Лузиады
Шрифт:
Он к нам нагрянет из страны далекой,
Божественными силами хранимый.
Пред ним склонится воинство Востока,
Его признает мир несокрушимым.
И будет славен даже побежденный,
Таким врагом в сраженье превзойденный".
57
Так, коротая время в разговоре,
Они вошли в многоколонный зал.
Там в златотканом дорогом уборе
На ложе император возлежал
И с ласковою благостью во взоре
Диковинных пришельцев поджидал.
Вокруг него все роскошью дышало
И славных мореходов поражало.
58
Близ ложа старец древний и почтенный
Предвосхищал правителя желанья.
Душистый листик жгучего растенья
Владыке подавал он непрестанно.
А к Гаме подошел брахман степенный,
Спеша пришельцу оказать вниманье,
По мановенью короля благого
У ложа усадил его златого.
59
Представ перед могучим властелином,
Смотревшим на пришельцев с изумленьем,
Наш Гама обратился к Саморину
Со словом доброты и уваженья.
Найти друзей надеясь на чужбине,
Благих исполнен дум и побуждений,
Возвысил голос капитан отважный
И речь держал открыто и бесстрашно.
60
"Из той страны, где над стихией пенной
Ночь солнца круг в объятья принимает,
Наш государь с приязнью неизменной
Поклон тебе, владыка, посылает.
С открытым сердцем, честно, откровенно
Тебе свою он дружбу предлагает.
Ведь даже к берегам его державы
Уже домчалось эхо вашей славы.
61
Богатства Тежу, самоцветы Нила,
Блеск роскоши Зеландии холодной
И все, что Эфиопия взрастила
Дары земли далекой, плодородной,
Родная Португалия вместила,
И наш король, властитель благородный,
Казной неисчислимой обладает
И гордою страной повелевает.
62
Лишь захоти, любые соглашенья
О дружбе и торговле невозбранной
С тобой он заключит без промедленья,
Ища твоей приязни неустанно.
Коль согласишься, божьим дозволеньем
Доход ваш возрастал бы постоянно.
В достатке б ваши земли процветали
И зависть у соседей вызывали.
63
Коль дружба между вами утвердится,
То он с людьми, оружием и флотом
Согласен защищать твои границы
От диких и воинственных народов.
Его любой противник устрашится,
Минуют вас набеги и невзгоды.
Подумай и направь, я заклинаю,
Со мной ответ благому государю".
64
Властитель Малабара отвечал,
Что, видя мореходов-лузитанцев,
Как все, он удивленье испытал
И с радостью внимал словам посланца,
Но о стране их ране не слыхал,
И прежде чем ответить чужестранцам,
Совет он созовет без промедленья,
Чтоб высшей знати выслушать сужденья.
65
Пока же предлагал в своих чертогах
Пришельцам он вкусить отдохновенье,
Чтоб муки изнурительной дороги
Предать навеки прочному забвенью.
В небесной выси месяц сребророгий
Спешил свершить свое ночное бденье.
Он сон на землю посылал блаженный,
А с ним покой скитальцам дерзновенным.
66
И Гама и герои-лузитане
В чертогах на ночлег расположились.
И, радости предавшись столь желанной,
Покоем долгожданным насладились.
А Катуал, их спутник постоянный,
Пока они в глубоком сне забылись,
Спешил узнать по воле Саморина
О вере их, делах и властелине.
67
Едва лишь бог, на Делосе рожденный,
Взглянул на землю светозарным оком,
Немедля царедворец искушенный,
Чтя волю повелителя Востока,
Послал за Монсаидом просвещенным,
Чтоб тот поведал о стране далекой.
Поскольку гости, что к нему явились,
Соседями арабу доводились.
68
И, повинуясь высочайшей воле,
Поведал Монсаид велеречивый:
"В дни прошлого мне выпало на долю
Узнать моих соседей горделивых.
Не буду я с рассказом медлить боле,
Пусть знает государь благочестивый,
Что от брегов Испании чудесной
Народ к нам прибыл, мужеством известный.
69
Пророка эти люди почитают,
Что был рожден юницею невинной.
Отцом его дух божий называют,
Ему кадят и службу правят чинно.
Их воинами храбрыми считают.
Не раз, решая с нами спор старинный,
Они моих сограждан побеждали
И честь своей державы умножали.
70
От берегов прохладной Гвадианы
Они нас безвозвратно оттеснили,
Идя на нас войною беспощадной,
Долину Тежу быстро захватили.
И, рассекая волны океана,
Они до нашей Африки доплыли.
И там в покое нас не оставляют
И наши цитадели осаждают.
71
Испании воинственной народы
С дружиной Луза часто в бой вступали,
Но все напасти, беды и невзгоды
Достойно португальцы отражали.
Их государство крепнет год от года,