Чтение онлайн

– Уходим. – Иверт уже выглядывал в прорезь.

– Кир Алан, прошу вас! – Берт стянул с себя платье, обнажив худое тело с синяками, и, не дожидаясь разрешения, залез в бочку с головой. Он с остервенением начал тереть себя руками.

– Не время! – прошипел Иверт. – Если не успеем уйти, они пустят по нашему следу тау.

– А Оська? Нельзя бросать Оську! – Шут стоял в проходе, прижимая к себе цепь, словно это была драгоценность.

– Хозяин, возьмите его. – Берт быстро натягивал на себя какие-то обноски из кучи, валяющейся в углу.

– Он далеко не уйдет с этой цепью. Она весит больше карлика. – Иверт, успевший покинуть шатер, просунул в разрез лицо.

– Сам ты карлик, – возмутился Оська. – Я взрослый люд!

– Берт, поможешь ему. Уходим, уходим! – Конт решительно указал ножом на дыру, за которой тихо ругался горец.

До лесной тропы добрались без приключений. Алан, замыкающий их небольшую колонну, постоянно напряженно оглядывался, ожидая погони. Но было тихо. Иверт хотел поджечь шатер, чтобы отвлечь внимание, но конт воспротивился, он рассчитывал, что исчезновение пленников заметят значительно позже, чем в случае, если увидят огонь. Неприятность произошла, когда до спасительной тени деревьев оставалось не более пяти метров. Они как раз поднялись на пригорок и, прячась за камнями, короткими перебежками устремились к лесу, когда их заметили дети и подняли крик. Иверт подхватил на руки Оську, прижимающего к груди цепь, и огромными прыжками понесся к лесу, конт и Берт бежали следом. Прежде чем нырнуть за деревья, Алан оглянулся. К шатру, где держали пленников, бежали женщины, вооруженные кривыми мечами, со всех сторон спешили люди, и он был неприятно удивлен, когда увидел нескольких верховых мужчин. Дети возбужденно размахивали руками, показывая в их сторону. Конт выругался и нырнул под кров сребролистов.

Иверт опустил шута на землю и попытался камнем сбить браслет с его ноги.

– Думаешь, я не пробовал? Он запаян, – угрюмо сообщил Оська.

– Эта цепь весит как шут, – недовольно произнес игуш, отбрасывая камень. Он полез в маленькую сумку на поясе и достал из нее тряпичный узелок. Когда горец развернул его, по поляне потек резкий запах. – Натрите подошвы. Это отобьет нюх у тау.

Берт был босым, его ступни кровоточили. Глядя на это, конт стянул с плеч верхнюю рубаху, быстро порезал ее на полосы и замотал слуге ноги, изрядно пропитав тряпки смесью.

– Идите за мной, с тропы не сходить! – Иверт посадил островитянина на спину и побежал вниз.

Беглецы шли ходко и совершенно не по той тропе, по которой поднимались сюда. Два раза они пересекали широкие ручьи, а один раз поднимались в гору. Конт и игуш по очереди несли Оську, хотя тот и шипел, что может идти сам, но коротенькие ножки шута не успевали за длинноногими попутчиками. Первый привал сделали, когда упал Берт.

– Простите меня, кир Алан, – повинился парень, когда конт присел возле него. – Я думал, выдержу.

– Уже недалеко, – прислушиваясь к шуму леса, произнес Иверт, подавая Берту баклажку с водой. – Мы сделали крюк, сейчас вернемся на тропу.

Все тяжело дышали, по спине тек липкий пот, на который слетались полчища звенящих кровососов, добавляя «приятных» ощущений.

Сумерки в лесу наступают быстро и в то же время незаметно. К лошадям они вышли, когда солнечные лучи перестали проникать сквозь густую крону деревьев. Иверт, шедший впереди, вдруг резко остановился и поднял руку. Оська соскользнул с его спины и, присев, затаился. Все замерли, прислушиваясь. Рядом треснула ветка. Рефлексы сработали быстрее мысли, метательный нож полетел в сторону звука, следом туда же улетела стрела.

– Спасибо, сын, за достойную встречу.

Из-за дерева вышел Гривастый Волк собственной персоной. Иверт положил на тетиву вторую стрелу, Виктория сняла с пояса кинжалы, а Оська перехватил цепь двумя руками, выпустив наружу метровый конец.

– Рэй Молчун просил встретить вас, – поднял руки вверх глава племени.

После этих слов Иверт опустил лук.

– Ты ему веришь? – Алан не отрывал взгляда от рук вождя.

– У него долг перед Молчуном, – спокойно ответил Иверт, направляясь к своей кобыле.

Количество коней на полянке увеличилось, сами же горцы с белозубыми улыбками бесшумно появились из-за деревьев, и Виктория поняла, что если бы их хотели убить, то спокойно перестреляли бы еще на подходе.

– У нас вражда с Черным Ястребом. А враг моего врага – мой друг.

Они спустились с гор и теперь ехали рядом с Волком. Пожилой горец бросал косые взгляды на сына, но Иверт делал вид, что они не знакомы. Берт сидел у него за спиной и, похоже, спал. Оська же сразу нашел общий язык с молодыми воинами и без умолку болтал, сидя впереди одного из игушей. Со стороны их компании постоянно раздавался смех. Горцы вели себя свободно, не остерегаясь, что их могут услышать, словно находились на своей земле, а не во владениях враждебного племени.

– Мы хорошо потрепали Ястреба, – продолжил разговор Волк. – Он требовал за твоего слугу его мать. Когда Молчун это услышал, он взбесился. Таким злым я видел его только тогда, когда мы дрались за женщину. Славные были времена. Мы были молоды, кровь бурлила, семя рвалось наружу, девы раскрывали свои объятия.

– А сейчас? – весело спросил конт.

Вместо ответа вождь громко рассмеялся. Виктория наслаждалась общением. Как давно она вот так запросто ни с кем не разговаривала. И как же это приятно – просто поболтать ни о чем. В теле ныла каждая косточка, но в душе орали сумасшедшие коты. Оська затянул незамысловатую, но задорную песенку из серии «что вижу, то пою», в которой прошелся по Ястребу и его глупым воинам. Наградой ему был дружный смех, даже Иверт улыбнулся. Вдали показалась Кровь.

– Здесь мы расстанемся, Бешеный Алан. – Вождь смотрел открыто и заинтересованно. – Я должен тебе за сына. Жду в гости на второй день новой луны. Горцы умеют быть благодарными.

– Я приду, – кивнул конт.

– Присмотри за моим малышом, – подмигнул Волк, и небольшой отряд игушей с гиканьем и свистом унесся в сгущающуюся темноту.

Оська перебрался на коня конта, и через минуту они догнали уехавшего вперед Иверта.

– Почему ты не вернулся домой? – поинтересовался Алан.

– Уйду, когда отдам тебе долг, – последовал лаконичный ответ.

Виктория про себя довольно замурлыкала. «И пусть нельзя, но все равно приятно!» – подумала она.

Их ждали. Двор был полон людей – Взывающий, дети, воины, слуги. Берта сразу же подхватили и понесли в мыльню. Женщины охали и ахали, некоторые плакали, глядя на исхудалого, избитого первого красавчика замка. Зато Оська произвел фурор среди местного населения. Но надо отдать должное шуту: он чувствовал себя среди людей как воробей в зернохранилище. Малыш встал в позу, перекинул через плечо цепь, словно это была парчовая тога, и, отвесив любопытным поклон, представился: