Чтение онлайн

— Или, — неожиданно добавила Гэмей, — так спешил поскорее добраться до Вашингтона, что пренебрег опасностями, посчитав, что они того не стоят.

— Может быть, опасность была гораздо ближе, чем он думал, — предположил Пол. — Нилли.

— Возможно. Есть и другие противоречия. Много позже Нилли вдруг заявил, что Льюис сошел сума, но при этом группа прошла за три дня более ста пятидесяти миль.

— Слишком долгий путь для сумасшедшего, — заметил Пол.

Анджела кивнула в знак согласия.

— Начальник форта Пикеринг был явно обеспокоен сообщениями, что Нилли вынуждает Льюиса пить. Кстати, слуга Льюиса, испанец Перниа, тоже постоянно спаивал его. Затем Нилли потерял двух лошадей и сказал Льюису, чтобы тот шел вперед с двумя слугами, а он поищет новых лошадей.

Гэмей рассмеялась.

— Если Льюис сошел с ума, то почему же Нилли отпустил его одного с двумя слугами?

— Хороший вопрос, — улыбнулась Анджела. — Как бы там ни было, но группа все же разделилась на две части, и Льюис продолжил путь вместе с Перниа и африканским рабом в сторону постоялого двора «Гриндерс-стэнд».

— «Гриндерс-стэнд» напоминает мне название места, где делают подводные сандвичи, — пошутил Пол.

— Если бы там действительно делали сандвичи, Льюису было бы намного лучше, — грустно ответила Анджела. — Постоялый двор Гриндера состоял из двух хижин. В первой жила миссис Гриндер с детьми и парой рабов. Ее мужа в это время дома не было. Льюис остановился во второй хижине, а его слуги — на конюшне. Миссис Гриндер рассказывала позже, что примерно в три часа ночи она услышала два выстрела из револьвера и что Льюис выстрелил себе в грудь. Смертельно раненный, он с трудом добрался до ее хижины, позвал на помощь, попросил воды, а через несколько часов умер. Нилли появился только на следующий день.

— Удобная отговорка, — сказала Гэмей.

— Очень удобная. Он поговорил с миссис Гриндер и слугами, а неделю спустя написал письмо Джефферсону, в котором утверждал, что Льюис покончил с собой из-за каких-то проблем с правительством.

— Если бы каждый кончал жизнь самоубийством из-за такой банальности, то мы быстро лишились бы половины населения, — недоверчиво хмыкнул Пол. — Звучит как-то странно.

— Вне всяких сомнений. Льюис всю свою сознательную жизнь имел дело с оружием и хорошо стрелял. Если бы он действительно хотел вышибить себе мозги, то вряд ли промахнулся бы, — резонно заметила Анджела. — Однако он зачем-то взял длинноствольное кремневое ружье и выстрелил себе в грудь.

— Да, похоже, кто-то застрелил его в темной хижине, — задумчиво произнес Пол. — А что нам известно об этом Нилли?

Анджела развела руками.

— Нилли был уволен с должности индейского агента после возникновения серьезных проблем с племенем чикасо. Начальник форта Пикеринг неоднократно говорил, что он вор и лжец.

Нилли утверждал, что давал Льюису деньги взаймы, хотя у того было сто двадцать долларов наличными, а после его смерти они таинственным образом исчезли. Кроме того, Нилли утверждал, что оружие Льюиса на самом деле принадлежит ему.

— А что насчет Перниа? — спросила Гэмей.

— Будучи то ли испанцем, то ли французом, Перниа появился неизвестно откуда перед самым походом Льюиса. Позже Нилли послал его к Джефферсону на лошади Льюиса. Он рассказывал, что все чемоданы и другие вещи Льюиса отправил его семье; судя по всему, так и было. Потом Перниа поехал к матери Льюиса, которая после разговора с ним сделала вывод, что он имеет какое-то отношение к смерти сына.

— А по поводу его смерти проводилось хоть какое-то расследование?

— Миссис Гриндер была единственным свидетелем, но почему-то сообщила три разные версии этого трагического случая. Их соседи подозревали, что к смерти Льюиса причастен ее муж, но когда Джефферсон официально заявил, что произошло самоубийство, дело быстро закрыли.

— Разве вы не говорили, что заявление Джефферсона полностью основывается на сообщениях Нилли? — спросил Пол.

— В этом-то все и дело, — оживилась Анджела. — Джефферсон объявил на весь мир, что Льюис в юности страдал ипохондрией, но он не мог знать Льюиса в те годы. Джефферсон часто повторял, что у Льюиса была склонность к депрессии, однако это не помешало ему отправить его в тихоокеанскую экспедицию. Он говорил, что депрессия вернулась к Льюису, когда тот стал губернатором, но никаких свидетельств на этот счет не сохранилось. Основываясь на непроверенных слухах, Джефферсон заявил, что во время пребывания на постоялом дворе Льюис сошел с ума. Короче говоря, все это никак не укладывается в наше представление о спокойном и уравновешенном характере Джефферсона.

— Могу еще больше запутать ситуацию своим неожиданным предположением, — сказал Пол. — На мой взгляд, Джефферсон использовал историю с самоубийством Льюиса исключительно для прикрытия. Он прекрасно знал, что произошло убийство, но понимал: ничего уже исправить нельзя. Его главной задачей было возвращение документов, которые Льюис приготовил для него.

— Вполне возможно. Много лет спустя Джефферсон неожиданно заявил, что Льюис стал жертвой убийцы. Есть еще одна легенда, касающаяся молодого раба. Он умер в возрасте девяноста пяти лет и уже на смертном одре признался, что это было убийство. Правда, так и не назвал никаких имен.

Пол подытожил сказанное:

— Итак, мы имеем троих возможных убийц — Нилли, Гриндер и Перниа. Или убийцами были все трое. Самые серьезные подозрения падают на Перниа, так как только у него есть наиболее понятный мотив: Льюис задолжал ему определенную сумму денег. У него к тому же была возможность совершить это убийство. Но есть еще одно предположение, заключающееся в том, что один из них или все трое работали на кого-то другого.

Гэмей посмотрела на мужа.

— Льюис вез в Монтичелло какие-то важные документы. Стало быть, его убили, дабы помешать выполнить эту миссию. Давайте сосредоточим наше внимание на том, что произошло дальше с документами, которые Льюис так старался доставить Джефферсону.

— Если Льюис знал, что находится в опасности, — продолжал размышлять Пол, — то он вряд ли стал бы держать эти документы при себе.

— Ты попал в самую точку! — обрадовалась Гэмей.

— Спасибо, но в какую именно?

— Льюис передал эти документы кому-то другому, чтобы тот держал их при себе. Кто в этой группе мог вызвать наименьшие подозрения в качестве хранителя столь ценных документов?

Анджела весело рассмеялась.

— Юный раб, кто же еще.