Чтение онлайн

— Мне в голову тоже приходил этот вопрос, — улыбнулся Саксон. — Я уже хотел было отменить экспедицию, но совершенно случайно наткнулся на статью в журнале, где подробно описывался затонувший отель. Один из работавших на кухне поваров рассказал, что там была потайная дверь. Она была заперта на замок, но работники кухни сломали его и обнаружили какую-то шахту. Они бросили туда камень, чтобы проверить глубину, но так и не услышали звука падения. Управляющий приказал наглухо заколотить эту дверь, потому что повара стали выбрасывать в шахту кухонные отходы.

— Это похоже на воздухозаборный колодец, проложенный для вентиляции шахты, — высказал догадку Пол.

Саксон открыл большую тетрадь, где собственноручно скопировал с туристического путеводителя внутреннюю планировку отеля. Двойная вертикальная линия указывала на воздушную вентиляцию.

— Я думаю, что этот отель был построен прямо над шахтой, — рассудил он. — А пещера до обрушения потолка вполне могла быть частью входа. Этот завал прочно перекрыл путь в шахту, но все же пропускал небольшой поток воды с золотоносным песком. Если мы спустимся в этот вентиляционный колодец, то сможем добраться и до самой шахты. Как ты считаешь, такое возможно?

Какое-то время Завала внимательно смотрел на рисунок, пытаясь прокрутить в сознании каждый шаг под водой.

— А нам известны размеры вентиляционного колодца? — спросил он у Саксона.

— Нет, в статье не было никаких данных на этот счет.

Завала был опытным и очень осторожным подводником.

Именно поэтому он предложил разбить план на два этапа. Сперва они с Гэмей исследуют пещеру, а потом попытаются проникнуть в вентиляционный колодец. Она тоже не была новичком — после участия во множестве экспедиций по обнаружению затонувших судов в районе Великих озер, Гэмей связала свою судьбу с подводной археологией. Обладая изящным и гибким телосложением, она могла попытаться проникнуть в колодец.

Пока Пол накачивал надувную резиновую лодку, подводники облачились в гидрокостюмы и приготовились к погружению. Тем временем Саксон нанес на топографическую карту координаты отеля и надежно упаковал ее в водонепроницаемый пластиковый пакет.

Когда все было готово, Пол спустил лодку на воду, а потом помог Завале и Гэмей забраться в нее. Оказавшись над затонувшим отелем, они одновременно перевалились через борт лодки и исчезли под водой, оставив на поверхности озера лишь круги, обозначившие их переход из одного мира в другой.

Остин очнулся с таким чувством, будто его ударили по голове. Все это время он пребывал в полной уверенности, что находится в полном сознании вплоть до того момента, когда встретился с Балтазаром. А на самом деле просто позволил тому перехитрить себя.

На расстоянии менее ярда перед ним стало медленно проявляться чье-то лицо, плотно залепленное пластырем с правой стороны.

— Чувствуете себя лучше? — спросил человек таким равнодушным тоном, что сразу стало ясно: ему плевать на самочувствие Курта.

Голова у Остина раскалывалась от боли, язык распух и не шевелился во рту, а зрение затуманилось и напрочь отказывалось различать окружающие предметы.

— Неплохо, по сравнению с тем, как может себя чувствовать человек под колесами автомобиля, — нашел он в себе силы пошутить. — Кто вы такой?

— Можете называть меня просто Сквайр. Я работаю на Балтазара. — Он протянул Курту стакан с какой-то прозрачной жидкостью. Заметив минутные сомнения Остина, Сквайр широко осклабился, продемонстрировав недостающий зуб. — Не волнуйтесь. Если бы Балтазар хотел вас убить, то давно бы уже это сделал. Данное средство поможет справиться с химией, которую они вам ввели.

Остин сделал глоток. Жидкость была холодной и имела какой-то искусственный сладковатый привкус. Гулкие удары в голове стали быстро исчезать, а глаза вновь обрели способность различать предметы. Его новоявленный друг уселся на стул и уставился на него немигающим взглядом. Они находились в большой квадратной палатке, сквозь прозрачные красно-белые полоски которой пробивались яркие лучи солнца.

— Я был без сознания всю ночь, — догадался Остин.

— Да, и тем самым заставили их изрядно поволноваться. Вам дали слишком большую порцию веселящего сока, чтобы вырубить еще в автомобиле.

Остин допил прозрачную жидкость и вернул стакан. У сидевшего на стуле Сквайра, облаченного в голубую униформу из прочной хлопчатобумажной ткани, было телосложение профессионального борца. К стулу были приставлены алюминиевые костыли.

— Что у вас с лицом? — равнодушно поинтересовался Остин.

Левая сторона лица устроившегося напротив человека перекосилась в угрюмой ухмылке.

— Небольшое приключение, — тихо сказал он. — Вставайте.

Сквайр взял костыли и с большим трудом поднялся со стула. Затем, опершись на них, он какое-то время безучастно наблюдал, как Остин встает с кровати, нетвердо пошатываясь на ногах. Голова все еще кружилась, но в целом силы быстро возвращались к нему. Несколько раз он сжимал и разжимал кулаки.

От бдительного Сквайра не ускользнуло это угрожающее движение.

— Если вы собираетесь устроить какой-нибудь фокус нам на потеху, должен сразу предупредить, что за дверью шатра стоят крутые парни, которые настроены к вам не так дружелюбно, как я. Мистер Балтазар предоставил мне полномочия позвать их на помощь в случае крайней необходимости. Они вас так отметелят, что мало не покажется. Вы поняли меня?

Остин молча кивнул.

Сквайр жестом показал ему на дверь. Остин сделала несколько шагов, вышел из шатра и прищурил глаза от яркого солнечного света. По обе стороны от входа действительно возвышались мощные фигуры охранников, средневековые костюмы которых явно не гармонировали со вполне современными короткоствольными автоматами. В их глазах Остин увидел какое-то неестественное равнодушие, как будто они только того и ждали, чтобы он дал им повод разрядить в него автоматы.

Этот шатер был одним из многих, что выстроились в два длинных ряда на поляне посреди густого леса. В самом центре с противоположной стороны устроили возвышение из прочных досок с навесом. С обеих сторон подиума было возведено защитное ограждение. По углам большого лагеря поставили смотровые вышки, напоминающие средневековые башни. На ветру бодро развевались огромные знамена с геральдической эмблемой в виде бычьей головы.

Два ряда шатров были отделены друг от друга довольно большим пространством шириной не менее пятидесяти футов, разделенным, в свою очередь, на две равные части изгородью из толстых бревен. На противоположных концах этой длинной полосы стояли два всадника на гигантских лошадях и в средневековых рыцарских доспехах. Каждый из них держал в руке длинное деревянное копье с острым металлическим наконечником. Их мощные лошади тоже были облачены в металлические панцири, тускло сверкавшие в лучах утреннего солнца.