Чтение онлайн

Несмотря на все усилия, торфяные болота спасти не удалось. Конечно, в основном Торбардин кормился от садов и огородов, расположенных в горе. Но правда также и то, что в природе все взаимосвязано, и уничтожение болот на Внешних Землях в конце концов отрицательно скажется на урожаях в самом Торбардине. А значит, рано или поздно, но в Торбардине наступит голод…

Ослабевшая от усталости и страха, Кельда повернула голову к Станаху и уткнулась лицом ему в плечо. Он попытался здоровой рукой погладить ее по голове, успокоить. Она ничего не сказала, но стала всхлипывать реже.

Дракон снизился и полетел медленно. На юго-востоке уже была видна гора, внутри которой и находился Торб ар дин. На вершине горы царила зима; сейчас, на рассвете, солнце окрашивало первозданно-белый снег на вершине в розовый цвет.

А черный дракон летел уже над склонами горы. Станах увидел Северные ворота, разрушенные три сотни лет назад, еще до начала Войны Гномских Ворот. Зияющие проломы, камни, будто молчаливо кричащие от боли, и сами ворота, распахнутые на узкий уступ горы. Триста лет, как эти ворота всегда открыты. И поэтому они охранялись гномами более бдительно, чем действующие Южные…

Дракон, пролетев над воротами, приземлился у подножия горы.

Холодный страх заполз в душу Станаха. Да, Северные ворота охранялись воинами Девара. Однако пещеры ниже ворот, называвшиеся Глубинными Лабиринтами, – это тайные владения Тейвара. Выходит, дракон служит Рилгару? А значит, сейчас они окажутся в Глубинных Лабиринтах, где их нетерпеливо ждет тан Тейвара. Ждет, чтобы заполучить в свои руки Меч Бури. Меч, который сделает его Королем-регентом всех гномов и даст ему право главенствовать в Торбардине.

Станах закрыл глаза. Он слышал скрежет драконьих когтей о камни. Кельда вздрогнула, потом повернулась к нему:

– Где мы? Станах, ты знаешь?

Станах знал. Он смотрел на сапфиры, сверкающие в рукояти Меча у нее на боку; он хотел сказать, что они там, где им предстоит скоро умереть. Но он не сказал этого.

– Мы дома. В Торбардине.

Только это он и сказал.

Лавим пнул ногой небольшой камень и проследил, как он катится вниз по склону холма. Он слышал, – правда, он не помнил, слышал ли от мага Музыканта или от кого-то еще, – что эти пустынные, пыльные места, носящие ужасное название Кровавые Холмы, когда-то были цветущей равниной.

Ты забыл сказать «унылые».

– Что?

Ты забыл еще сказать, что эти холмы унылые.

Лавим вздохнул.

– Разве я так уж обязательно должен был упомянуть и об этом?! Ведь я разговариваю сам с собой, не так ли?

Маг улыбнулся.

Теперь Лавим спихнул вниз большой ком сухой земли и смотрел, как он, ударившись о камни, превратился в пыль, которую вскоре унесло ветром. А интересно: как это Музыкант может одновременно и улыбаться, и говорить?!

Кендер полез в карман и достал аккуратно сложенную старую карту.

– На всякий случай я прихватил с собой карту этих мест. Она у меня не так давно, я раздобыл ее незадолго до того, как пришел в Старую Гору. Теперь вот пригодилась. Просто поразительно, сколько вещей Норовит исчезнуть там, где я появляюсь!…

Он присел на корточки и, осторожно ее разглаживая, разложил карту на земле.

– Посмотри на это место, Музыкант. Оно даже на карте выглядит безобразно. – Лавим ткнул пальцем в карту.

Маг молчал.

– Видишь? Вот здесь, к востоку, находится Квалинести. – Лавим искоса взглянул на небо. – Не правда ли, странно, что я потратил столько времени на поиски призраков, но так и не увидел ни одного?… Да, так вот здесь Эльфийский лес, весь зеленый и такой красивый. Тут река, которую мы перешли вброд, – да, да, вот эта голубая извилистая линия. – Он с отвращением фыркнул. – А вот здесь, где карта плохая, затертая, – здесь местность еще хуже. Карта говорит: здесь маленькие холмы, 0ох! А на самом деле это вообще не холмы. Это горы.

Нет, это всетаки холмы.

– Ну да, тебе легко говорить; ты же по ним не ногами топаешь.

Лавим сложил карту и сунул ее обратно в карман.

– Наверное, проще всего попасть в Торбардин через Равнины Дергога, или Равнины Смерти, как их называют гномы. А почему они их так назвали, маг?

Потому, что во время Войны за Гномские Ворота здесь погибли тысячи гномов.

Лавим поднялся с корточек. Ветер теперь дул с запада и гнал огонь на восток. Гнал низом на болота Равнин Смерти. Запах дыма ощущался п6всюду.

Кендер выбрал самый высокий из ближайших холмов, забрался на его вершину и присел там на корточки.

С этого холма пожар был виден хорошо. Сейчас он примерно в миле отсюда полз, как красная змея, к горам на востоке. Клубы черного дыма густой пеленой закрывали болота. Плотно зажмурив глаза, Лавим услышал рев огня, подобный далеким раскатам грома.

Молчавший долгое время маг вдруг заговорил, и кендер вскочил на ноги.

А почему бы, Лавим, тебе не пойти и не рассказать всю правду Тьорлу?

– Думаю, сейчас не стоит. – Лавим через плечо глянул на подножие холма. – Он сейчас очень расстроен из-за Кельды и Станаха. Я же все видел. Я не… Мне и самому не хочется думать об этом.

Это я уже понял. Но, может быть, Тьорлу нужно с кем-нибудь отвести душу?

Лавим покачал головой:

– Может быть. Но не со мной. Со мной он говорить не захочет. Со мной… он просто отведет душу на мне. Вон, сам посмотри на него.

Тьорл сидел на корточках и глядел на небо. Он почти не сводил глаз с неба с тех пор, как дракон унес Кельду и Станаха.

Лавим вздохнул. Да, он потерял прекрасную возможность познакомиться с драконом поближе: он прибежал слишком поздно и увидел дракона уже в небесах, когда тот черной тенью летел на восток; наездника в плаще на нем уже не было.

Они нашли одноглазого гнома в овраге. Почти все кости у него были переломаны, но одноглазый был еще жив. Когда Финн ножом перерезал гному горло, кендер подумал: он мстит за смерть Лера; однако Музыкант сказал, что он просто сжалился над гномом.

Лавим взглянул на Финна тот сидел у подножия холма, положив голову на колени, и словно бы не замечал беспрестанно расхаживающего Кембала. После гибели брата Кембал молча ходил у подножия холма, подняв голову в небо, крепко сжимая оружие, как охотник, ожидающий нового нападения хищника. Музыкант сказал Лавиму так: