Чтение онлайн

Она встала.

– Я просто выручила тебя из трудного положения. Твой неуемный нрав доведет нас до беды.

Тэннер смотрел на ее лицо, тускло освещенное керосиновой лампой. Эшли раскраснелась, и он знал почему. Ей нужен мужчина. К счастью, вот он, Тэннер, к ее услугам. А ему нужна женщина – именно эта женщина. Он потянулся к ней и прижал к своей обнаженной груди. Его руки легли на ее бедра.

– Нет, я хочу…

– Чего ты хочешь? Вот этого? – Он поцеловал ее крепко и неумолимо – Или этого? – Он обнял ее за бедра, поглаживая их через платье, и уткнулся губами нее шею.

Эшли ахнула, напуганная ощущением, которые он в ней вызвал. Когда-то давно она была обручена, ей тогда было восемнадцать, но ее жених никогда не целовал ее так, как Тэннер, никогда не дотрагивался до нее так, что в глубине ее лона зарождалась незнакомое желание.

– Я хочу, чтобы ты меня отпустил, – сказала Эшли – Ты не имеешь права лапать меня. Я плачу тебе зато, чтобы ты был моим мужем на словах, и так букет и впредь.

– Ты маленькая кокетка, – рявкнул Тэннер. – Что, черт возьми, я должен думать, когда ты кидаешься мне на шею? Надо было оставить тебя Слейтеру, ты ведь, кажется, получала удовольствие от его объятий. Ах да, я забыл самое главное – ведь он янки, а я всего лишь грязный мятежник.

– Совсем не из-за этого… – Эшли прикусила губу, чтобы не сказать лишнее Она была в смятении. Тэннер целовал ее, и ей хотелось продолжения. Разве может мужчина целовать женщину так, как это делал Тэннер, и в то же время презирать ее? Ответ очевиден. Ведь она янки, а Тэннер ненавидит всех янки. Ах, эти мужчины! Тщеславные, властные, непредсказуемые. Она поняла это давно, еще когда расстроилась ее помолвка. Мужчины способны удовлетворять свою похоть с кем угодно, даже с теми, кого ненавидят, ведь для мужчин ничего не имеет значения, кроме сексуального удовлетворения.

– Иди к черту! – сказал Тэннер побелевшими от гнева губами. – До чего мне хочется убраться отсюда и оставить тебя на произвол судьбы, раз уж ты такая независимая! Мне не нужны твои деньги. Мне не нужна ты. Единственная женщина, которую я желал, которая была мне нужна… К дьяволу!

Он схватил рубашку и жилет, приподнял входную занавеску и замер, вглядываясь в темноту.

Эшли застыла. Неужели он собирался приоткрыть ей хоть частичку тайны, которую представляла собой его прежняя жизнь?

– Ты не можешь уйти. Мы ведь женаты, забыл разве?

Тэннер засмеялся так горько, что у нее мурашки пошли по спине.

– Если бы я не дал слово что доставлю тебя в целости до места назначения, я бы отсюда смылся так быстро, что ты и моргнуть бы не успела. Ложись спать, пока я не забыл, что у меня остались какие-то остатки чести и не сделал то, что требует моя плоть.

Он повернулся и легко выскочил из фургона. Через несколько минут Эшли услышала, как он устраивает себе постель под повозкой. Она все слишком потрясена, чтобы двигаться. Её губы распухли от его поцелуев, тело горело каким-то жаром. Что с ней происходит?

Проклятый мятежник сводит ее с ума. Эшли уже двадцать пять лет, не пристало ей вести себя, как юной дурочке с романтическими мечтами.

Начиная со следующего дня, на обоз обрушились несчастья. Во время переправы через реку, вздувшуюся от дождей, один фургон перевернулся вместе с пассажирами и утонул ребенок. На берегу реки устроили похороны и поставили над маленькой могилкой простой деревянный крест.

Эшли редко видела Тэннера, и это ее устраивало. Она готовила еду, и этим их общение в те тяжелые недели ограничивалось.

После особенно трудного дня с проливным дождем и грозами переселенцы остановились на ранний привал. Костер развести было нельзя, и большинство семей наспех поужинали и укрылись в фургонах. Когда дождь сменился моросью Тэннер вышел из фургона, забрался на холм рядом с лагерем и прислонился спиной к скале. Он добровольно вызвался дежурить ночью, чтобы не спать рядом с женщиной, которая была ему женой лишь на словах.

«Эта невыносим ведьма-янки доведет меня до смерти», – подумал он угрюмо. Если бы он знал, каким тяжелым испытанием станет для него эта поездка, он сразу же отправил бы ее восвояси даже рискуя оказаться в гарнизонной тюрьме. Эта янки ненавидит все, во что он верил, так же, как и он ненавидит асе, что она собой олицетворяет. И, тем не менее, он желал ее. Почти все время он был возбужден. Стоило ему подумать о рыжеволосой янки, как его плоть восставала.

К черту ее, сказал он себе, плотнее натягивая дождевик и вглядываясь в черную ночь. Эшли не Эллен, и он не заслуживает другого шанса счастье.

Эшли надела ночную рубашку и легла, натянув до подбородка одеяло. Мельком она подумала о Тэннере, который сидит под дождем, и что-то в ее душе шевельнулось. Ей вообще было не по себе из-за того, что она так часто о нем думает. Она взбила подушку и постаралась уснуть. Через час дождь перестал, и показалась луна.

Шум был таким слабым, что Эшли едва его расслышала. Зато она заметила луч лунного света, проникший через заднюю занавеску, когда кто-то отодвинул ее и проник внутрь. Занавеска закрылась, и луч исчез. Эшли знала, что она не одна – тяжелое дыхание выдавало чье-то присутствие. Она приподнялась на локте, всматриваясь темноту, окружавшую ее.

– Тэннер, это ты?

Ответ послышался тихий, угрожающий смех, явно не Тэннера.

– Кто это?

– Нет, это не ваш муж, миссис Мактэвиш. Я сейчас вам покажу, что такое настоящий мужчина. – Человек говорил заплетающимся языком.

– Мистер Слейтер! Вы пьяны! Убирайтесь отсюда! Тэннер вас убьет.

– Не думаю. Откуда он узнает?

– От меня.

– Нет, вы ничего не скажете. Вы многим рискнули, чтобы поехать с этим обозом, и вы не сделаете ничего такого, из-за чего вас могли бы прогнать. Капитан Креймер не раздумывая оставит вас и вашего мужа прямо здесь, если мятежник будет причинять беспокойство. Скорее мне поверят на слово, чем вам.

Он возвышался над ней, и она различала его похотливую улыбку.

– Пожалуйста, можешь сопротивляться. Мне даже больше нравится. Когда женщина сопротивляется.

Не успела она ответить, как он навалился на нее, срывая одеяло и задирая ночную рубашку.

– Не трогайте меня! Я буду кричать!

– Давай, кричи сколько угодно. Я всем скажу, что ты меня сама пригласила. Никто в этом не усомнится.

Он шарил руками по ее голым бедрам и одновременно подбородком пытался раздвинуть вырез ее рубашки, пытаясь достать губами до ее груди. Эшли открыла рот, чтобы закричать, он догадался о ее намерении и быстро зажал ей рот рукой. Другой рукой он возился с застежкой на брюках.