Интриганка
Шрифт:
– Двадцать три.
– У кого-нибудь в семье сердечные заболевания?
– Нет.
Он что-то записал в карточке.
– Рак?
– Нет.
– Ваши родители живы?
– Отец. Мать погибла в катастрофе.
– Болели свинкой?
– Нет.
– Корью?
– Да. В десять лет.
– Коклюшем?
– Нет.
– Оперировались?
– Гланды. В девять.
– Больше никогда не лежали в больнице?
– Нет... то есть да, однажды. Недолго.
– С каким диагнозом?
– В школе я играла в женской хоккейной команде и как-то во время матча потеряла сознание. Очнулась в госпитале, но пробыла там только два дня.
– Вас ударили мячом или сбили с ног?
– Нет. Просто упала в обморок.
– Сколько вам тогда было?
– Шестнадцать. Доктор сказал, что это, возможно, связано с подростковым расстройством функций желез.
Джон Харли резко выпрямился:
– Чувствовали ли вы, когда очнулись, слабость в какой-либо половине тела?
Мэриен на секунду задумалась:
– Собственно говоря, да: справа, но через несколько дней все прошло. Раньше ничего подобного не было.
– Головные боли? Нечеткость зрения? Пелена перед глазами?
– Да, но это тоже продолжалось недолго. Вы думаете, я чем-то больна? – забеспокоилась Мэриен.
– Пока не уверен. Нужно сделать анализы, обследоваться, хотя бы для того, чтобы убедиться, все ли в порядке.
– Какое обследование?
– Скажем, ангиография головного мозга. Пока волноваться нет причин. Сейчас все и сделаем.
Через три дня Мэриен позвонила медсестра и попросила прийти. Джон Харли ожидал ее в кабинете.
– Ну что ж, теперь все ясно.
– Что-то неладно?
– Не совсем. Ангиограмма показала, что у вас был небольшой удар, инсульт. В медицине это называется микроаневризмой и очень часто бывает у женщин, особенно в подростковом возрасте. В мозге лопнул крошечный сосуд, и произошло небольшое кровотечение. Давление вызвало головные боли и временное ухудшение зрения. К счастью, такие вещи проходят сами по себе.
Мэриен внимательно слушала, стараясь не поддаться панике.
– Что... что все это означает? Может случиться снова?
– Навряд ли, – улыбнулся он, – разве что вы собираетесь снова играть в хоккей. Этого, пожалуй, делать не стоит, а в остальном можете жить обычной жизнью.
– Мы с Тони любим верховую езду и теннис. Это...
– Главное, никаких перегрузок, и разрешаю все – от тенниса до секса.
– Слава Богу, – облегченно вздохнула Мэриен и уже поднялась, чтобы уйти, но доктор остановил ее.
– Еще одна вещь, миссис Блэкуэлл. Если вы и Тони хотите иметь детей, я бы посоветовал лучше усыновить ребенка.
Мэриен замерла.
– Вы сказали, что со мной ничего серьезного!
– Совершенно верно. Беда в том, что беременность сильно увеличивает сосудистое давление, особенно начиная с шести недель, и при таком неприятном явлении, как аневризма, степень риска чрезвычайно высока, а последствия непредсказуемы. Исход может быть летальным. Поверьте, в наше время процедура усыновления крайне несложна. Я мог бы договориться...
Но Мэриен уже не слушала. В ушах звучал голос Тони:
«Я хочу ребенка. Малышку... чтобы как две капли воды походила на тебя...»
– ...Я больше просто не могла это выносить, – продолжала рассказывать Мэриен. – Выбежала из кабинета и еле добралась сюда.
Кейт сверхъестественным усилием воли постаралась не показать, какой сокрушительный удар нанесла ей невестка. Но выход должен найтись. Обязательно найдется.
Ей все же удалось выдавить ободряющую улыбку:
– Господи! А я уже испугалась, что услышу что-нибудь действительно ужасное.
– Но, Кейт, Тони и я так хотели иметь ребенка!
– Мэриен, доктор Харли – паникер. С тобой случился какой-то пустяк, да еще много лет назад, а Харли пытается сделать из мухи слона. Ты ведь знаешь этих докторов!
Она взяла Мэриен за руку:
– Ты ведь хорошо себя чувствуешь, дорогая?
– Все было прекрасно до того, как...
– Ну вот. Ведь у тебя потом никаких приступов не было?
– Нет.
– Потому что все прошло. Он сам сказал, такие вещи сами собой излечиваются.
– Но доктор говорил, что есть опасность...
– Мэриен, – вздохнула Кейт, – каждый раз, когда женщина собирается рожать, она многим рискует. Жизнь полна неожиданностей, и самое важное – решить, в каких именно случаях стоит рисковать, не так ли?
– Да.
Мэриен долго сидела молча и наконец, что-то решив, поднялась:
– Вы правы. Давайте ничего не скажем Тони, а то он расстроится. Сохраним все в секрете.
– Хорошо, раз ты так хочешь, – согласилась Кейт, подумав, с каким удовольствием придушила бы Джона Харли за то, что до смерти перепугал невестку.
Через три месяца Мэриен забеременела. Тони был в восторге, Кейт тихо торжествовала. Доктор Харли пришел в ужас.
– Я немедленно договорюсь об аборте, – сказал он Мэриен.
– Нет, доктор Харли, я прекрасно себя чувствую и буду рожать.
Когда Мэриен рассказала Кейт о визите к доктору, та ворвалась в его кабинет:
– Как вы смеете предлагать моей невестке сделать аборт?!
– Кейт, я говорил ей, что если она доносит младенца, то может погибнуть при родах.
– Может?! Незачем попусту волновать ее, если не знаете точно. Все будет в порядке!