Купец
Шрифт:
Кусты раздвинулись.
«Ба! Старый знакомый!» — промелькнуло в голове. Или знакомая? Или знакомые?
Он уже встречал нечто подобное, когда зеленокожие вели их на жертвоприношение. Тогда, правда, мало что удалось разглядеть. Но зато теперь…
Округлые сегменты с тонкими перемычками, шипы, усеивающие все тело твари… Тварей?.. Нет, пожалуй, это все-таки были не какие-нибудь ежи-мутанты, вцепившиеся в хвосты друг друга и двигающиеся вереницей, — это было одно существо — длинное, извивающееся, ползущее все быстрее, быстрее…
Колючки росли, словно шерсть. Даже на больших шипах топорщились шипики поменьше. Под этим шевелящимся и скрежещущим колючим панцирем невозможно было различить что-либо еще. Ни глаз, ни рта, ни шкуры твари видно не было. Только скрепленные невидимыми связками шипастые клубки в синхронном волнообразном движении продолжали «вытекать» из смятой зелени.
«Когда же ОНО кончится?!» — в ужасе подумал Виктор.
А ОНО все никак не заканчивалось.
В воздухе появилась примесь острого уксусного запаха.
Неведомое котловое отродье ползло и ползло мимо застывших всадников, срезая дерн и вспахивая землю нижними шипами. Быкони, словно осознавая опасность, стояли смирно и почти не дышали.
Тварь их не замечала, хотя находилась всего-то в паре десятков метров. Ползучий мутант устремился к Инквизиторам, которые сейчас производили гораздо больше шума. Крестоносцы что-то кричали, разворачивая быконей, но…
Мощный рывок. Шипастый монстр словно выстрелил сам собой. Хвост ползучего гада наконец вырвался из искореженного кустарника, оставив в густой зелени широкую извилистую просеку.
Сзади послышались вопли людей, вскрики быконей, стук пластика и звон железа. Тварь настигла кого-то из Инквизиторов.
— Туда! Быстро! — Костяника указала на разрыв, зияющий в зеленой стене.
Виктор, А-Ка и Костоправ последовали ее совету. Пока котловая тварь расправлялась с крестоносцами, нужно было уносить ноги.
Они мчались друг за другом по вспаханной земле, усеянной перемолотым в труху кустарником и помеченной остро пахнущими потеками бесцветной слизи. Из-под копыт летели клочья дерна, щепа, листья и влажные комья чернозема. За спиной еще слышались крики.
Виктор обернулся. Нет, не видать ничего. А впрочем, не очень-то и хотелось. Виктор и без того живо представил себе, как огромная, необычайно проворная шипастая тварь мешает с землей закованных в доспехи всадников и быконей.
Прочь! Прочь от нее! Проход, проложенный монстром в густом подлеске, был удобен для быстрой скачки. Они перешли на шаг, лишь когда быкони выбились из сил.
— Что?! — выдохнул Костоправ. — Что это за хрень была такая?
— Гуся, — ответила девушка.
— Гуся? — переспросил Виктор. Ему послышалось или в голосе Костяники и правда прозвучали нежно-ласкательные нотки?
— Гусеница, — пояснила мутантка. Усмехнулась, увидев вытянувшиеся лица спутников. — Да-да, есть у нас и такие. Обычно Гуся жрет траву, кусты и молодые деревья. Мох уминает, срывает кору с деревьев…
Виктор огляделся. Все верно: вон, даже оказавшиеся на пути котловой гусеницы камень-деревья — и те поточены.
— Но если Гуся услышит, как кто-то шумит… В общем, мясо она тоже схарчит за милую душу.
— Значит, и крестоносцев… — пробормотал А-Ка.
— Железные люди сильно шумели, — кивнула Костяника. — На наше счастье.
И, помолчав, добавила:
— Но вообще-то нам повезло еще кое в чем.
— В чем? — быстро спросил Виктор.
— Тропа Гуси ведет на север — нам по пути. Очень кстати.
— Почему?
— Это — самая безопасная дорога.
— Безопасная? — Виктор с сомнением посмотрел на густые заросли, вплотную подступавшие к перепаханной монстром полоске земли, на тяжелые шапки кронового мха, свисающего с деревьев. — Ты думаешь?
— Туда, где проползла Гуся, другое зверье не сунется, — заверила Костяника. — По крайней мере, до тех пор, пока на тропе будет пахнуть Гусей.
Действительно, едкая вонь, казалось, заполняет собой все вокруг.
— Гуся наплевала, — Костяника с улыбкой кивнула на источающее убийственное амбре пятна слизи под копытами быконей. — Ее запах отпугивает если не всех, то многих.
— А кого он не отпугнет? — хмуро уточнил Костоправ.
— Зеленых полулюдей, — посерьезнела мутантка. — Они тоже иногда пользуются тропами Гусей.
«Тогда не такая уж и безопасная получается эта дорога», — подумал Виктор. Но промолчал. Наверное, по-настоящему безопасных путей в Большом Котле попросту не существует.
Глава 33
До вечера двигались быстро и без приключений. Ночью тоже решили не останавливаться. Правда, по тропе Гуси ехали в щадящем режиме, с редкими недолгими привалами: совсем без отдыха нельзя даже выносливым быконям. Всадники в седлах тоже почти не смыкали глаз. К счастью, ночь прошла спокойно.
Еще один переход занял половину следующего дня. Затем пришлось покинуть безопасную… ну, условно безопасную дорожку, резко свернувшую на запад. Впрочем, она уже была, наверное, и не безопасной вовсе. Спасительного запаха Гуси больше не ощущалось. Да и сама тропа начала исчезать под свежей травой и побегами. Растительность в Большом Котле быстро отвоевывала утраченное.
Теперь снова приходилось полагаться только на Костянику. Красные глаза мутантки пристально вглядывались в зеленую стену, моховую крышу и травяной пол котлового леса, и пока, тьфу-тьфу-тьфу, им удавалось не нарываться на неприятности.
Для ночевки выбрали полуразрушенный кирпичный дом на окраине заброшенного поселка. Время было позднее. Сгущались сумерки. Искать более подходящее укрытие не было ни сил, ни желания. И люди, и скотина валились с ног от усталости.
— Там внутри мураш, — предупредила Костяника, заглянув в темные, забранные ржавыми решетками окна.