Чтение онлайн

— Мы ничего не забыли? — озабоченно спросил ее Павлов.

— Ерунда! Главное, что мы живы! — бодро ответила она, перекрестилась широким католическим крестом, задраила люк и заняла место в кресле пилота.

Резервный компьютер объявил пятиминутную готовность, и начал передавать сообщения об отказе систем обеспечения жизнедеятельности их бывшего подводного дома. Вена Саймон активировала автономный двигатель, и аварийно-спасательный модуль отделился от батискафа.

Подъем на поверхность продолжался чуть более часа. За это время они попытались настроить телерадиоприемник. Как известно, радиоволны в воде распространяются очень плохо, — только крайне низкие частоты, которыми пользуются подводники. Ничего не услышав на частотах подводной электросвязи, они надеялись на то, что обязательно услышат что-нибудь в стандартном диапазоне длинных и коротких волн, когда достигнут поверхности, но и тут их ожидало разочарование: эфир был чист, как горный воздух. Не работали даже астронавигационные приборы, что наводило на мысль об отсутствии на орбите Земли вообще какой-либо космической техники.

Они всплыли на поверхность не в самое подходящее время: был поздний вечер, и над священным озером Байкал полыхала и грохотала гроза. Аварийный модуль мотало по волнам, как утлый челн. Радиометры показывали 9-11 микрорентген в час. Это соответствовало естественному уровню, и они могли дышать атмосферным воздухом, не опасаясь заражения. Воспользовавшись вынужденным бездельем, они заснули в своих креслах, которые легко раскладывались в удобные кровати.

На рассвете неведомого дня и года аварийный модуль прибило к берегу. Камеры наружного наблюдения показали им то, что они меньше всего ожидали: мелкогалечный пляж в лучах восходящего солнца и пальмы и кипарисы в ста метрах от воды. Сделав замеры уровня радиации и состава воздуха, температуры и давления, они пришли к выводу о том, что здесь жить можно.

Вена Саймон предложила закрепить аварийный модуль буксировочным тросом за какое-нибудь близстоящее дерево, а затем с помощью электролебедки, скрытой во внешней поверхности корпуса аварийного модуля, вытащить его на берег, наподобие того, как барон Менхаузен вытаскивал себя из болота. Это — первое, что они сделали, когда выбрались наружу.

При температуре +19 градусов по шкале Цельсия зимняя одежда оказалась ни к чему, поэтому они вскрыли "Аварийный комплект" и переоделись в легкие, прочные и удобные гидрокостюмы из материала, который не пропускает влагу, но не задерживает воздух.

В аварийном комплекте они также нашли оружие (два пистолета с обоймами), аптечку, портативную рацию на водоналивных батареях, бинокль, сухое горючее, рыболовный набор (крючки, грузила, лески, гарпуны-стрелы), нож-мачете в ножнах, лучковую пилу, а также емкости для хранения и кипячения воды и приготовления пищи. Наибольший объем "Аварийного комплекта" занимал брикет так называемой "шагреневой кожи" — очень прочного и эластичного материала, из которого можно было вытянуть полотно площадью до 30 квадратных метров и изготовить множество полезных вещей, например, палатку, одеяла, тент, паруса, многослойную зимнюю одежду и т. д.

Посовещавшись, они решили пройтись по берегу в восточном направлении и осмотреться. С собой они взяли только пистолеты и бинокль. Через полтора часа они вернулись к месту высадки, позавтракали пищей из тюбиков и обменялись впечатлениями. Многое из того, что они увидели, подсказывало им, что они попали не на материк, а на остров, в центральной части которого возвышалась серо-голубая гора, похожая на потухший вулкан.

Их поразило обилие непуганых птиц: чаек, уток, фламинго, бакланов. Преодолев небольшой подъем, они увидели перед собой широкий залив, а в нем — скопление темно-бурых животных длиной 5–8 метров с раздвоенным хвостом и ластами. Одни из них пребывали на мелководье и поедали водоросли, другие — грелись на солнце на просторном песчано-галечном пляже. Звуки, которые они издавали, чем-то напоминали лошадиное ржание, храп и фырканье. Павлов никогда в жизни не видел ничего подобного. Вена Саймон, всмотревшись в бинокль, высказала предположение, что это — клоны стеллеровой коровы, которую, по ее сведениям, когда-то на Байкале пытались развести. Из других представителей животного мира они успели заметить лягушек, змей, пресноводных черепах и ящериц, похожих на варанов.

