Лабиринт Сумерек
Шрифт:
А обрывок, найденный Дар-Тееном у посвященного?.. Там ведь было – «обен бо». Подобен Богу!..
– Побери меня Шейнира, – повторила Эристо-Вет, – как же я была слепа!
Она взглянула на последний листок. Там, на полях, было написано: «год 800 от сотворения. Ин-Шатур, посвященный Храма Фэнтара Светоносного».
Вот так. У метхе Альбруса оказались неведомо как обретенные листки, вырванные из дневника убитого Ин-Шатура.
Тогда… не сам ли метхе расправился с посвященным?
Может быть, не стоило так поспешно обвинять в этом Нитар-Лисс?
Стараясь унять дрожь в пальцах, Эристо-Вет навела порядок в бюро и двинулась к распахнутому окну.
…Она успела.
Стоило только притворить окно, как бесшумно распахнулась дверь и из темноты коридора вылился долговязый силуэт Альбруса.
«И тот, кто завладеет им, станет подобным Богу. Какую игру ведешь ты, уважаемый метхе? Хочешь предотвратить появление нового небожителя – или же, наоборот, хочешь прикарманить Око Сумерек?»
Метхе остановился на пороге. Быть может, ждал приглашения, но Эристо-Вет не торопилась. Наконец синх чуть заметно вздохнул и, пришепетывая, проговорил:
– Дар-Теен будет жить. Можешь более за него не беспокоиться.
Ийлура подняла на него глаза.
– Метхе намекает на то, что мне следует побеспокоиться о себе?
Она моргнула при виде мгновенно выросших за спиной Альбруса фигур. Синхи, побери их Претемная. Неужели ее сейчас поведут на казнь?..
Эристо-Вет сжала зубы. Нет, нет и еще раз нет. Кто бы ни пришел, кем бы ни был палач… Она не даст отрубить себе голову, пока рука держит меч, пока бьется сердце…
Альбрус поднял руку – силуэты исчезли. Всего лишь один шаг назад, в темноту, и они растворились в ночи.
– Я говорил с оставшимися Тремя. – Тихий голос синха обволакивал, усыплял бдительность.
– И что, они согласились с тем, что моя вина искупится только кровью?
– Не перебивай. – Метхе потоптался на пороге, выразительно глянул на ийлуру, но та промолчала. – Твоим наказанием станет изгнание сроком на пять лет. Мы учли то, как ты служила Ордену все эти годы, и, кроме того, ты спасла жизнь одному из способнейших наших воинов.
«Всего-то! Всего пять лет?!!» – чуть не вырвалось у Эристо-Вет, но она вовремя прикусила губу. Больно, почти до крови.
Разумеется, то, что говорил синх, было хорошо для нее, для ослушавшейся приказа, но все же…
«Не обойдется без подвоха, это точно», – решила ийлура и молча уставилась на синха, ожидая продолжения.
– Ты должна будешь покинуть Орден в течение пяти дней, – сухо закончил Альбрус и повернулся, чтобы уйти.
«И все?!!»
Она не выдержала и окликнула своего старого учителя:
– Метхе, постойте! А как же… как же мое задание?
– Я нашел другого исполнителя, – процедил синх, – тебя это не должно более…
– Кто? Дар-Теен?
Эристо-Вет брякнула это наобум, надеясь, что Альбрус ее исправит, и не обманулась.
– Нет. К чему Дар-Теену заниматься такими мелочами? – Как ни в чем не бывало синх растянул тонкие губы в улыбке. – Этт-Раш завершит начатое тобой… Как только сотворит ритуал и узнает, где сейчас Нитар-Лисс.
«Взгляд в Темный кристалл, – догадалась Эристо-Вет, – он уже разыскивает жрицу, чтобы преследовать. Но, Покровители, почему Этт-Раш?!!»
Выбор учителя показался ей странным. Этт-Раш был молодым бесшабашным ийлуром, хвастуном и задирой и за пребывание свое при Ордене не выполнил ни одного сколь-нибудь важного поручения. Ийлура потерла подбородок.
«Да он же не справится! Плохой выбор, метхе, из рук вон плохой… Уж лучше бы ты выбрал Дар-Теена, который, похоже, и так играет на твоей стороне…»
Красные глаза синха загадочно блеснули.
– Если ты мне позволишь войти, Эристо-Вет, я дам тебе кое-что на прощание, – миролюбиво прошелестел Альбрус, – кто знает, когда ты вернешься, я уже могу пребывать в царстве нашей Претемной Матери. А мне… мне бы хотелось, чтобы ты помнила своего старого учителя, невзирая на некоторые… мм… наши разногласия.
– Я буду помнить вас, метхе, до конца своих дней. – Она удивленно взглянула на синха. Покровители, а ведь он и вправду стар… Слишком стар, чтобы протянуть долго. – Прошу вас, метхе. Удостойте мою келью великой чести…
Синх ссутулился, став похожим на мерзнущую ворону, и переступил порог. Долгопалая рука нырнула в кармашек расшитой золотом альсунеи.
– Вот. В этом медальоне частица Молота Света. Реликвия, можно сказать, для ийлуров. А на обратной стороне выгравирован Квадрат Мироздания.
Эристо-Вет невольно затаила дыхание. Покровители! А потом она еще раз взглянула на старого хитрого синха, и сострадание к тому, кто скоро покинет Эртинойс, кольнуло сердце. Альбрус молча протягивал ей медальон на толстой серебряной цепочке и жалко улыбался.
– Слишком роскошный подарок, метхе. – Она со всем возможным почтением взяла сокровище. Пальцам стало тепло, наверное, потому что там была частица легендарного Молота Фэнтара, Отца-Покровителя всех ийлуров Эртинойса…
– Ты моя лучшая ученица, – прошептал синх, – пусть Фэнтар хранит тебя, моя девочка. Я хочу, чтобы ты помнила своего метхе и никогда не снимала медальон.
Эристо-Вет быстро сглотнула горький комок. Эх, Альбрус, Альбрус… Что бы ты ни делал, каким бы ни был – но прошлого не перечеркнуть. Ты был учителем, каких днем с огнем не сыщешь…
– Благодарю, – пробормотала ийлура.
Она вздрогнула, когда тонкие губы синха коснулись ее лба.
– Носи и помни.
И Эристо-Вет снова осталась одна.