Ночью, при луне...
Шрифт:
– Да, это чудесное место. Какую богиню изображает статуя?
– Флору, – сказала Сара и нахмурила брови. – Флору… – повторила она медленно. Слова, сказанные Каролине, что-то ей напомнили. Сад, спрятанный в саду. А последними словами отца Мэтью были «Сад. В саду…».
У нее замерло сердце, кажется, пропустив парочку ударов. А что, если отец Мэтью имел в виду буквально сад внутри сада? То место, где стояла статуя Флоры?
Закрыв глаза, она представила себе это место. Цвели ли там желтые цветы вокруг Флоры? Золотой цветок, золотой цветок…
Золотой цветок.
Мысль так потрясла ее, что она охнула. Широко раскрыв глаза, она увидела, что Каролина пристально смотрит на нее.
– С тобой все в порядке, Сара?
Она была так возбуждена, что не могла стоять спокойно.
– Со мной все в порядке. Но я должна идти. Я кое-что забыла в саду.
– Но можно послать за этим кого-нибудь из лакеев…
– Нет! В этом нет необходимости. Нам придется долго находиться в экипаже, так что я с удовольствием прогуляюсь. Я скоро вернусь, не уезжай без меня, – сказала Сара и, не дождавшись ответа, быстро направилась к дому. Она услышала, как за спиной на фоне жужжания голосов какой-то мужской голос произнес:
– Куда это в такой спешке убежала ваша сестрица, леди Уингейт?
И голос Каролины в ответ:
– Она что-то забыла в саду.
Войдя в дом, Сара торопливо объяснила Тилдону, что кое-что оставила в саду. Дворецкий как-то странно посмотрел на нее, но она быстро пересекла холл и через малую гостиную вышла из дома.
Оказавшись на вымощенной плитками террасе, она подхватила руками юбки и побежала. В мозгу ее звучали последние слова отца Мэтью: «Золотой цветок, золотой цветок…»
Господи, сделай так, чтобы она была права…
К тому времени как она добежала до скрытого от глаз алькова, где Флора лила воду из своей урны, Сара тяжело дышала. Опустившись на колени и не обращая внимания на впивающиеся в кожу сквозь платье кусочки гравия, она дюйм за дюймом принялась изучать каменное основание статуи кончиками пальцев. Надежда возрастала с каждым ударом сердца. Она должна быть права. Должна.
Сара уже обследовала почти четверть поверхности основания, когда заметила трещину в камне. Она показалась ей слишком прямой, чтобы быть естественного происхождения. Едва осмеливаясь дышать, Сара сунула пальцы в узкое отверстие и обнаружила небольшой прямоугольный камень, лежавший неплотно.
Она попыталась приподнять его, но быстро поняла, что тут не обойтись без какого-нибудь инструмента. Вскочив на ноги, она огляделась вокруг, но ничего подходящего не обнаружила. Проклятие! Придется возвращаться в дом. Или в коттедж садовника, который был расположен ближе. Пробегая по террасе, она краешком глаза заметила Пола, работавшего в другом конце сада, а это означало, что в коттедже его нет. Это ее устраивало, потому что не хотелось отвечать на лишние вопросы. Она просто возьмет какой-нибудь инструмент или нож, и он об этом никогда не узнает.
Она повернула в направлении коттеджа и тут услышала скрип гравия под чьими-то шагами. Судя по звуку, шел мужчина. Секунду спустя этот мужчина появился из-за поворота и остановился как вкопанный, увидев ее.
Ошеломленная Сара уставилась на него. Это был Мэтью.
– Что ты здесь делаешь? – спросил он, тяжело дыша.
Она дважды моргнула, чтобы убедиться, что это действительно он, а не плод ее воображения. Но он не исчез, и она, облизнув пересохшие губы, спросила, в свою очередь:
– А ты что здесь делаешь?
Сделав несколько глубоких вздохов, чтобы восстановить дыхание, Мэтью медленно приблизился к ней. Она словно приросла к месту. Когда они были на расстоянии вытянутой руки друг от друга, он остановился.
– Я здесь, потому что должен кое-что сказать тебе, Сара.
Она, кажется, вышла наконец из транса, в который впала при виде его.
– Мэтью, я так рада, что ты здесь. Мне кажется, что…
Он прикоснулся пальцами к ее губам.
– Не могу больше ждать ни секунды, чтобы не сказать, что люблю тебя.
Она удивленно широко раскрыла глаза:
– Ты меня любишь?
– Я люблю тебя. Люблю до умопомрачения. Я был на полпути в Лондон, когда понял, что не смогу сделать это.
– Сделать что?
Не в силах больше не прикасаться к ней, он схватил ее за руки.
– Продолжать путь в Лондон.
– И ты вернулся назад. Я рада этому, потому что…
– Нет, я не вернулся назад.
Она приподняла брови и окинула его удивленным взглядом:
– Но я вижу тебя собственными глазами.
– Ясно, что я приехал назад. Но не сразу. Прежде чем возвратиться домой, я нанес визит твоим родителям.
– Это чудесно. Я должна сказать тебе… – Она не договорила, потому что его слова наконец дошли до ее сознания. – Моим родителям?
– Да. Вместо того чтобы продолжать путь в Лондон, я навестил твоих родителей.
– Зачем? Не могу придумать ни единой причины для такого поступка с твоей стороны.
– Не беспокойся. Я могу придумать такое количество причин, что хватит для нас обоих, – усмехнувшись, повторил он свою присказку.
– Было бы весьма любопытно узнать хотя бы одну из этих причин.
– По правде говоря, существует всего одна причина. – Он поднес к губам ее руку и поцеловал пальцы. – Я сказал им, что хочу жениться на их дочери. – Он заглянул ей в глаза, надеясь увидеть радость. Вместо этого увидел, что она страшно потрясена. Она побелела как мел. Не на такую реакцию он рассчитывал. Поскольку она молчала, он сказал: – Более изумленное выражение я видел только на лицах твоих родителей несколько часов тому назад.
– Не может быть, чтобы они были изумлены сильнее, чем я.