Лоллипоп
Шрифт:
Когда дошла очередь до Томми, тот уже не торчал у столба. Он танцевал с Эрикой. Затем разговаривал с Эгоном, после чего потанцевал с Габриэлой. А когда начался следующий танец, Томми оставил Габриэлу и подошёл к Эвелине, у которой глаза цвета пармских фиалок.
«Ну уж этой ты, извини, не пара, – подумал Лоллипоп, – слишком скучен и денег не водится!»
Томми даже немного не дошёл до Эвелины, как она сама выбежала ему навстречу, улыбнулась, сияя фиалковыми глазищами, и выпалила:
– Давай станцуем, Томми!
«Этого не может быть, – подумал Лоллипоп, – потому что этого не может быть никогда!» А приглядевшись внимательнее, он увидел, что Томми держит зелёный «Лоллипоп» у правого глаза. Левый он зажмурил. Лоллипоп взял коробку с леденцами. Там их было штук сорок. Закрыл крышку, перевязал ленточкой, получился подарочный набор.
В шесть вечера праздник подкатил к концу. Хайдегунда сказала:
– Лоллипоп, твой день рождения был в тыщу раз веселее моего!
Эгон сказал:
– Лоллипоп, это вообще самый весёлый день рождения из всех, где я бывал!
Даже болонке дворничихи день рождения явно понравился. Она сидела на подоконнике, радостно подёргиваясь и скуля в такт музыке.
Последним из ребят собрался домой Томми.
– Было потрясающе здорово, как никогда! – сказал он бабушке Лоллипопа.
Лоллипоп протянул Томми коробку с леденцами.
– На, – сказал он, – это тебе. Мне они уже ни к чему.
Томми посмотрел на коробку, потом на Лоллипопа и опять на коробку.
– Леденцы какие-то чудные, – сказал он.
– Вкусные, – сказал Лоллипоп.
– Не в том дело, – сказал Томми. – Я тут кое-что обнаружил. Совершенно случайно. Если леденцы хорошенько обсосать, так, чтобы они стали тонкими и прозрачными, и если их после…
– На твоём месте, – оборвал его Лоллипоп, – я бы не распространялся, а взял бы их да пошёл домой!
– Давай, если хочешь! – сказал Томми.
Он засунул коробку под мышку и пошёл домой.
Лоллипоп глядел ему вслед, и на душе у него было хорошо.