Чтение онлайн

На несколько минут задумался о транспорте — забрать свой Ниссан от Вектора очень хотелось, я к нему и привык, и я ему доверяю, и в целом это моя машина, и бросать ее вот так не хотелось абсолютно. Но возле него меня также могут ждать. И еще вопрос, стоит ли он там, или уже на штрафстоянке где обитает. Как ни думал, идеального решения не нашел и решил все же ехать забирать, но с маневром.

Приняв решение, снова позвонил Алисе и матери. Первая была уже наслышана про появившихся психов, очень этим напугана, но благодарна мне — она в самом деле сидела все время дома и сейчас была полностью этому рада. Поинтересовалась у меня, не знаю ли чего-то о новой заразе, но я отделался дежурными фразами, и пообещал скоро приехать, чем изрядно шокировал. Объяснил, что знаю безопасное место, куда можно будет увезти ее. Девушка на некоторое время погрузилась в размышления, а потом ожидаемо спросила, можно ли будет туда же забрать ее родителей и лучшую подругу. Я легко ответил утвердительно, потому что никакого безопасного места не знал, но был уверен, что на месте разберусь. Я же уже говорил, что стратегия — это не про меня?

С матерью же разговор получился дольше и сложнее, но в итоге все же получилось убедить ее прислушаться к моим словам, а не к телевизору, в котором утверждалось, что у нас все стабильно. До их деревеньки зараза еще не добралась, и это заставило меня пока отложить планирование поездки туда, дабы не заносить вирус к родным. Мама в очередной раз пообещала сидеть дома всем, кроме Юли — моей сестры — которой надо было ходить на работу, либо увольняться. А увольняться она, понятное дело, не хочет.

Затем позвонил старому боевому товарищу Мише, с которым плотно дружил еще со студенческих времен. В двух словах обрисовал ситуацию, не вникая в детали, рассказал о своем варианте развития событий и порадовал новостью, что собираюсь приехать. Мишаня, человек крайне флегматичный, молча повнимал мне, посоветовал сходить к врачу, выслушал порцию мата и смирился, пообещав принять меры. Примерно в таком же ключе обзвонил и остальных двоих своих друзей. Реакция была разной, но по итогу все меня выслушали и, надеюсь, прислушались. Ну и хорошо, а мне пора собираться.

***

Посреди сборов про меня наконец вспомнило начальство. Оно, не мудрствуя лукаво, решило съездить в отпуск за границу, что было, конечно же, никак не связано ни с какими событиями в стране, просто так совпало. Я согласно похмыкал в трубку, оповестил, что перевел всех своих на удаленку, удостоился похвалы за заботу о коллективе, пожелал хорошего отдыха и положил трубку. Задумался, надо ли говорить, что я покидаю город, и все же перезвонил. Начальник был недоволен, но я не отступал и в конце даже собрался увольняться, что подействовало. В ответ пришлось пообещать, что все заявки будут отработаны. Конечно будут, куда ж они денутся… Все входящие звонки я еще в первый день пребывания на даче переадресовал на своего неофициального зама, пообещав прибавку в зарплате.

Когда сборы были завершены, уселся на стул и вызвал машину. Поразился цене, которая раза в три была выше любых моих представлений, а потом времени ожидания. Похоже, и эти заметили, что в городе что-то нехорошее происходит… Сначала была мысль дождаться утра, но все же решил ехать сейчас — думаю, вечером забрать машину незамеченным будет чуть проще. Маршрут был построен с учетом поиска моего старого знакомого Бориса, который был нетипичным бомжом. Нетипичным — потому что не вонял, не сквернословил, играл на губной гармошке, увлекался поэзией и, в целом, был очень интересным собеседником. А бомжом — потому что он на самом деле был бездомным, по каким-то причинам уже лет пятнадцать как выпнутым из дома своим сыном.

