Чтение онлайн

— Порвал с прошлым, да? — спросил Такаги.

— Он в любом случае добился успеха. Возьмём, например, старика, занимавшегося металлоломом. Он так гордился, что Такино продвинулся в жизни дальше, чем он сам, говорил о нём будто о своём собственном сыне.

— Итак, что он делал на поле для гольфа вместе с Такаяси?

— Это главная неувязочка. Есть и ещё одна. Недавно в его супермаркете был ряд происшествий. Мёртвые крысы в холодильниках, посторонние вещества в молоке. Он написал заявление в местное отделение полиции; у них там даже некоторое время дежурили копы.

— Ладно, завтра я пойду с тобой. Хочу проверить, что именно с ним происходило в последнее время.

Они подошли к станции. Такаги остановился:

— В чём дело? Мне кажется, тебе не хочется разбираться.

— Я думаю, а что, если он на самом деле чист?

— У меня тоже есть такое впечатление. Но в этом деле имеется некоторая интересная информация.

Такаги пошарил в карманах в поисках мелочи. Впереди к билетным автоматам тянулась очередь.

— Что вы нашли? — поинтересовался Мурасава.

— Только одно. Исчезла единственная дочь босса «Марува».

— Любовница Сугимуры?

— Да. Исчезла в прошлую субботу днём. Кто-то поджёг дымовые шашки в салоне красоты, куда она обычно ходила. К тому времени, как всё успокоилось, она куда-то пропала. А потом, чуть позже, ночью того же дня, была большая гонка машин в Йокогаме.

— Думаете, «Марува» повсюду её искала?

— Возможно.

— И что всё это значит?

— Не знаю. Может, и ничего. Я имею в виду, что девушке тридцать лет — ничего странного, что она бежала, не сказав никому ни слова.

— А что с дымовыми шашками?

— Если это был Сугимура, то он явно влюблён по уши, как ребёнок.

Мурасава фыркнул. Такаги встал в очередь к билетному автомату.

Не было ничего необычного в том, что он явился домой за полночь. В комнате Кацуо всё ещё горел свет. Марико уже спала, но проснулась, когда услышала, что он вошёл.

— Хочешь есть? Там осталось после Кацуо.

— Нет, уже поздно. Пойду приму ванну.

— Я принесу тебе пива.

Такаги бросил одежду на диване в гостиной.

«Пиво» было у них чем-то вроде кода. Выпив бренди, он делался слишком пьяным для таких дел. В среднем у них случалось по два раза каждые десять дней. Он считал, что это не так уж часто. Ведь Марико было ещё только тридцать девять лет.

Такаги погрузился в воду.

Он закрыл глаза. Как всегда, у него в голове была работа. Расследование базировалось в полицейском участке в Мегуро, где зарезали мать и дочь. В деле было четыре человека плюс старший. Такаги и Мурасаву послали в качестве подкрепления. Такаги ненавидел эти совместные проекты. Местные полицейские всегда недолюбливают ребят из Главного управления и постоянно тормозят все их распоряжения. Он показывался в участке раз в день. Остальное время они с Мурасавой действовали самостоятельно.

Он чувствовал, что нужно раскопать о Такаяси и Такино всё, что только возможно. За спиной Такаги всегда говорили, что он хочет заработать себе очки. Он зачерпнул холодной воды и плеснул в лицо. Многие считали, что он предпочитал диктаторские методы. Да, пожалуйста, пусть думают, что хотят. Такаги знал, что его блистательные отчёты являлись излюбленной темой обсуждения молодых детективов, а кроме того, тешили его самолюбие, хотя не так уж сильно. Что хорошего в солдате, который не мечтает о медали? Именно это и нашёптывал ему всегда внутренний голос.

Такаги вытерся и начал намыливать волосы шампунем, пока пена на начала падать на пол.

Дверь открылась, вошёл седой мужчина, аккуратно одетый, в костюме и с галстуком. Он смотрел прямо на Такино.

— Если вы ищете туалетную комнату, то вы не туда зашли, — сказал Такино.

Выражение лица мужчины не изменилось. Он был худощавым, с глубокими морщинами вокруг глаз, но, возможно, не настолько старым, как могло показаться на первый взгляд.

— Это мой офис.

— Я это знаю. На самом деле я хочу переговорить с вами, Такино-сан.

— У вас ко мне дело?

— Не совсем так.

Ему было лет пятьдесят от силы. Есть всего несколько признаков, по которым можно определить возраст: голос, огонь в глазах, лёгкость в движениях.

— Что-то по работе? — спросил Такино.

— В некотором смысле. По крайней мере, разговаривая с вами, я работаю.

— Как видите, я тоже работал, пока вы не пришли.

Человек не сдвинулся с места. Он не отрываясь смотрел на Такино. И этот взгляд не был враждебным, скорее в нём чувствовалось любопытство.

— Не возражаете, если я присяду? — спросил он и указал на складной стул у стола.

Такино неприветливо кивнул.

— Меня зовут Такаги. Я из городской полиции. Молодые офицеры там называют меня просто Старый.

Такино вдруг вспомнил, что Хиракава говорил ему о копе, который был той ночью в «Манчестере». Кажется, все называли его Старый Пёс. Сыщик из Первого детективного отдела. Забавно, что Такаги сократил прозвище. Очевидно, оно ему не нравится.

— Не хочу быть бестактным, но скажите: вы на самом деле старше, чем выглядите? — поинтересовался Такино.

— А на сколько я выгляжу?

— Лет на пятьдесят.

— Мне пятьдесят девять. Хотя жене только тридцать девять. Меня начали называть Старым, когда я был моложе вас.

Точно, он верно понял, что Старый Пёс не любил вторую часть своей клички. Такаги поднёс сигарету к губам и одну предложил Такино.

— «Галуаз»? Вы всегда их курите?

— Как вы сказали? «Галуаз»? А я всегда произношу «Голуаз».

— Откуда мне знать? «Голуаз», «Галуаз» — какая разница?

— Я порой зацикливаюсь на мелочах.