Чтение онлайн

– Что происходит, черт побери?

Она наивно смотрела на него из-под полей своей шляпы.

– Привет, Скаут. Я так рада, что ты присоединился к нам. Почему бы тебе не поплавать?

– Поплавать? – заикаясь, переспросил он, не веря своим ушам. – Я тут ишачу на них, а они развлекаются на пляже и плетут гирлянды из цветов, – заорал он, отшвырнув ногой венок из жасмина. – Устроили себе выходной! Я уже давно замечал, что обеденный перерыв несколько затягивается, но как заботливый начальник, учитывающий эту адскую жару, я подумал: эй, не заводись из-за нескольких лишних минут. Но потом рабочие, возвратившиеся с обеда, начали исчезать один за другим. Не успел я оглянуться, как оказался один на стройплощадке.

– И поэтому лучше присоединиться к нам, не так ли? Сядь здесь, в тени, и остынь немного до…

– Не желаю я садиться, Шанталь! Не желаю остывать. Мы почти закончили мост. Осталось зацементировать всего несколько ступеней. Конец уже не за горами.

– В таком случае полдня не имеют значения.

Ее сдержанность и благоразумие окончательно вывели его из себя. Он поднес сжатый кулак к виску, постучал себя по голове и от души выругался.

– Тебе от этого не остыть, – вполне логично высказалась она. – Ты имеешь право расслабиться, потому что до завтрашнего утра никто из мужчин на работу не выйдет. Сегодня объявлен праздник.

– Кем? Тобою? Разве твоя власть превыше моей?

Он все-таки сумел зацепить ее. Но она не шелохнулась. Ее ушедшие в песок пальцы твердо стояли рядом с его тяжелыми ботинками. Крошечное бикини мало походило на спортивную форму для поединка, но глаза ее воинственно блестели.

– Когда речь идет о счастье и покое этих людей, то да, моя власть превыше твоей. Как и власть деревенских старейшин. Высший совет сетует, что рабочие устали и им требуется отдых. Они не привыкли работать так подолгу, как ты.

– Ну, как ты знаешь, я здесь не развлекаюсь.

– Пожалуйста, говори потише, Скаут. Ты их огорчаешь.

– Это я-то? – проговорил он высоким, раздраженным голосом. – Да плевать я хотел, если я их огорчаю. – Он ткнул себя пальцем в грудь. – Чтобы выдержать намеченные сроки, я должен быть уверен, что все рабочие будут на местах в течение полного рабочего дня. У нас и так хватает проволочек, как, например, когда устроили поимку этих кур, сбежавших из курятника. Они часы на это потратили, и в развлечении приняли участие все до единого. Затем вспомни тот случай, когда в генератор вселился злой дух, как они уверяли. Ты только представь себе, насколько я был смешон, защищая собой генератор? Весь этот дикий очистительный ритуал отнял полдня.

Желая окончательно убедить ее, он вплотную приблизил к ней лицо, так что ей пришлось отодвинуться, иначе он коснулся бы ее.

– Возможно, они и не привыкли к тому, чтобы работать полный рабочий день, но я тоже не привык, чтобы рабочие бросали незаконченную работу только потому, что им так заблагорассудилось.

– Здесь не Соединенные Штаты.

– Это уж точно, – угрюмо подтвердил он.

Решив не терять спокойствия, Шанталь заговорила ровным голосом:

– Они не умеют жить в соответствии со сроками. Им безразличны графики и отсрочки. Они – островитяне. Завтра будет точно то же, что и сегодня. У них нет свойственного среднему американцу желания преуспеть. Они работают только затем, чтобы удовлетворить свои насущные потребности. Лично я считаю, что это самая правильная тактика. И прости уж меня, Скаут, пока ты на острове, тебе тоже придется придерживаться этого способа жизни.

Он кусал щеку изнутри, что лишний раз подтверждало, в каком он бешенстве. Мокрые волосы прилипли ко лбу. Пот тек по его запыленному лицу. Пропотевшая рубашка облепила торс, и в вырезе была видна вздымавшаяся грудь, покрытая влажными курчавыми волосами.

Он выглядел необыкновенно соблазнительно.

Он щурился на ярком солнце, и ей были видны лишь щелочки его глаз. Он злился, это было очевидно, но она решительно смотрела в эти щелочки, отказываясь уступить. Жители деревни получили заслуженный отдых. Она не собиралась идти на попятный, приказав им вернуться на работу. Скаут должен понять. Если это выше его сил, придется ему смириться.

Неожиданно он поднял руку. Шанталь вздрогнула, испугавшись, что он ударит ее. Но он только собирался взглянуть на часы.

– Ладно, я постараюсь быть благоразумным, – сдался он. – Сейчас час дня. Они могут переждать самую жаркую часть суток. Но в четыре все развлечения должны быть закончены. Все обязаны явиться на работу. У нас будет еще несколько часов до темноты.

– Ты не можешь рассчитывать, что они будут работать этим вечером! – воскликнула она.

– Еще как могу. У меня есть задача, и я должен ее выполнить.

– Куда ты торопишься? К своей невесте?

– И к ней тоже.

Ее глаза угрожающе сузились. Он таки втянул ее в эту ссору. Она тоже подстрекала его. Его ответ причинил ей боль, но она не должна позволить ему отвлечься от сути спора.

– Они сегодня не вернутся на работу. И точка.

Он согнул одну руку в локте и поднес кулак другой так близко к ее лицу, что едва не ткнул ей в кончик носа. Он постучал по циферблату своих часов:

– Четыре часа, Шанталь. И ни одной секундой позже.

Она действовала, не успев сначала подумать. Стремительным движением она сорвала с его запястья ремешок с часами и швырнула в волну, бившую в ближайшую скалу.

– Теперь вам трудно будет отсчитывать секунды, мистер Ритленд.

Скаут с открытым ртом смотрел вслед волне, которая уже откатывалась назад, в море.

– Это же «Ролекс»!

– В этой деревне они представляют собой куда меньшую ценность, чем гирлянда цветов, и уж точно не так красивы.

Если бы он мог подойти к ней на шаг ближе, он сделал бы это. Но поскольку они уже стояли вплотную друг к другу, единственное, что он сумел, это нависнуть над ней, наконец коснувшись ее лба подбородком. Сквозь сжатые зубы он процедил:

– Я задушу тебя!

Шанталь откинула назад голову и отважно подставила ему свое горло, бросая вызов. Он принял его и положил руки ей на горло, обвив его пальцами. Большим пальцем он ощутил, как бьется вена на ее шее.

Долгое мгновение они смотрели друг другу в глаза. Затем он опустил взгляд на ее губы. Сама того не желая, она прореагировала, приоткрыв их в немой мольбе. В его груди возник глухой стон, перешедший в проклятие. Он колебался, не зная, что делать – притянуть ее к себе или оттолкнуть. Наконец он оттолкнул ее и удалился, тяжело ступая и опираясь на верного Джонни, немедленно подвернувшегося ему под мышку. Расстроенная Шанталь, еле переводя дыхание, провожала его взглядом.