Лабиринт Сумерек
Шрифт:
Он говорил тихо, и дыхание гладило щеку ийлуры, пока элеан перепиливал веревки.
– Ночью мне было послание, – продолжил он, отступив на шаг, – я увидел и тебя, такой, какая ты шла на юг, и Отца нашего Санаула, и единственного сына его, который указал мне правильный путь. Видишь ли, женщина, легенды умирают вместе со смертными. Каждое следующее поколение теряет частицу старой памяти, и не нужно винить капитана – он и знать не знает, что на самом деле нашелся ключ к вратам в Лабиринт. Последний жрец, который открыто водил в Лабиринт Избранных, исчез не меньше двух веков тому назад. Кто бы мог подумать, что ключ отыщется?
Элеан замолчал, склоняя голову то к одному, то к другому плечу. Было видно, что он принимает важное решение.
– О какой потайной двери ты говорил? – спросила Эристо-Вет.
– За ней начинается тоннель, который приведет тебя в Лабиринт Сумерек, – пронзительные черные глаза испытующе уставились на нее, – никто о нем не знает, и я не должен знать.
– Ты пойдешь со мной?
– Нет.
И она вдруг все поняла. Покровители, как жестоко может быть ваше решение!
«…И я не должен знать».
А узнав, буду вынужден покинуть Эртинойс.
Впрочем, как еще может поступить капитан стражи с подчиненным, упустившим… Нет, даже выпустившим на волю ийлуру, которая слишком много знала?!!
– П… прости, – выдавила Эристо-Вет.
– Я выполняю волю своего Бога, – спокойно ответил элеан. – Сумеречный Отец будет доволен, и мне нечего бояться. Я верю в то, что найду приют у его трона.
Он ободряюще улыбнулся ей и пожал руку. Пальцы элеана оказались холодны, как застывший в ожидании камень.
– Когда ты уйдешь, я закрою ход и выйду к ним, – прошептал он.
Затем тряхнул головой, отгоняя мрачные мысли, и уже совсем обыденно сказал:
– Возьми. Вот твое оружие, я взял его с собой. И немного воды – она может тебе понадобиться… чтобы дойти до Ока Сумерек. Не думаю, что тебе придется возвращаться… Разве что Санаул смилостивится и пошлет тебе знак.
Эристо-Вет невольно втянула голову в плечи. Вот он, приговор. Да ей самой не придется возвращаться под небо Эртинойса! Но – выбора больше не осталось. Никакого.
«Фэнтар Пресветлый, дай мне сил сделать то, что задумала».
– А теперь – иди.
Элеан пошарил по камню рукой, у самого пола нажал на скрытую пружину. Заскрежетали древние механизмы, и прямо напротив запертой на засов двери каменная плита ушла вверх, открывая узкий, но, на удивление, освещенный коридор. Выполненные в форме правильных пятиугольников камни давали тусклый белый свет.
– Иди, – твердо сказал элеан, – и ни о чем не беспокойся. Я верю в знаки Санаула, и не сомневайся, ибо нет ничего хуже, чем сомнение.
Эристо-Вет не стала медлить. Ей все казалось, что сквозь опустившуюся плиту просочатся крики стражей, обнаруживших предателя. Она боялась, что услышит и предсмертный хрип черноглазого элеана, а потому бежала вперед со всех ног.
Быстрее, быстрее.
В то время как он, Избранный Санаула, лежит на каменном полу, отдавая базальту последнее тепло и последнюю кровь.
В то время как его последнее дыхание мягко касается тяжелых и равнодушных сводов пещеры.
В то время как капитан стражи сердито звенит золотыми цепочками и кричит на подчиненных, которые безмолвно стоят перед ним, опустив головы.
В то время как…
Нитар-Лисс и бывший раб Ин-Шатура все ближе и ближе к Оку Сумерек.
Эристо-Вет бежала. Вперед – и вниз. По широкой спирали. Коридор плавно заворачивал, уводя в недра горы, даже глубже, туда, где Санаул спрятал от глаз смертных Сад Бога.
И не оставалось у нее больше ничего – ни надежды, ни раздумий, ни слез. Только цель. Успеть и убить посягнувших на святыню. А потому на душе было легко, и ноги без устали отталкивались от шершавой поверхности пола.
Эристо-Вет спешила, но все же остановилась, когда закончился коридор, а под ногами заволновалась гладь стеклянного озера. Ийлура знала, что может смело идти по густой и упругой, словно губка, воде, и точно так же была уверена, что как только ей захочется нырнуть, сумеречный бог позволит ей это сделать. А там вместо дна…
Цепи черных скал. Звенья цепляются друг за дружку, пересекаются, расходятся…
Лабиринт Сумерек.
– Спасибо тебе, – прошептала ийлура, обращаясь к чужому богу, – спасибо, что поверил. И я тебя не подведу.
Она присела на корточки, глядя сквозь стеклянную толщу. Лабиринт расстилался под ней множеством дорог, сплетением стен-скал, и там не было темно, даже, наоборот, – как будто сверху светило солнце. Эристо-Вет прищурилась, ей показалось, что посреди черной пустыни зеленеет одинокий островок… И вдруг сердце испуганно сжалось.
Далеко внизу по дороге меж аспидных клыков брели двое, мужчина и женщина.
«Вот и вы, мои голубки». – Эристо-Вет покачала головой.
Все говорило о том, что близок конец ее путешествия. А что ее там ждет – было ведомо лишь Санаулу.
Потом, спохватившись, ийлура снова побежала, легко отталкиваясь от пружинящей поверхности озера. Оставалось нагнать темную жрицу, нырнуть сквозь застывшую стеклом воду… – «Да откуда ты знаешь-то, что придется нырять?» – «Знаю. Чувствую. Иного здесь не нужно».
– И успеть убить ее до того, как будет призвано Покрывало Шейниры, – мрачно выдохнула Эристо-Вет.
Она остановилась. Теперь парочка брела почти под ногами, две крошечные букашки посреди вздыбившихся костей мира сего. Эристо-Вет набрала побольше воздуха, зажмурилась и, уже ни о чем не думая, нырнула – головой вниз, так, как будто под ней была самая обычная вода.