Чтение онлайн

Уэйн выпил кофе с капитаном в рулевой рубке, со стармехом в машинном отделении, с боцманом и еще с двумя свободными от вахты палубными матросами за длинным столом в салоне, где их ждал обед и пирог на десерт. Поначалу салон напомнил ему трейлер строительной компании в обеденный перерыв, только разговор шел совсем о другом, и матросы, зеленые пацаны, хохотали как ненормальные над любой дурацкой шуткой.

Боцман, ходивший по реке двадцать лет, сидел ссутулившись, держа чашку с кофе обеими руками. Когда он поднялся, то остался таким же сутулым, напоминавшим Уэйну прощелыг, с зализанными назад волосами, которых он встречал в дешевых барах в центре города, когда ушел из строительной компании. Боцман сказал, что работа его вполне устраивает, тридцать дней плавания – тридцать дома, и что он собирается сойти на берег в Кейро, навестить в Мэрисвилле свою милашку. Уэйн поинтересовался, не хотел ли он стать лоцманом, на что тот ответил, что знает реку и все навигационные правила как свои пять пальцев, но эти мудаки из администрации не позволяют ему получить лицензию, ссылаясь на то, что у него всего один глаз. Один из палубных матросов съязвил, что у него не больше шансов получить лицензию, чем увидеть свои уши без зеркала. Второй выдал оглушительный хохот, и тогда боцман вышел из салона. Палубные матросы мгновенно поведали Уэйну, что боцмана списали на берег за пьянку на борту, что строжайше запрещено. Затем они пустились в разговоры о баржах, на которых ходили, о капитанах и лоцманах, тех еще раздолбаях, салагах, свалившихся за борт… Некоторые выныривали, а некоторых уносило течением, а потом находили их трупы на отмели… О столкновениях в кромешной тьме со скалами. Эти байки словно намекали ему, что река – не место для слюнтяев. Уэйн тоже мог бы порассказать им всякого-разного о падениях с высоты, но не стал. Он ведь не пацан какой-нибудь!

Первые несколько часов плавания он находился в приподнятом настроении, потом скис. Смотреть было не на что, разве что на туман и дождь, не перестававший ни на минуту, так что на палубу нельзя было высунуться без спасательного жилета.

Под конец плавания Уэйн вернулся в рубку, откуда проглядывался четкий водораздел там, где встречались две реки – мутная Миссисипи, стремительно несущая свои воды, и спокойная Огайо, уступавшая ей дорогу. Огибая мыс Кейро, капитан произнес:

– Хочешь не хочешь, а придется сунуть голову в Огайо, оставив хвост в Миссисипи.

– Рейс что надо, – сказал Уэйн. – Но если вы не против, я хочу сойти здесь.

– У нас выдаются деньки и получше, чем эти, когда можно любоваться берегами. Сегодня с погодой не повезло.

– Да, но меня достали гудение мотора и вибрация, – покачал головой Уэйн и сам удивился сказанному: работа монтажников была намного шумнее. – А может быть, я стар для того, чтобы начать заниматься другим делом.

– Давай уж лучше со мной до Нового Орлеана, – предложил капитан. – Этот город заставит тебя снова почувствовать себя молодым.

Когда они пришвартовались в порту Кейро, Уэйн снял свой комбинезон и надел старую куртку монтажника. Подхватив свои пожитки, он последовал за боцманом. Тот, с чемоданом, шагал по баржам, как по бульвару. Уэйн едва поспевал за ним. Вместе они быстро добрались до бара «Отдых шкипера», обещавшего «Пиво, Вино, Напитки и Пиццу». Перед входом не оказалось машин, но внутри бар был битком набит речниками.

Они заказали бурбон, виски из кукурузного сусла и пиво. Боцман смотрел по сторонам, кивая некоторым из речников. Уэйн глянул на свои часы. Было без десяти пять. Вот пропустит стаканчик и звякнет своей женушке, преподнесет ей хорошую новость, к утру, мол, если не раньше, уже будет дома. Выпив по маленькой, они заказали еще.

– Мне нужно на обратный рейс, – сказал Уэйн. – Мне говорили, что это можно устроить, обратившись в офис береговой службы.

Боцман стоял, наклонившись над стойкой. Через плечо он кинул Уэйну:

– Наплавался, да? Я так и думал.

– Что ты думал?

– Что ты – сачок, все время отирался в рубке у капитана.

Боцман кивнул бармену, указывая пальцем на свой стакан. Уэйн перевел взгляд на часы. На них по-прежнему было без десяти пять.

– С чего ты взял, что я сачок?

– Ты вообще напоминаешь мне студентов, которые приезжают летом прокатиться на судне по реке. Так вот они выдерживают дня два. И то дольше, чем ты. – Взболтнув свой бурбон, он поставил стакан на стойку и добавил: – Неужели капитан позволит тебе поиметь с него выгоду?

Сумка с вещами Уэйна лежала на стойке. Отодвинув ее в сторону, он оперся на руки и наклонился к боцману:

– Ты ведь ничего обо мне не знаешь. Тогда почему говоришь такие вещи?

– Потому что ты подозрительный тип. А разве такие, как ты, ведут себя по-другому?

Уэйн смотрел на одноглазого боцмана, на тупое, злое выражение его лица, какое бывает у тех пьяниц, которые, выпив, начинают размахивать кулаками, лезут в драку, а сев за руль, врезаются в дерево. Выпивка производила на Уэйна обратный эффект, делала его веселым и остроумным. Но сейчас он был трезв и не настроен на добродушный лад.

– Какой глаз у тебя стеклянный? – спросил он боцмана.

Тот уставился на него, опешив, но только на мгновение.

– Ты, дерьмо собачье, ни хрена не умеешь. Ты даже не в состоянии отличить буксирное судно от баржи с углем, а настоящий глаз от искусственного.

– Настоящий глаз ты, думаю, потерял в баре. Я прав?

– Один сукин сын выбил бутылкой.

– Должно быть, за твой поганый язык. Удивительно, что ты до сих пор еще жив.

– А ты что, хочешь это исправить?

– Нет, не хочу, – сказал Уэйн, кладя руку на костлявое плечо боцмана. – Послушай, что я тебе скажу. Если ты не закроешь свой поганый рот, я засуну твой стеклянный глаз тебе прямо в задницу. – Он схватил его за куртку, приподнял и глянул прямо в настоящий глаз. – Ты этого хочешь, да? Кивни, но не дай бог тебе открыть рот.

Одноглазый пьяница покачал головой. Он так тяжело дышал, что Уэйну пришлось его отпустить. Тут он увидел, что к ним направляется нахмурившийся бармен.

– С меня достаточно, а ему можно еще порцию. Где у вас тут телефон?

Пересекая бар, Уэйн глянул на свои часы. Он рассчитывал позвонить раньше и теперь начал беспокоиться, доставая четвертак из кармана и закрывая за собой дверцу телефонной кабинки. Попутный рейс он поймает без проблем, а Кармен будет ждать его дома. Он хотел было опустить в щель монету, когда его прошиб холодный пот.

Черт! Он же забыл записать номер их телефона.

Он помнил об этом вчера ночью, когда рассказывал Кармен о том, что оператор не смог ему помочь. Запиши прежде, чем ляжешь спать… Он помнил, как сказал это себе. И забыл записать.

Уэйн глянул на свой бумажник. У него есть телефон офиса на мысе Барж. А толку что? Когда он заполнял анкету при приеме на работу, у них дома еще не было телефона. Пришлось указать номер телефона помощника маршала. Уже почти пять. Сейчас этот придурок и его секретарша собираются домой… У него в запасе еще минут пять.