Чтение онлайн

— Мордреда мне в сыновья, какой хлипкий! Сочувствую. — скорчил рожу ликантроп, махнув рукой девушке, стоящей поодаль. — У меня мелкие самки покрепче нервишками, чем этот человек.

— Привык я за столько лет, с молочных клыков присматриваю. — позволяю волчице приблизиться и сдёрнуть платок с шеи, открывая, воспалившийся, горизонтально расположенный шрам.

— Не хотели выбирать из своих?! Кто угодно, наплевав на традиции, без боя подставит вам загривок. — вспылила девочка, непочтительно вздёрнув нос и скомкав ткань, бросила вещь на сухой участок травы. — Вы, мало того, что возитесь с этим недоразумением, так ещё и ограничиваете себя, чтоб ненароком не напугать… Старший такой добряк!.. — насмешливо протянула мерзавка, впрочем тут же падая изломанной куклой, забившись в конвульсиях и захрипев.

— Ты не мог бы не убивать?.. — не двигаясь с места, встревоженно, попросил Сивый. — Фари моя кузина, оттого и остра на язык.

Н-да, я в своём праве.

У этих магиков выбор сородича не критикуют, пусть пару составит самое неуклюжее и жалкое существо… Негативные высказывания на этот счёт принимаются в штыки, как наихудшее оскорбление.

— Научи сестру вежливости, малец. — отменяю заклинание и, придерживая Абри, шагаю к собеседнику. — Когда-нибудь она оступится, и ты не сможешь защитить.

— Да. — он поднимает девчонку, приглашая следовать за ним. — Что до её выпада…

Надеюсь, до моего возвращения с ребятками ничего не сделается.

— Я не выбирал себе спутника. — зрачки, резко повернувшегося ко мне, ликана расширяются.

Моргана, как удобно порой играть оттенками смыслов. Не предупредить об изменениях в плане, не закончить предложение… не соврав ни словом повернуть ситуацию так, чтобы фраза приобрела диаметрально противоположный смысл… Хах-ха.

— В таком случае ты поистине достоин уважения, старший. Я не встречал на своём пути никого, способного настолько крепко держать своё второеяв узде.

Беседа заглохла сама по себе, дальнейшую дорогу до поселения мы преодолели молча.

Деревушка представляла собой типичное английское поселение семнадцатого столетия, отличаясь разве что архитектурой и количеством дворов. Впрочем, в первую очередь привлекают внимание крепость стен и высокие кованые заборы, а потом уже средневековый антураж.

Этакий, импровизированный военный городок… на который мне пришлось пялиться до обеда, пока блондин спорил и торговался со старейшинами нескольких кланов одновременно. Способности способностями, а так бы я точно не смог.

В прошломмне никогда не доводилось проводить переговоры самостоятельно, без бумажек, предусмотрительно заготовленных любимой женой. Я мог играть на бирже, составлять гроссмейстерские схемы по захвату чужой конторы или рассчитать победу в тендере, но лично появлялся на публике без веской причины не часто.

К сожалению, в этой жизни моя некоммуникабельность лишь возросла… взрывной темперамент порой не позволяет мыслить объективно. Я сколько угодно могу блистать на научной арене, терпеливо карябать руны на очередной заготовке, однако, несомненно сорвусь, отстаивая свои условия в пылу спора. Почему-то именно в таких дебатах я никогда не мог подобрать аргумент, путаясь в каждом слове.

Весело.

— Вы закончили?!.. — Фенрир раздражённо постукивает костяшками пальцев по деревянной столешнице. — Признаться, было занимательно слушать ваши далеко заходящие фантазии, господа, но я нахожусь в объективной реальности. Смею вам напомнить, что ничего из задуманного осуществить не выйдет! Мы всё ещё проклятые, нежелательные в приличном обществе элементы!!!

Как же меня замотал этот трёп о финансах, наконец на повестке дня хоть что-то по моей части.

— Я не предлагаю помочь, не видя выхода. — зевнув отлипаю от окна. — Честно признаться, мне чужда добродетель, и желание вычеркнуть из списков тёмных тварей народ оборотней пришло не на пустом месте. Я планирую остаться в Британии, осесть. Однако, моя страна превращается в отсталый клоповник… что недопустимо для учёного с моими амбициями…

— Ты хочешь возглавить правительство?.. — заржал Грейбек. — А в курсе твой ненаглядный учитель, Дамблдор, что у тебя аллергия на серебро?!

— Конечно. — один из совета поперхнулся чаем, сидящий через стол оборотень вскинулся. — Видишь ли, младший, сейчас мало кто помнит и понимает причину вашей… кхм… болезни. В частности, из-за таких вот казусов я ввязался в политику.

— Короче. — какой нетерпеливый.

— Когда Альбус узнал, что мне посчастливилось принять тотем — духовную сущность, он и не подумал на ликантропию.

— О чём толкуешь, юноша?.. — подала голос седая старушка, устроившаяся с самого края скамьи. — В ранней юности я слышала эти сказания о гармонии от матери… даже пыталась искать информацию. Но зимы сменялись веснами, и мне стало понятно, что миф не найти. Но ты…

— Могу перекинуться хоть сейчас, так как не связан с животным началом постоянно и не завишу от планетарных циклов. — перечисляю я, хищно следя за загорающимися глазами отчаявшихся людей.

— Да, то что вы делаете в настоящий момент никак не может быть обманкой, и не является анимагией. — заметил рыжеволосый, широкоплечий великан, с восхищением поглядывая на так и не отменённую мной трансформу. — Не могли бы вы поведать нам подробнее причину таких перемен? Ни у кого из нас, от рождения проклятых, не получается совладать с собой.

Вероятно, передо мной бывший маг.

— Я пришёл к равновесию. — позволяю блондину, собравшему нашу стопку бумаг, привалиться к моему боку. — Не зря же меня месяцами гоняли по лесам, словно пушную дичь, заставляя взять себя в руки и вытащить разум на поверхность. Хе-хе!.. Краснокожие ублюдки отлично сумели поднять мою силу воли на небесные высоты.

— Так тебя учили этому?! Кто?!

— Аборигены Австралии не меняли свой образ жизни на протяжении тысячелетий. Ими основана магическая школа, хотя, скорее, культ — «Время Сновидений». С помощью уникальной технологии их шаманы научились филигранно работать со слоями ауры.

— И как к ним попасть?..

— Не, — качаю головой, неодобрительно смотря на воодушевлённого волка, — гиблое дело туда соваться. Умение мне, так скажем, привили в наказание за самоуверенность. Разве что помогли бескорыстно (ага, выжил, значит достоин — офигенная логика), но всё равно уходить случилось в спешке. Если я едва ноги унёс, тебя… ещё на подходах к границам триста раз прикончат.