Лабиринт Сумерек
Шрифт:
В кабинете вновь повисла тишина. Страшная, пустая – казалось, слышно, как за пределами скалы рассекают воздух крылья элеанов…
«Да это же мое дыхание», – поняла Эристо-Вет мгновение спустя.
С надеждой глядя на замершего в изумлении капитана, ийлура молча ждала. Краем глаза она заметила, как нахмурился черноглазый и как стал белее простыни другой страж, присевший на табурет у входа.
– Ты, как я погляжу, много знаешь.
Капитан говорил тихо и приблизился к Эристо-Вет едва ли не на цыпочках – словно боялся разбить купол тишины.
– Если вы поторопитесь, то я могу их нагнать. И уничтожить.
Элеан не обратил внимания на ее слова.
– Наверное, твои познания куда глубже, чем того бы хотелось, – вкрадчиво продолжил капитан. Аметистовые глаза превратились в злые щелки.
– Я все сказала. – Ийлура выпрямилась под пристальным взглядом. – Может быть, и хорошо, что все складывается именно так. Темная жрица хочет заполучить Око Сумерек, капитан, мне неизвестно, на чьей стороне она играет, но говорю вам: ийлура, присягнувшая на верность Шейнире, может покуситься на ваше сокровище. Дайте мне несколько воинов, и мы еще сможем нагнать ее, пока не случилось непоправимое.
Элеан усмехнулся и потер друг о дружку узкие ладони.
– Любопытно… да-а…
Черноглазый внимательно рассматривал Эристо-Вет и шевелил губами, словно произносил слова молитвы.
– Отведите ее вниз, – дрогнувшим голосом и на общем скомандовал капитан. – О таких вещах, как Лабиринт, лучше всего рассказывают на дыбе.
– Да вы с ума сошли! – Эристо-Вет схватила элеана за узкий рукав, облегающий тонкую, но мускулистую руку. – Все, что знала, я уже сказала! Торопиться надо, чтобы схватить жрицу Шейниры…
Он с усилием высвободился, и в то же время ийлура ощутила, как ее хватают за локти и как тонкая удавка врезается в шею. Эристо-Вет кого-то пнула носком сапога, кому-то с силой наступила каблуком на ногу; освободившейся рукой вцепилась в шнур, лишающий ее воздуха.
– Отпустите! Вы… поверьте мне, побери вас Шейнира! Просто поверьте! О таком не лгут!
Капитан покачал головой, махнул рукой.
– Отчего же, я верю. Но должен убедиться в том, что ты ничего не скрываешь.
В ушах Эристо-Вет гулко заухала кровь; дышать становилось труднее и труднее, а руки снова заломили. И вместе с тем пришло осознание того, что она все делала неправильно с самого начала. Не нужно было говорить с Этт-Рашем и не стоило пытаться соврать элеанам. Правильным… Правильным было бы тихо следовать за новым агентом Альбруса и говорить седовласому капитану только правду. А теперь – расплата за собственную глупость.
И даже через Границу не прыгнуть, потому что слишком крепко ее держат, и слишком тяжело дается каждый вздох, и перед глазами уже замельтешили темные мошки, вестницы беспамятства…
– Вот и поговорим, – откуда-то издалека донеслось до Эристо-Вет, – в любом случае это не займет много времени.
Ее волокли вниз, вниз и вниз. По бесконечным коридорам, перемежающимся с узкими винтовыми лестницами. Мелькали вставленные по бокам в камень молочные кристаллы, кое-где сочилась по стенам вода, собираясь в лужицы на полу, а затем ускользая в невидимые трещины. Задыхаясь, Эристо-Вет все еще пыталась сопротивляться, кричала о том, что сиятельный капитан еще пожалеет о потерянном времени и что нужно снарядить погоню за темной ийлурой. О том, что она, провались все к Шейнире, все равно не даст себя пытать, а попросту исчезнет из рук палачей – хотя, конечно, это будет без толку, все равно потом не выбраться из лабиринта внутри горы…
Затем они уперлись в небольшую дверцу, откуда-то вновь появился черноглазый красавчик элеан. В руке он держал некое подобие факела: светящийся кристалл, укрепленный в расщепленной жерди.
– Погодите. – Он говорил на общем. Не иначе чтобы Эристо-Вет поняла. – Я сперва сам допрошу эту красотку.
И окинул Эристо-Вет плотоядным взглядом, отчего ийлуре захотелось плюнуть ему в лицо. Проклятье! А она-то, дурочка, считала его чуть ли не единственным элеаном, с которым можно было бы договориться!
Один из стражей что-то недовольно буркнул, на что тут же получил исчерпывающий ответ:
– А вы продолжите. И капитану об этом вовсе не нужно знать, верно?
«Ну попробуй, мой сахарный». – Эристо-Вет хмыкнула.
Чем дальше, тем сильнее плескалось у нее в груди обжигающе злое море. В нем собрались все неудачи этого дурацкого похода, все недомолвки и обман метхе. И, в конце концов, предательство Дар-Теена. «На кого он, шейнирова тварь, работает?!!»
И теперь, значит, с ней хотят развлечься, как с какой-нибудь девкой?
«Ну-ну, поглядим, что у вас выйдет».
Пусть у нее связаны руки, но эти хрупкие дети Санаула даже не представляют, на что способна разъяренная Хранительница Границы.
…Ее втолкнули в круглую комнату, элеан зашел следом, тщательно прикрыл за собой дверь, а потом и вовсе запер ее на засов.
Эристо-Вет, которую наконец-то избавили от удавки, хватала ртом сырой застоявшийся воздух.
– Только подойди.
– И что? – Он приподнял бровь. – Что ты мне сделаешь?
– Узнаешь тогда, – огрызнулась ийлура, глядя на приближающегося врага.
– Мм… – Элеан вдруг беспечно улыбнулся. – Сумеречный Отец, какая женщина! Не женщина, а тигрица с окраины Черных песков! Послушай меня…
Он сделал еще один шаг и вынул нож. Эристо-Вет попятилась. Нож – это плохо, конечно, но справиться можно. Тем более один на один и когда дверь заперта изнутри.
В ее душе накопилось столько злости и отчаяния, что совсем не осталось места для страха.
– Послушай, – повторил элеан, странно блеснув глазами, – сейчас за твоей спиной может открыться потайная дверь. И ты можешь войти в нее, если…
– Если?.. – Она удивленно моргнула.
Новый вихрь событий подхватывал ее, грозя вновь унести. Только вот куда?
– Если позволишь разрезать веревки, – устало закончил черноглазый. – Не брыкайся, позволь мне тебя освободить. И послушай наконец, что я тебе скажу.
Вся ее злость, так долго копившаяся, разом схлынула. Осталось лишь удивление, да извечный вопрос «почему».
– Я тебе верю. В то, что ты рассказала про священных зверей, и про Лабиринт Сумерек, и про Око… Невзирая на то что не должны чужаки об этом знать, а те, кто знает, должны немедленно отправиться к своим богам.