Не называй меня майором...
Шрифт:
Пожарные даже в воровстве не хотели себя затруднить: «Взять на хапок и все!»
Краем глаз заметил: у пробегавшего второго пожарника роба тоже оттопырена…
– Крысы, мать вашу…
Не отпуская первого брандмейстера, Игумнов достал пробегавшего ногой.
– Куда?! Клади!
– Перебьешься…
Игумнов взорвался:
– Дежурный! Давай понятых! Где следователь?!
Майор – дежурный, наблюдавший до того благодушно, тотчас дал задний ход.
– Вы че, козлы?! Рехнулись?!
Грабеж прекратился.До пожарников дошло, наконец: тому, что они делают, есть четкое определение: «подсудное дело»!
Брандмейстеры пошли на попятный.
– Капитан! – Пожарники сменил тон. – Извини!
Молоденький лейтенант-пожарник тоже подскочил.
– Ребята, тут какое-то недоразумение…
– Какое недоразумение?! Кладите здесь…
Брандмейстеры не стали скандалить, молча сложили добычу . У обоих под робами оказались японские цветные телевизоры.
Игумнов обернулся к дежурному:
– Пошли помощника и пару ребят, пусть осмотрят машину! Кто знает, сколько они успели перетаскать… Прикажи, чтобы все складывали здесь у дежурки. Выставь охрану, пусть все перепишут. Сам проверь…
Дежурный заметил кротко:
– Их можно понять, Игумнов, ребята жизнью рискуют. Так хотя бы знать за что! – Майор цыкнул зубом. Пахнуло добрым коньячком. – Опять же зарплату им задержали…
Игумнов вскинулся:
– Ты понял меня?!
– Понял. Сейчас сделаем…
– Хозяину магазина позвонили?
– Да – он трубку не берет. У него таких магазинов, как у сучки блох…
– Ты мне персонально отвечаешь!
Дежурный зажевал карамельку.
– Будет порядок, начальник!
Игумнов отвернулся. Относительно майора-дежурного он ни секунды не заблуждался:
«Ничего делать не станет. Пожарники сунут наряду пару фотоаппаратов, а остальное оставят себе… Спрячут назад в машину…»
– Можешь быть спокоен, Игумнов!
– Я дам «можешь быть спокоен!» – Игумнова даже затрясло. – Иди, занимайся! Кого поймаю – жаловаться не пойду… Разберусь сам. Прямо тут в тамбуре… Предупреди своих архаровцев. – Автоматчик в дверях – молоденький милиционер, студент-заочник – услышав разговор на басах, сразу убрался . Дежурный козырнул.
– Слушаюсь, господин капитан…
За ерниченьем скрывалась опаска. Игумнов знал многие его грехи.
После дежурства в портфеле у него всегда лежала бутылка хорошего коньяка. Кто ему покупал? За что? Дежурный наряд? Отпущенные на свободу задержанные?! Мзда могла не ограничиться только спиртным…
– Начинай!
– Есть, господин капитан!
Майор надул щеки, глазки-пуговицы его ещё больше округлились.
Он уже не шутил. Громко заорал по-боцмански:
– Мать вашу!.. Кого ещё увижу с ящиком, пусть пеняет на себя!.. – Он поднял жирный кулак.
Приказ подействовал. Пожарники оставили залитую водой электронику, отошли в сторону.
Игумнов заговорил спокойнее.
– Качан не звонил еще?
– Нет пока…
– Если прорежется, пусть его сразу соединят со мной…
Игумнов отстранил автоматчика, он уже входил в Управление.
***
Громкие крики за окном известили: на пожарище прибыл кто-то из хозяев.
Игумнов выскочил из кабинета.
Магазин принадлежал кавказскому бизнесмену. Как потом оказалось, собственника вызвал вокзальный носильщик. Он же сообщил владельцу некоторые особенности национального тушения пожаров.
Носильщик стоял напротив. Он видел, как один из борцов с огнем сунул под робу несколько коробок с импортными фотоаппаратами – «мыльницами». Дальнейшее воровство тоже происходило у него на глазах.
Пока остальная команда боролась с пламенем, двое или трое бойцов тащили все, что попадало под руку: телевизоры, плейеры, аппараты. Ворованное уносили в машины.
Носильщик ходил в доверенных лицах бизнесмена, знал его сотовый. Быстро связался. На том конце провода его сразу оценили сообщение:
– Спасибо, дорогой. Еду!
– А то остатки растащут. Это уж верняк! Такие дела.
Владелец магазина – приземистый молодой «новый азербайджанец» – прибыл на вокзал вместе с несколькими приятелями и телохранителями прямо из-за стола.
Побросав машины на водителей, вся команда вихрем пронеслась на перрон. Еще выбегая из цокольного этажа, собственник поразился, увидев морозное звездное небо в верхней части арки, просвет которой вчера ещё перекрывал высокий шатер магазина. Вокруг колыхалась толпа.
– Пропустите…
– Дай пройти, мужик.
Экипажи борцов с огнем уже уехали. Пара молоденьких охранников и милиционер болтали о своем. Два оставленных лейтенантом пожарника ждали посланную за ними машину.
Зрелище грязного пепелища на месте чистенького, набитого дорогой аппаратурой магазина подействовало ошеломляюще. Однако, не меньше, чем пожар, хозяина взволновали обстоятельства тушения, услышанные им от носильщика.
Подступы к пепелищу заливала вода. Снег растаял, вокруг стояли лужи. Черпая ледяную жижу туфлями, владелец уничтоженного имущества растолкал круг любопытных…
– Вай…
На дымящихся досках тлели обгоревшие платы, оплавившиеся корпуса радиотоваров. В беспорядке валялись оставшиеся металлические детали, коробки, стекло. Все было черно от пепла и копоти.
В ярости предприниматель бросился к двум ни о чем не подозревавшим пожарным, но один из телохранителей – рослый кавказец – обогнал его, подскочил первым, рванул за робу того, что шел сзади.
Спецодежда оказалась расстегнутой. Подскочивший собственник вцепился в оттопыренный карман униформы.