Локотство
Шрифт:
– Попробуй его уговорить....
– Не надо недооценивать. Он умнее многих будет. Зовём?
– Зачем?
– Не знал бы тебя, тоже задался бы таким вопросом. Ты до сих пор не понимаешь, что довёл котёл до кипения? Сейчас свары начнутся.
– Было бы ради чего. Всё равно сдохнем.
– Ты ещё расскажи это кому! Локот, духи тебя.... Сам надежду посеял!
– Так, а что было делать?
– Да всё правильно. Совсем слизнями стали. Видел, как воёвые взялись?
– Видел.
Люди, прибившиеся к Саниту действительно воспряли. Несмотря на усмешки окружающих, они вышли на тренировки. Мне даже показалось, что многие им завидуют, и рады бы даже присоединиться, только.... Не в чести воёвые среди рабов. Очень не в чести....
– Думаешь, Нумон пойдёт?
– Пойдёт. Завтра пошлю за ним.
– "Пошлю".... Я словно и вправду локот.
– Не убили бы за клинок власти, - осадил мою радость Толикам.
Клинок власти.... Ну нет в этом мире корон. Хотя может оно и верно.... Символ владения выражал именно клинок, а не украшение на черепной коробке. Хотя и та нужна очень.... Философом я стал в последнее время.
– Да какой клинок.... Прекрати. Так палка деревянная.
– Хромой.... Я, конечно, рад, что ты так веришь в людей, только на это место полно желающих. Да и наказанные понимают почему "рваньё" головы потеряло.
Землянка была почти пуста. Редкий случай для вечера. Пройдя между рядов топчанов, я добрался до своего закутка, бережно увешанного шкурами зверья вместо занавесок. Алия умела создавать уют.
– Садись, - улыбнулась хозяйка "дома", расположившись на широченной кровати, свернув ноги калачиком и положив на них книгу.
Вот уж кто свет в оконце....
– Отошла?
– присел я, рядом дотронувшись до светильника, чтобы сделать свет поярче.
Надо отметить, что обстановка именно нашего угла блистала, по рабским меркам, роскошью. Это был скорее шатёр какого-то хана, чем жилище беглых рабов. Мало того что всё в шкурах, так ещё и личный магический светильник, экспроприированный из кают "Императора". На полках, свисавших с потолка (у стены сыро), лежали книги, а по периметру нашего жилища - разнообразные склянки и бутылочки. Единственный минус - это размер "шатра" - всего два на два. Но, Алие нравилось.
– Да, - отложила она книгу.
– Амулет не забирала?
– Неа.
– Надо сходить, - стягивая сапоги, произнёс я.
Поскольку селяне остановились в своих шатрах, то на всякий случай, амулет выданный ребёнку Протоса, на ночь мы забирали.
– Я позже сбегаю.
Справившись, наконец, с упрямой обувью, я выдвинул из-под топчана корыто и опустил в холодную воду ступни. Как ни крути, а совместное проживание с девушкой дисциплинирует. Вот хрен бы я, если бы жил один, стал бы сейчас мыть ноги.
– Аля!
– Раздалось из-за занавески, только я опустил её.
– Чё?
– Перегнувшись через меня, Алия отодвинула шкуру, впуская рожу Жука внутрь.
Я толкнул девчонку в бок.
– Что?
– Сердито посмотрев на меня, поправилась она.
– Открой, я кашу принёс. Руки заняты.
Алия бесцеремонно протоптавшись коленями по мне, приподняла занавесь, закрепив верёвкой, и приняла от Жука две плошки:
– Ухаживаешь что ли?
– Да щас. Оруз сказал, что локоту вместе со всеми есть негоже.
– Ты смотрю и себя не забыл, - прокомментировал я третью посудину в его руках.
– Ага, - расплылся тот в улыбке, присаживаясь на край нашего топчана свесив ноги.
– Когда ещё с локотом поужинать удастся.
– Поужинать.... Хм.... Какие изречения! Раньше ты "пожрать" говорил. А отвар где?
– Позже принесу.
– Что там рупосовские?
– Понизив тон, поинтересовался я.
– Оруз сказал, что переговорит с ними.
– Аликсий!
– Раздался крик Слепого от входа в яму.
– Дома?!
– Дома он, дома, - пробурчал кто-то ему в ответ.
– Я не вовремя, - протиснувшись между топчанами, Торик, он же Слепой, откинул побольше занавесь и присел на топчан напротив.
– Да ладно. Поел уже?
– Я бы да не успел, - ухмыльнулся он.
Торик был ответственным за кухню, вернее выдачу продуктов для кухонь - готовить приходилось на такое количество народу в нескольких котлах, снятых с кораблей.
– Жук ты бы сгонял за отваром?
– предложил Торик, слегка толкнув ногой по меховому сапогу парня.
– Да чего вы затеяли! Отвар, отвар, - насупился парень.
– Дай поесть!
– Жук! Четвёртый раз за день! Не лопнешь?
– Ладно, ладно. Пошёл уже....
– В смысле четвёртый?
– поинтересовался я, когда мальчишка ушёл.
По заведённым традициям - голод всё-таки - готовили всего два раза.
– Да-а.... Жук ведь, - отмахнулся Торик.
– Я просто раз ловил его... дважды. Внушение, конечно, сделал, но думаю, не помогло. Я чего зашёл, - пересел на наш топчан Слепой.
– Санит с Долтом нервничают.
– То есть?
– Боятся, что их как наказанных....
– Санит то чего?
– слегка слукавил я.
И та и другая группы не пользовались особым уважением. И те и другие из касты надзирателей. И та и другая всего человек по двадцать. Но если санитовских всё равно побаивались, то на долтовских зуб точили многие и совсем нешуточно. Всё-таки бывшие надзиратели. Я и сам.... Не важно.
Вообще такого уж чёткого разделения не было. Но приверженцы определённых направлений были. Самыми серьёзными считались орузовские, поскольку на их стороне были корабельные, то есть Сухой.