голову и заглянул ей в глаза. В самые прекрасные глаза на свете.

– У нас все еще есть одна ночь.

А потом он уедет, чтобы сделать то, что должен был сделать, чтобы выполнить данные обещания, чтобы исполнить, свои обязанности и спасти поместье, которое отец довел до финансового краха. Он восстановит его честь и честь своей семьи. Но, делая это, он потеряет Сару, хотя она значила для него больше, чем все остальное, вместе взятое.

Однако Мэтью понимал, что, как бы отвратительно ни чувствовал себя сейчас, о том, что действительно чувствует человек с разбитым сердцем, он узнает только завтра.

В тот вечер ужин превратился в импровизированный праздник по случаю окончания увеселительного загородного мероприятия. Еда была великолепна, вино лилось рекой, и Сара изо всех сил старалась скрыть свое удрученное состояние и участвовать в празднике. К счастью, все остальные, кроме Мэтью, на которого она старалась не смотреть, чтобы не утратить самообладание, пребывали в веселом настроении, так что ей оставалось лишь кивать, улыбаться да время от времени вставлять какое-нибудь замечание.

Она по привычке провела большую часть ужина, наблюдая за окружающими. Леди Гейтсборн и леди Агата были поглощены разговором с лордом Бериком, причем обе леди мысленно оценивали его потенциальные возможности как мужа. Эмили и Джулиана о чем-то оживленно разговаривали с лордом Хартли, а Каролина смеялась над чем-то, что сказал Мэтью. Лорд Сербрук и лорд Терстон разговаривали о лошадях, и к их разговору, судя по всему, прислушивался мистер Дженсен, сидевший рядом с Сарой.

Однако она оказалась не права, потому что мистер Дженсен тихо сказал ей:

– Буду благодарен вам до конца своих дней, если вы спасете меня от этого смертельно скучного разговора о лошадях.

Сара, не удержавшись, фыркнула:

– А я-то думала, что вы увлечены беседой.

– Ну, это уж слишком. Я просто пытался сделать вид, что интересуюсь темой. Для шлифовки своих манер.

– Разве с вашими манерами что-нибудь не в порядке?

– А вы не заметили?

– Что я должна была заметить?

Он с серьезным видом взглянул на нее:

– Хорошо, что вы сидите, потому что то, что я намерен сказать вам, может оказаться для вас шоком. – Он наклонился к ней ближе. – Я американец. Из Америки.

Сара сделала вид, что удивлена:

– Быть того не может! Вы? Новоиспеченный поселенец?

Он прижал руку к сердцу:

– Клянусь, это правда. А это означает, я должен шлифовать свой манеры, которых у меня, судя по всему, нет. Особенно если я надеюсь уговорить одну молодую леди навестить меня, когда она будет в Лондоне.

Судя по тому, что, говоря это, он смотрел ей прямо в глаза, можно было безошибочно догадаться, кого он имеет в виду, и она сразу же покраснела.

– Я… я не знаю, когда буду в Лондоне.

– В любое удобное для вас время, – быстро добавил он. – Предложение не ограничено определенными сроками и рассчитано на вас и вашу сестру или любого другого человека, который будет вас сопровождать. – Он заглянул ей в глаза. – Здесь я наслаждался вашей компанией и хотел бы увидеться с вами снова.

– Я… я польщена.

– И напрасно, – ответил он с озорной улыбкой. – Ведь я всего-навсего один из этих неотесанных американцев.

– Я тоже наслаждалась вашей компанией, – сказала Сара. И это была чистая правда. Но ей не хотелось давать ему несбыточную надежду, потому что она знала, что, приехав домой, она надолго там застрянет. Ведь, потребуется очень много времени, прежде чем она и ее разбитое сердце будут готовы снова выбраться оттуда. – Но…

– Никаких «но», – тихо возразил он. – Не надо ни оправданий, ни объяснений. Просто знайте, что я искренне желаю вам счастья, и если вы приедете в Лондон, буду рад встретить вас как доброго друга.

Сара покраснела еще сильнее. Она не была уверена, какие выводы Дженсен сделал из своих наблюдений, но скорее всего он догадывается, что к Мэтью Сара испытывает не просто мимолетный интерес.

– Благодарю вас за то, что предлагаете мне дружбу.

– Пожалуйста.

Он не добавил, что готов предложить больше чем дружбу, но в этом не было необходимости – она и сама видела это по его глазам. Сара взяла бокал и отхлебнула глоток вина, чтобы скрыть смущение. До того как она приехала в Лэнгстон-Мэнор, ни один мужчина никогда не смотрел на нее дважды. А теперь сразу двое мужчин признались в том, что она им небезразлична.