Чтение онлайн

Феррис сдернул с головы Молина парик. Молина даже бровью не повел, продолжая курить.

– У тебя выпадают волосы, – сказал Феррис, разглядывая парик. – Это все от курения.

Кармен вскочила с дивана и стремительно пошла на кухню.

– Вы куда? – окликнул ее Феррис. Он оказался рядом, когда она подошла к столику и подняла телефонную трубку. – Кому вы собираетесь звонить?

– В полицию.

– Эй, прекратите. А кто я, по-вашему?

– Самый большой засранец, каких я только видела, – ответила Кармен, набирая номер.

Он схватился за провод:

– Я сейчас разобью телефон об стену.

Кармен положила трубку. Стоя спиной к Феррису, она ощущала запах его лосьона и его дыхание.

– Нехорошо так себя вести, – сказал он вкрадчивым голосом, кладя ей руки на плечи. – Хочешь, чтобы я научил тебя хорошим манерам, так я научу…

– Вы уверены, что набрали номер правильно?

– Я двадцать лет проработала телефонисткой.

– И не ошиблись, когда его записывали?

– Я хорошо запоминаю номера, – отчеканила Ленор. – Стоит мне услышать номер, как он навеки отпечатывается у меня в памяти.

Ричи глянул поверх ее плеч на листок с номером телефона.

Сказала, они где-то в штате Миссури. В Сент-Луисе, что ли? Нет, это не там. Он бывал в восточном Сент-Луисе, но это уже штат Иллинойс.

Ушлая старушенция! Сразу сообразила, что к чему.

– Там что-то стряслось, – сказала она.

– Вы говорили, что у вас были неприятности с телефоном.

– Я же вам сказала, что звонила в «Службу назойливых звонков», и они поставили определитель на мою линию.

– Вас прослушивают?

– Нет. Определитель фиксирует, с какого номера мне звонят. Таким образом можно засечь телефонных хулиганов.

– А вам такие звонят?

– К сожалению…

– И что говорят, всякие гадости?

– В жизни не повторю того, что сказал мне только что звонивший обалдуй!

– На таких людей можно только удивляться, – вздохнул Ричи.

Ленор охнула, поднимаясь со стула.

– Позвольте я вам помогу. – Ричи подхватил Ленор под руку и помог разогнуться.

– Мне нельзя делать резких движений, – пожаловалась она. – Режет так, будто в спину воткнули нож.

– Это все ваш ревматизм. Я говорил, что умею делать лечебный массаж? Этому я научился у своей приемной матери. Раньше она была кем-то вроде терапевта, работала с увечными калеками… Давайте положим вас на диван… Нет, лучше на ковер, прямо на пол. Я подложу вам под голову подушку, так вам будет удобнее.

Ленор опустилась на пол гостиной на четвереньки и подняла глаза на Ричи.

– Вы точно умеете делать лечебный массаж?

– Да, мэм, – кивнул он, стаскивая с себя куртку монтажника.

– Вы же не сделаете мне больно, а?

Кармен открыла глаза и увидела, что свет включен, а Уэйн, склонившись над кроватью, смотрит на нее.

– Проснулась?

– Который час?

– Четверть третьего.

– Видно, ты закрывал бар.

– Мы едва успели с последним заказом. Я вкалывал с самого утра и закончил совсем недавно. Поужинал на буксире, было довольно вкусно.

– Почему ты не позвонил?

– Я забыл номер, а оператор не смог мне помочь, потому что его нет в справочнике.

– Я звонила в сухо док, когда ты не пришел домой. В любом случае ты не работал там целый день.

– Старший смены знал, где я. – Уэйн улыбнулся. – Вот, оказывается, почему ты смотришь букой… Я покажу тебе свой комбинезон, и ты сразу поймешь, что я не гонялся за юбками. Знаешь, где я был? На буксире «Кертис Мор». Мы пригнали несколько барж из Уэстлейка, связав их вместе. На рассвете они отчаливают, часа эдак через четыре. Я помогал ремонтировать этот буксир.

– Твоя новая жизнь… – вздохнула Кармен.

– Знаешь, я смотрю на это шире. Работая там, я общаюсь с парнями, которые провели на реке всю жизнь и не могут даже думать о чем-то другом.

– Возможно, это все, что они видели в своей жизни.

– Я считаю, река – это образ жизни, это не просто река, а те места, где они побывали… Знаешь, они рассказывают об этом так, будто гоняют на автомобиле по скоростной трассе.

– Знай они, что такое работать верхолазом, монтажником…

– Зачем им это знать? – прервал ее Уэйн. – Они испытывают то же самое, что и я, понимая, что приносят пользу. Это же не работа, которая обрыдла, когда приходишь домой, ставишь гамбургеры в гриль, сидишь и думаешь: «Проклятье, завтра снова на работу».

– Когда это ты ставил гамбургеры в гриль?

– Ты же понимаешь, о чем я.

– Не совсем.

– Я о том, что главное в жизни – понимать, что ты делаешь дело…

– Как сегодня, к примеру…

– Да. Соединяешь буксирные тросы, подготавливаешь буксирное судно… – Он помолчал, потом спросил: – А что ты делала сегодня?

Наконец, вспомнил и про нее! Кармен кинула на мужа благодарный взгляд.

– Ты первый рассказывай.

– Ну, сегодня утром я был в сухо доке, ждали несколько барж на буксире. Они пришли из Берлингтона, что в штате Айова. Баржи с бункерами, груженные зерном, которое и по сей день выращивают в Новом Орлеане. А это, заметь, в штате Луизиана. А у них, кроме этого, еще восемь барж с углем, которые нужно оставить в Кейро, что в штате Иллинойс, по тысяче тонн угля на каждой. Задержись они в Кейро, не успеют вовремя в Новый Орлеан… Ты слушаешь?

– Тысяча тонн угля на каждой…

– Как ты? Ты выглядишь усталой.

– Еще бы! Я заснула перед тем, как ты пришел.

– А что ты делала?

– Лежала, пыталась уснуть… Думала.

– Ты хочешь отсюда уехать, да?

– Как только ты будешь готов.

– Знаешь, какое место мне нахваливали? Сент-Луис. Тысяча миль к северу отсюда. И еще Берлингтон, где они загружаются зерном, миль на двести дальше. Короче, им нужно вовремя попасть в Новый Орлеан, так что они оставляют восемь барж с углем здесь для «Роберта Нелли». Это судно, на котором я работал. Оно теперь отремонтировано. С помощью «Кертиса Мора» мы прогнали от каменоломен до Уэстлейка восемь барж со щебенкой. Сгружаем уголь в Кейро и гоним щебенку для строительных работ в Луизиану…