Чтение онлайн

Но у большинства Шуриных приятелей и приятельниц по университету, по редакции, по Союзу журналистов мат звучит и выглядит в их речи достаточно нелепо. Ну, например, как если бы женщина к вечернему платью, пахнущему дорогими французскими духами, напялила бы вонючие солдатские кирзовые сапоги!

Я привел этот пример не потому, что у нас есть французские духи, а потому, что у нас есть такие сапоги. Они валяются в кладовке как Шурино воспоминание о службе в армии.

Другое дело - Шура Плоткин. У него матерные выражения всегда остроумны и составляют ироничную основу почти любой фразы. Или точно выражают всю степень его неудовольствия и раздражения по поводу того или иного явления. У Шуры мат столь органичен, так прекрасно вплетается в слова, исполненные глубокого и тонкого смысла, что иногда даже не замечаешь, был в этой Шуриной фразе мат или нет!...

Но Шура - человек талантливый. А это дано не каждому.

Теперь обо мне. Почему я так против Человеческого мата?

Может быть, если бы его основу составляла другая тема, или вообще, он был бы совершенно другим, я бы на него и внимания не обратил. Но ругань, построенная (кстати, достаточно бедно!..) только на том, чтобы послать кого-то на Мужской половой член, или в Женскую половую... эту, как ее? Ну, вы знаете, что я имею в виду. Сейчас я просто забыл, как это называется.

Или почему через каждое слово так необходимо трахнуть чью-то, наверное, престарелую Мать, когда вокруг есть туча молодых девок, только и мечтающих об этом?!

И потом... Это же совершенно алогично - считать оскорбительными ругательствами самые замечательные действия, дарованные природой любому живому существу! Действия, доставляющие ни с чем не сравнимое, величайшее наслаждение! Продолжение рода, наконец!.. Что может быть изумительнее, чем "куда-то всунуть" и "кого-то трахнуть"?!

Как же можно из ЭТОГО делать грязную ругань, да еще и пользоваться ею в большинстве случаев категорически не по делу?..

Вот с чем я не согласен. И мой Шура прекрасно об этом знает.

У Водилы же, при всех моих к нему симпатиях, словарный запас конечно же меньше, чем у Шуры. Поэтому мат ему иногда просто необходим. Тут я его понимаю. И если я изредка берусь пересказывать события его словами, то лишь потому, что мне необходимо наиболее точно передать ЕГО впечатления от происходящего. Безусловно, с соответствующей корректировкой текста Водилы!

Не из ханжества, как вы понимаете. Из элементарной чистоплотности, свойственной всему Котово-Кошачьему племени - от саблезубых Тигров древности до сегодняшнего бездомного Кота-Бродяги.

– ...мы, понимаешь, с Вебером расшнуровываем задник у фуры, а там, бляха-муха, сидит моя золотая Кыся и умывается, бля!

"Черт подери! Да заткнись ты! Неужели ты, дубина стоеросовая, не понимаешь, что я не так уж просто залез в фургон!" - с изрядной долей раздражения подумал я.

– Слушай, Кыся... Кстати!..
– вдруг насторожился Водила.
– А какого хера ты вообще туда полез?

Ну, все... Услышал Господь мои молитвы. Мы - в Контакте!

Теперь осторожненько, небольшими щадящими порциями мне нужно поведать Водиле обо всем, что мне известно. И выработать совместный план действий... Только очень осторожно! Иначе переизбыток информации, идущей от меня, как от более сильной Личности, может Водиле только повредить. Заклинит, и все тут!.. Мне об этом Шура читал в книге доктора Шелдрейса.

– Уж не подложили ли мне чего-нибудь такое в фуру, когда загружали мою тачку этой ебаной фанерой?
– подозрительно прищурился Водила.
– В той ликеро-водочной шараге, мать их...

Нет, Водила определенно талантлив! Мне с ним просто очень повезло.

Я вообще из везучих Котов. Правда, я стараюсь не сильно обременять Судьбу и для своего "везения" многое делаю собственными лапами. Как, например, с Шурой...

Ведь Шуру Плоткина таким, каким он сейчас есть, практически создал я! Надо было посмотреть, что получил я шесть лет тому назад, будучи еще совсем Котенком, в лице Шуры Плоткина!

Это был какой-то кошмар: молодой, пьющий еврей-неудачник, нигде не работающий из-за уже сложившейся репутации и принадлежности к знаменитому "пятому пункту".

– Да, пишет очень неплохо, но... Вы же сами понимаете, - говорили про Шуру.

Ко всему, Шура был женат на хорошенькой злобной сучке, которой в свое время нужно было всеми правдами и неправдами после университета остаться в Ленинграде, а не возвращаться в свою Вологду. История примитивнейшая и банальная, но от этого не менее горькая...

Счастье, что тогда они не обзавелись детьми и в их доме появился Я!

* * *

– Во, гляди, Кыся, как они тут ездят, бля!
– неодобрительно покачал головой Водила.
– Мы ж с тобой на нашей "Вольве" не слабо идем - сто двадцать в час, а они, суки, на своих легковых "мерсах", "беэмвухах" и "поршах" нас как стоячих делают! По сто восемьдесят, по двести чешут, придурки немецкие!.. Единственная страна, Кыся, где скорость не ограничена, мать их. Вот они друг перед другом и выдрючиваются. А потом удивляются - откуда у них на автобанах такие аварии, машин по сорок за раз в хлам!..

Я с досадой отметил, что Водила, как сказал бы Шура Плоткин, явно "сорвался с крючка". То есть, неожиданно оборвал нить Контакта со мной и переключил свое внимание на чисто внешние, привычные ему раздражители. Но тут же я честно признался себе, что виноват в этом сам. Уж слишком не во время я стал вспоминать Шуру, себя и то время, когда мы были молоды... Слишком отвлекся.

"Водила!
– мысленно сказал я и напрягся так, что у меня даже между ушей заломило.
– Постарайся сосредоточиться и понять все, что я тебе скажу. Пожалуйста, вспомни опять про свою фанеру. Я тебя очень, очень прошу, Водила!!!"

– И знаешь, Кыся, что мне еще не нравится?
– тут же, почти без паузы, проговорил Водила.
– То, что меня пытались на наркоту проверить. Меня! Которого здесь столько лет знают как облупленного. И собачки эти чуть на говно не изошли... Ну, их еще можно понять - им службу служить, а тут мой Кыся им кислород перекрывает! А если они не только на тебя лаяли, а, Кыся?...

Я поощрительно положил ему на плечо лапу и даже муркнул. Но Водила ласково отодвинул меня и сказал:

– Отсунься маленько, Кыся. Я закурю. На хера тебе дымом дышать? Эх, жаль я твою зажигалочку посеял...