Аварийный модуль в принципе был пригоден для безопасного жилья. Закрывшись в нем, можно было не опасаться того, что хищный зверь, ядовитая змея или насекомые потревожат их ночной покой. Мини-электростанция на водородных топливных элементах давала свет и обеспечивала работу встроенных электрических приборов: телерадиоприемника, кондиционера, электротитана, холодильника и пылесоса. С помощью электролебедки и буксировочного троса они закатили модуль на опушку леса и установили его под высокой пинией — одного из самых красивых субтропических растений, известного также под названием итальянская сосна. О том, чтобы гулять по лесу, как по парку, можно было только мечтать: деревья, перевитые колючими лианами, и кустарниковые заросли (их называют маквисом) создавали непреодолимое препятствие.

Установив модуль на новом месте, они отправились купаться. В воду заходили по очереди. Пока один купался, второй с пистолетом стоял на берегу и наблюдал за обстановкой. Вода была теплой, прозрачной и на вкус соленой. Для питья и приготовления пищи такая вода была непригодна, поэтому им в первый же день пришлось задуматься о поиске какого-нибудь ручья или приготовиться к сбору дождевой воды.

После купания они провели тщательную ревизию имеющегося в их распоряжении оборудования, вещей и т. д. В принципе, то, что они имели, их вполне устраивало. В полностью распакованном комплекте предметов оружия они нашли: автоматическую винтовку с оптическим прицелом, пистолет-пулемет, охотничий карабин, точную копию старинного шомпольного ружья с кремневым замком, арбалет, спортивный лук, ножи с набором съемных лезвий, два пуленепробиваемых шлема, оснащенных миниатюрными видеокамерами и приборами ночного видения, два бронежилета, толовые шашки и даже гранатомет.

Общее количество боеприпасов для ручного огнестрельного оружия позволяло сделать порядка одной тысячи выстрелов. Из гранатомета можно было "пульнуть" пять раз: пробить самую прочную броню, засыпать смертоносными осколками площадь, равную 100 кв. метров, или оглушить шумом. Оружие и боеприпасы находились в герметичных вакуумных упаковках и поэтому от времени не пострадали.

В комплект механических инструментов входили три топора, две пилы-ножовки, две лопаты, полотно ножа косы, стамески, рубанок, дрель, напильники, молотки, отвертки, гвозди и шурупы. В тот же комплект были уложены бабины с прочнейшими нитками, иглы, наборы крючков и блесен, катушки с лесками и даже рыболовная сеть.

Из медикаментов, которые они захватили, наибольшую ценность представляли антиоксиданты. Применяя их, хотя бы один раз в три года, в виде инъекций или с питьевой водой, они могли увеличить продолжительность естественного срока жизни, примерно, в два раза. Остальные препараты позволяли успешно бороться с простудными заболеваниями, кожными нарывами и грибковыми инфекциями.

До позднего вечера они занимались устройством стоянки. Они уже решили, что на месте, на которое они закатили аварийный модуль, будет построен двухэтажный дом с верандами, окруженный частоколом. С помощью виноградной лозы Вена Саймон нашла на опушке леса подземный источник пресной воды. Там они вырыли колодец глубиной 1,5 метра, напилили бревна и установили раму и венец. Затем они занялись расчисткой площадки под будущее строительство: рубили и корчевали кустарник и спиливали деревья. Работа спорилась, так как инструменты, которыми они пользовались, были изготовлены из специальных сплавов и особым образом заточены. На закате солнца они еще раз искупались, а затем скрылись в своем безопасном жилище.

X

— Милый, милый, — слышал Павлов во сне знакомый голос Мари де Гиз и ощущал прикосновение ее ладони к небритой щеке, покрытой суточной щетиной. Ему казалось, что по-прежнему живет в загородном доме Эмм Ми Фиш, а арест, батискаф и анабиоз, это — не более, чем страшный сон. Он вздрогнул, открыл глаза и увидел склонившуюся над ним Вену Саймон.

Сколько времени прошло с того момента, когда он заснул, он определенно сказать не мог: пять минут, час или больше. В аварийно-спасательном модуле, ставшем их сухопутным домом, тускло горели, отсвечивая фиолетовым цветом, лампы освещения, едва слышно работал кондиционер, создавая подобие теплого летнего ветерка, насыщенного ароматом свежескошенной травы. В ответ на проявленную к нему нежность Павлов улыбнулся и ухитрился поцеловать Вене Саймон руку, которую она испуганно отдернула, и тут же на лице ее отобразилось чувство неловкости и смущения.