Лузиады
Шрифт:
"То Каликут, коль я не ошибаюсь.
93
Вот берег, что сквозь слезы и туман
Сиял вам в ваших грезах просветленных.
Неистовый смирился ураган,
Закончился ваш труд непревзойденный".
Услышав это, славный капитан,
Страданьями и бурей изнуренный,
Со вздохом на колени опустился
И к Господу с молитвой обратился.
94
Он к небесам вознес благодаренье
За то, что верный путь ему открыли
И, флот ведя сквозь муки и лишенья,
Его от страшной гибели хранили,
За то, что жгучих ветров озлобленье
Они, щадя армаду, прекратили
И обуздали ураган суровый,
Скитальцев бедных погубить готовый.
95
Изведав страх и горькие страданья
И побывав меж небом и землею,
Мужают души в буре испытаний,
Рождаются отважные герои.
Чтя предков добродетельных деянья,
Они не ищут с робостью покоя,
Не устилают ложа соболями,
Московии бесценными дарами.
96
Их не прельщает трапез пышных сладость,
Веселие пирушек и гуляний
И не влечет изменчивая радость
Пленительных и трепетных лобзаний.
Стремится упоительная младость
К геройским и возвышенным деяньям
И гордо слабых духом презирает,
Покою ратный труд предпочитает.
97
Взяв в руки меч и натянув кольчуги,
Отечество герои защищают
И, не пугаясь с Родиной разлуки,
Пределы дальних вод пересекают.
От знойных ветров принимают муки
И средь снегов бескрайних замерзают,
Своей рукою славу добывая
И грудь свою под копья подставляя.
98
И к свисту пуль их души привыкают,
Пройдя сквозь бури дерзостных сражений,
А лица их сиянье излучают,
В сердца других вселяя уваженье.
Звон золота герои презирают,
Пустые отвергая наслажденья,
Смеясь над переменчивой фортуной,
Лишь добродетель в мире чтут подлунном.
99
И после стольких тягот и мучений
Их мудрость и величье посещают.
В горниле бед и горестных лишений
Они законы мира постигают.
И кажется, как будто с возвышений
Герои даль земную наблюдают,
Спокойно относясь к капризам славы,
Что лаврами венчает их по праву.
ПЕСНЬ СЕДЬМАЯ
1
Армада Луза подошла к пределам,
Где плещет Инд своей волной свободной
И где, покинув рай небесный, смело
Струится Ганг потоком полноводным.
Ты с честью завершил святое дело,
Народ отважный, гордый, благородный.
Желанный край детей твоих встречает
И им свои богатства обещает.
2
Я к вам, о дети Луза, обращаюсь.
Хоть вас в подлунном мире так немного,
Вам по плечу, я честию ручаюсь,
Разбить навеки мусульман жестоких.
Насчет соседей я не заблуждаюсь,
И в верности мы Небу одиноки.
Соседи наши в дьявольской гордыне
Царю небес уж неподвластны ныне.
3
Чем меньше вас, герои-португальцы,
Тем больше сил вам небо придает,
Ведь только вы, бесстрашные скитальцы,
Христовой веры истинный оплот.
Дерзайте же, счастливые страдальцы,
Судьба великий жребий Лузу шлет,
Униженных и малых возвышает,
Ценой их смерти веру укрепляет.
4
Пусть видит вас германцев гордых паства,
Что от Петра потомков отвернулась,
Войною изнуряя государство,
Вкруг пастыря мятежного сомкнулась
И, духом раздираема бунтарства,
От истины господней отшатнулась,
Не Порте Оттоманской угрожая,
А мощную державу ослабляя.
5
Воззри на племя Луза, англичанин.
Ты королем святой земли зовешься,
Но ею правит алчный мусульманин,
Покуда ты порокам предаешься
И сам, как недостойный агарянин,
Над верой предков доблестных смеешься,
Бесстыдно христианство исправляешь,
Священные законы попираешь.
6
Земной Ерусалим, о ложный царь,
Ты захватил коварно и бесчестно,
Раз христиан законный государь
Теперь отверг Ерусалим небесный,
А что сказать о Галле мне, что встарь
Был древним благочестием известен?
Он титулов своих не защищает
И братьев в ослепленье убивает.
7
Ты кровь детей Христовых проливаешь.
Бесчинствуешь, как тать, в чужих владеньях,
А на Восток свой взор не обращаешь,
Язычникам не мстишь за преступленья.
В беспечности ты, видно, полагаешь,
Что ныне надлежит предать забвенью
Людовика священные заветы
И Карла несравненного победы?
8
А что сказать о тех, кто расточает
Всю жизнь свою в постыдных наслажденьях,
Кто в неге утонченной утопает,
Забыв о славной древности свершеньях,
Кто Родину на части раздирает,
Предавшись нечестивым помышленьям?
К тебе я, о Италия, взываю,
Хоть слов своих бессилье понимаю.