Миллениум
Шрифт:
Аминокислотные последовательности белков у человека, подобного Павлову, и андрогина, подобного Эмм Ми Фиш, остались практически те же; их различия составляли менее 1 %. Однако эта небольшая разница свидетельствовала о появлении на Земле нового биологического вида — homo androgynous.
— А как же любовь?! — разочарованию Павлова не было предела.
— Андрогинные люди уважительно относятся как к своим партнерам, так и к себе, что помогает им строить гармоничные любовные отношения, — сказала Эмм Ми Фиш и для наглядности предложила посмотреть еще один видеоматериал.
Это был столетней давности художественный фильм по мотивам пьесы Уильяма Шекспира "Ромео и Джульетта". Ромео — андрогин мускулинного типа влюбляется в Джульетту — андрогина феминного типа. Их любви препятствует принадлежность их родителей к враждующим политическим кланам. Но герои находят возможность тайно встречаться и признаваться друг другу в нежных чувствах. В фильме — две постельные сцены. В первой сцене Ромео, у которого огромный клитор, овладевает Джульеттой, как мужчина. Во второй сцене Джульетта с помощью искусственного фаллоса заставляет Ромео испытать, впервые в жизни, вагинальный оргазм. После этого они оба по ошибке принимают яд. Посмотрев фильм, Павлов совсем расстроился.
— Неужели мне придется делать операцию по смене пола? — испугался он и на всякий случай поинтересовался у Эмм Ми Фиш, как она смотрит на то, чтобы он стал ее приемной дочерью. Для сведения читателя следует заметить, что в 80-е годы XX века операции по превращению мужчины в женщину делали даже в СССР. Сначала врачи удаляли у пациента фаллос и яичко, а второе "погружали" в паховый канал. После этого делались два разреза: один на месте будущей промежности, другой — немного пониже пупка. Затем через дырку в животе медики вводили будущей женщине отрезок толстой кишки на специальной питательной ножке, из которого впоследствии и образовывалось влагалище. Финальный этап операции — введение с использованием специальных препаратов молочных желез для "роста" груди.
— Это, конечно, твое дело, но я бы посоветовала тебе не торопиться. В результате смены пола ты не станешь представителем нашего биологического вида и утратишь достоинства, которыми обладают представители твоего вида. Короче говоря, по согласованию с нашим руководством в Москве мы внесли в план твоего тестирования, как реликтового гоминида, особый пункт, — сказала Эмм Ми Фиш и слегка покраснела.
— Простите, какой я, как вы сказали гоминид? — переспросил он ее, догадываясь, о каком тесте может идти речь.
— Реликтовый, то есть сохранившийся в количестве нескольких десятков экземпляров. Их небольшая популяция содержатся, в том числе, в Центральной генетической лаборатории Сибирского отделения Всемирной Академии Наук в условиях, приближенных к естественной среде обитания. Тебя случайно нашли в десяти километрах от этого места, которое называется Красными Камнями по цвету выстилающего каньон гранита.
Услышав про Красные Камни, Павлов почувствовал себя очень неважно.
— Что с тобой, на тебе лица нет? — забеспокоилась Эмм Ми Фиш.
— Ничего-ничего, продолжайте, доктор, — попросил Павлов, сам удивляясь своему внезапному недомоганию.
— Так, вот, ученые-ихтиологи, к которым ты вышел со стороны реки, приняли тебя за самца реликтового гоминида, недавно сбежавшего из летнего вольера, и связали по рукам и ногам, — объяснила она причины, по которым Павлова так недружелюбно встретили.
— Что это за люди — ваши реликтовые гоминиды — и могу ли я с ними пообщаться? — поинтересовался он.
— Боюсь, что общение с ними не доставит тебе никакого удовольствия. Они — полные олигофрены: умеют считать только до пяти, обходятся словарем из 30 слов и ничего не желают делать, кроме как поесть, поспать, подраться и посовокупиться, — огорчила его Эмм Ми Фиш.
— Меня поместят к этим уродам? — спросил он Эмм Ми Фиш, решив, что лучше знать правду такой, какая она есть и не тешить себя иллюзиям, вроде возможности смены пола.
— Цинь Ши Хуан добивается того, чтобы ты получил гражданские права, как ученый — хронопутешественник, представитель высокоразвитой цивилизации, и остался жить в нашей общественной и культурной среде, — обрадовала его Эмм Ми Фиш.
На третий день после этого разговора состоялся тест-драйв, в возможность которого Павлову верилось с трудом, а в особенности в то, что среди медперсонала найдется столько желающих иметь с ним интимную близость с проникновением.
Эмм Ми Фиш установила на его теле электронные датчики, фиксирующие температуру тела, сердцебиение, изменения пульса и процесс обмена веществ, и стала вызывать медсестер-добровольцев. Их было ровно десять в возрасте от 18-ти до 25-ти лет. Каждая из них, войдя в палату, здоровалась, представлялась, уходила за ширму, раздевалась и показывала себя обнаженной. Павлов должен был выбрать ту, которая ему больше всех понравится.
Ответить на этот вопрос было весьма затруднительно, поскольку ему нравились решительно все. Сверхчувствительные приборы зафиксировали, что наибольшее волнение он испытал во время представления Жанны Валери — хрупкой и миловидной медсестры, которую он до этого видел всего один раз в кабинете стоматолога. Эмм Ми Фиш хотела пригласить медсестру в палату и оставить их наедине, но Павлов запротестовал.
— Почему? — удивилась Эмм Ми Фиш.
— Потому, что ты не соизволила проверить, как я реагирую на тебя, — дерзко заявил он.
— Ах, так! Ну, давай, посмотрим! — весело сказала она, зашла за ширму, разделась, подошла к нему, с помощью специального пульта сняла показания приборов, удивленно развела руками и сообщила:
— Действительно, в твоем представлении я превосхожу Жанну Валери. Но это, наверное, из-за большего объема груди и бедер
— Не скромничай! Ты здесь самая красивая! — льстиво возразил он.
Эмм Ми Фиш прикрепила к себе электронные датчики, сдернула с него простынь, и прежде чем попасть в его страстные объятья, погрозила ему пальцем и, шутя, объявила:
— Смотри! Не доведешь меня до оргазма, кастрирую!
Павлов приступил к делу в полном соответствии с наставлением своего любимого античного поэта Овидия, который писал:
"Каждый волен выбирать наилучшие способы действий,
Всякому свойствен в любви сообразный с сложением способ,