Познакомились мы еще летом, когда он, явно стесняясь, подошел ко мне и тихо попросил семнадцать рублей на хлеб. У меня в тот день было прекрасное настроение и вместо денег я тогда купил ему небольшой пакет продуктов, чем вызвал слезы и заикающиеся слова благодарности. Потом я с чувством выполненного долга стоял и курил, а Борис, в качестве благодарности решил сыграть мне любую мою любимую песню. И очень душевно исполнил бессмертную «Куклу колдуна» КиШа. После мы еще периодически пересекались, он тогда уже устроился на работу дворником и каждый раз благодарил меня за тот пакет то музыкой, то стихами, а я по возможности помогал ему с какими-то мелочами. К концу лета мы уже достаточно неплохо общались и я даже проникся определенным уважением к этому старому, сильно битому жизнью, но не сломленному человеку. А потом был заказ от Дома Милосердия с ночлежкой и я походатайствовал там за Бориса. Старик, когда я ему сообщил об этом, снова пустил скупую слезу и пообещал за меня молиться. Собственно, это был один из немногих моих знакомых в Новосибирске и единственный, кто был мне чем-то обязан, поэтому я о нем и вспомнил.

Телефоном Борис не пользовался принципиально, поэтому искать его следовало только по знакомым местам, благо, их было не так много — тот самый дом Милосердия, жилой комплекс, где он работал, либо Тимирязевский сквер, все на одном пятачке. А с учетом времени, я был почти уверен, что он не на работе и не на прогулке, поэтому поехал сразу на Ереванскую, где благополучно и нашел его. Пока ехал по городу, не покидало ощущение, что над улицами, домами, торговыми центрами висит что-то такое, нехорошее. Возможно, это мне кажется на фоне произошедших событий, но все же, все же… На улицах даже для позднего времени очень мало машин и практически нет людей, а уж на площади Калинина они были, по-моему, всегда. Зато на удивление много попадалось машин скорой помощи. А вот полиции не было совсем. Когда вылез из машины и шел в здание, сразу с нескольких сторон доносились завывания сирен. Дааа, это точно не к добру…

Когда я рассказал Борису свое предложение, вечный огонек благодарности в глазах старика пропал, но согласился он, не раздумывая. Мне же стало как-то неловко, хотя я был уверен, что ничем он не рискует, в худшем случае его подержат сутки в обезьяннике. И то сильно вряд ли. Собственно, вся идея была нехитрой, как и большинство моих планов — мы едем до Кольцово вместе, там высаживаемся, не доезжая до НИИ, через небольшой лесочек подходим к парковке и, если там никого нет, Борис садится в моего Террано и подбирает меня на обратном пути. Была еще возможность, что меня ждут на дальних подходах к Вектору, благо, дорога там одна мимо проходит, но именно поэтому я не собирался ехать на такси до парковки, а прогуляться где-то с километр пешком.

Доехали до назначенной точки мы очень быстро. Какие-то подозрения начали закрадываться почти сразу, как вылезли из такси. Очень сильно пахло гарью. Интересно… Но лесок был цел, встречающих не было и мы дружно потопали к парковке.

По пути возникла только одна закавыка — Борису, в силу возраста, было тяжеловато двигаться по лесу. Еще и темно было, а подсвечивать дорогу я запрещал. Поэтому шли мы долго, но все же добрались. А вот дальше мне подозрительно повезло. А зданию НИИ не очень — его просто не было, на месте проходной и ближнего корпуса еще слегка дымились остатки конструкции, остальное было пеплом и сажей. И чует моя интуиция, что не от молнии тут все горело. А повезло мне в том, что мой верный Ниссанчик стоял и ждал меня там, где я его и оставил — недалеко от входа, но, к моей великой радости, все же не вплотную, поэтому огонь не перекинулся на машину. Кроме моей, по парковке были раскиданы еще несколько машин, и я насторожился — может, это тех сотрудников, кто навсегда остался в НИИ, а может, меня ждут…

Еще раз напутствовал Бориса, что делать и что говорить, если его начнут вязать, и отправил его в обход, чтобы выходил на парковку не с моей стороны. А сам, просто на всякий случай, перебрался еще чуть в сторону и поглубже в лесок, но оставляя вид на происходящее. Я был чертовски напряжен, практически полностью уверен, что меня ждут, не могут не ждать, и замер статуей, готовый в любую секунду рвануть в сторону. Тем большим удивлением было, когда Борис спокойно доковылял до машины, завел и также спокойно уехал. Однако… Ничего не понимаю.