Чтение онлайн

— А все-таки? Я тоже о Пятерке впервые слышу.

Он некоторое время смотрел на меня, приоткрыв рот, потом выдавил:

— Слушай, а ты вообще уверен, что ты Пришлый?

— Я уже ни в чем не уверен. Я и об Институте неделю назад узнал.

— Ладно. Значит, союз Пяти Миров, он же Пятерка, контролирует фактически весь переброс по мирам. Этот союз, в общем-то, и есть Институт, имеется в виду то, что во всех мирах Институт один. Был. А вот из твоих слов выходит…

— На мои слова не опирайся, это гипотеза, не более того. Слушай, раз ты насчет меня кой-чего знаешь, может, расскажешь, какова официальная версия всей этой лабуды?

— У институтских имеет хождение легенда, что ты агент, но не их, а из Приграничья. Об этом ты, надо думать, тоже впервые слышишь?

— Само собой.

— Миры Приграничья — в принципе, обобщенное название для довольно большой и разрозненной группы технически развитых миров. Какого-то единого, постоянного союза там не существует, между собой они тоже частенько цапаются. Сам понимаешь, развитые…. Ну, и доразвивались до того, что ни экологии не осталось, ни жизненного пространства, так что дерутся за любой пригодный для жизни плацдарм. Но этот мир Институт контролирует.

— Пожалуй, всей нездоровой суеты вокруг меня это не объясняет.

— Наверно… А в твоем рассказе несходняков хватает.

— Сам знаю, — буркнул я.

— Как-то странно получается, — словно не слыша меня, продолжил он. — Ну, мечом ты работать быстро научился, ладно… Но за полтора года пройти обучение по чародейским делам — так не бывает.

Я развел руками:

— За что купил…

— Хотелось бы полную уверенность иметь, а то ребята из Приграничья нас тоже сожрать не прочь.

— А если у тебя полной уверенности нет, так какого же ты?.. — поинтересовался я, вытаскивая сигарету из пачки на столе.

— Нам нужен хоть один Чародей. Это правда, что вы опасность можете чуять?

— Абсолютная. Но только конкретную и в данный конкретный момент. А кто вас атакует?

— Орден. Не слишком усердно, но все же наших ребят в долинах ловить начали.

— А платит император? В частности, за твою голову.

— Так.

— Ну вот, простая арифметика — рука руку моет…

— Ладно, значит, не из Приграничья ты?

— Насколько мне известно, нет. И к Институту…

— Насчет этого понятно, — Роджер хмурился, сосредоточенно раскуривая сигарету. — Если б тебя собирались внедрить, вряд ли дали б своим псам приказ сразу стрелять на поражение. Но сдается мне, они пока тебя не найдут, не успокоятся.

— Найдут, — мрачно успокоил Хельг, я кивнул:

— Они научились как-то очень лихо меня вычислять.

— Сюда они вряд ли полезут.

— Твои б слова да богу в уши…

— У них есть печальный опыт. Так что я б на твоем месте пересидел здесь годик-другой, пока шухер не уляжется, информации подкопил, над тем, что уже знаю, поразмыслил…

Как раз то, чего мне, собственно, и хотелось. В конце концов, раз здесь у нас Шервудский лес, совсем неплохо оказаться в роли веселого монаха Тука. Во всяком случае, не худший вариант.

— Но ты с этого кучу проблем поимеешь.

— Да ладно тебе, — Роджер махнул рукой. — Мы укреплены почище любой крепости. Тропинка одна, та самая, по которой мы шли, на ней мины натыканы.

— Это те железные штуки под землей? — заинтересовался Хельг.

— Они самые. Пока не активированы, езжай по ним хоть на танке, а надо — повернул рубильничек, пустил ток — и чихнешь рядом с ней, уже разнесет.

— У вас и электричество есть?

— У нас много чего есть. В моей секции два инженера было, классные ребята. Я тебя с ними познакомлю.

— Годится… А чем вы тут вообще питаетесь?

— Наладили систему рэкета, укрощаем аппетиты местных баронов, а крестьяне нас за это кормят.

— Вот это по-робингудски. Благородный разбой?

— В общих чертах. Если поставки вдруг прекращаются, снимаем защиту, и через месяц-другой ребята просят пардону.

— Хорошо вы устроились… — я выкинул бычок в очаг. — А не боишься, что местные, которые на вас работают, решат, что хватит им в шестерках ходить, пора бы и оружие в свои руки заполучить? Кстати, забери свою пушку, пока я не поранился, — я вынул из-за пояса ствол и протянул ему, Роджер рассеянно принял его и забросил в ящик стола:

— Это ты правильно заметил… Но во-первых, сюда допускаются далеко не все, отбираем тщательно, жить здесь считается великой честью. А уж к оружию имеют доступ единицы. Остальных и близко не подпускаем. Плюс такой слушок, что с оружием Пришлых могут управляться только Пришлые, потому как мы не совсем люди.

— Сословное деление? — усмехнулся я, Роджер кивнул без улыбки:

— До некоторой степени. А куда денешься, жить-то надо… Да к тому же, винтовками мы и не пользуемся почти. Только на крайний случай, а такое редко бывает. Пару лет назад даже с Институтом мирно уживались — сравнительно, конечно, — мы к ним не совались, они к нам. начальство у них там сменилось, что ли? Новая метла, знаешь ли…

Повисло молчание. Эльфу наш разговор был скучен, и он даже не собирался этого скрывать и с обреченным видом счищал кинжалом грязь с сапога. Помолчав, Роджер хлопнул себя по коленям и поднялся:

— Вот такие, значит, пирожки с котятами… Ладно, пошли хозяйство смотреть.

Хозяйство и в самом деле оказалось отлаженным — в пещерах по склонам запасы продовольствия, кое-какой скот, укрытия — словом, все на случай осады. Мы часа два просидели в тесной клетушке у инженеров, на нижнем ярусе, причем к нам каждые пять минут ломился народ — поглазеть на меня, эльфа и присоединившуюся к нам Гельду. Как объяснил Роджер, свежие рожи тут в диковинку, все знают всех и примелькались настолько, что любопытство мы будем возбуждать еще долго. К тому же, насколько я понял, здесь царит почти полная свобода нравов — поначалу еще случались разборки из-за женщин, но когда пару раз оставшийся в живых участник подобного мероприятия лишился головы, дуэли как-то вышли из моды. Вообще, по первому впечатлению — идиллия. Уж не знаю, как там дальше обернется, но пока мне здесь нравится. Несколько отвык я от такого состояния, когда никуда бежать не надо, не надо ни с кем драться… А при виде электрической лампочки я чуть не разрыдался. Кстати, она и на Гельду произвела неизгладимое впечатление.