Чтение онлайн

Я: "Потрясающе! Ты меня стимулируешь))) Новая книга будет называться "50 причин бессонницы". А сейчас у меня вышла книга "Враги народа. Реквием по русским интеллигентам". И объявил среди друзей подписку на книгу "ХХ век Натальи Храмцовой". 26 тысяч уже собрали. Надо минимум 30.

Она: "Постараюсь стать соучастницей".

20.08.2015. Складывал выбеленный текст новой книги в папку - завтра понесу в типографию верстать. Внук-второклассник спрашивает: "Это что?" - "Новая книга".
– "Трудно их писать?" - "Трудно".
– "Платят хорошо?" - "Плохо".
– "За хорошие книги должны хорошо платить. А ты какие пишешь?"

ххх

Золовок для книги: "Другая страна". Расхожая фраза: "Мы стали жить в другой стране". Какие-то вещи из "нашего социализма" нам сейчас трудно объяснять молодым людям. Какие-то вещи из сегодняшней жизни нам, людям социализма, кажутся дикими.

Чтобы показать, в чём страна стала другой, от чего мы избавились, а что утратили, что хорошего и плохого пришло в нашу жизнь, нужен большой и убедительный материал. Собирать его под таким углом, наверное, надо не один год. Наверное, десять лет назад я бы и бросился на его воплощение, но... Укатали сивку крутые горки...

21.08.2015. Продолжаю читать о Чехове. Вот Анри Труайя пишет:

"Хотя у Чехова было много друзей, сам он не был другом никому и ни к кому не был привязан до самозабвения. Таким образом, будучи неизменно открытым на вид и самым услужливым из людей, принимая толпы нуждающихся в нём (...), он остерегался слепой благодушной любви к страдающему человечеству в целом. Его распространяющееся буквально на всех внимание и заботливость не исключали некоторого эгоизма. Наделённый исключительной интуицией, он с первого взгляда понимал психологию окружающих и использовал это для своих произведений. Но такая постоянная доступность другим не задевала глубин его существа. Живой взгляд и холодная голова - он жил будто под стеклянным колпаком. Даже те, кто полагал, что затронули его сердце, рано или поздно наталкивались на эту прозрачную стенку" (...).

22.08.2015. Вторая свадьба подряд в нашем доме: вчера и сегодня. Караваны дорогих машин, роскошные платья невест. Говорю жене: "А народишко-то свадьбы играет".
– "И детей рожает..." - "А и вправду: и в войну люди женились. И детей в войну рожали".

23.08.2015. Да, роман Оруэлла "1984" - это тяжёлое, а для меня и непосильное сейчас чтение. Слишком мрачно и слишком много параллелей с окружающей действительностью.

Главный герой Уинстон работает в министерстве правды - новоязе министров. Оно ведает информацией, образованием, досугом и искусствами; министерство мира ведает войной; министерство любви ведает охраной порядка; министерство изобилия отвечает за экономику.

Вот как правящая партия вымышленной страны Океании работает с созданием своих граждан:

"Если партия может запустить руку в прошлое и сказать о том или ином событии, что его никогда не было, - это пострашнее, чем пытка или смерть.

Партия говорит, что Океания никогда не заключала союза с Евразией. Он, Уинстон Смит, знает, что Океания была в союзе с Евразией всего четыре года назад. Но где хранится это знание? Только в его уме, а он, так или иначе, скоро будет уничтожен. И если все принимают ложь, навязанную партией, если во всех документах одна и та же песня, тогда эта ложь поселяется в истории и становится правдой. "Кто управляет прошлым, - гласит партийный лозунг, - тот управляет будущим; кто управляет настоящим, тот управляет прошлым".

Да, пожалуй, надо это чтение прекратить. Тут и без Оруэлла достаточно тошно.

25.08.2015. Сам новости смотрю редко, а тут жена рассказала. Выпустили Евгению Васильеву на УДО (условно-досрочное). Генеральша и бывшая правая рука (или нога?) бывшего министра обороны Сердюкова якобы примерно себя вела и вообще отсидела больше половины. Как она "сидела" у себя дома (с маникюршей и всеми делами) знает вся страна.

Теперь вся страна ещё раз убедилась: есть у нас вещи поважнее и повыше закона. Главное - положение в мафиозной иерархии, которая незримо правит в России.

25.08.2015. Встретил у Эльдара Рязанова:

Как много дней, что выброшены зря,

Дней, что погибли как-то, между прочим.

Их надо вычесть из календаря,

и жизнь становится ещё короче.

Был занят бестолковой суетой,

день проскочил - я не увидел друга

и не пожал его руки живой...

Что ж! Этот день я должен сбросить с круга.

А если я за день не вспомнил мать,

не позвонил хоть раз сестре иль брату,

то в оправданье нечего сказать:

тот день пропал! Бесценная растрата!

Я поленился или же устал -

не посмотрел весёлого спектакля,

стихов магических не почитал

и в чём-то обделил себя, не так ли?

А если я кому-то не помог,

не сочинил ни кадра и ни строчки,

то обокрал сегодняшний итог

и сделал жизнь ещё на день короче.

Сложить - так страшно, сколько промотал.

На сборищах, где ни тепло, ни жарко...

А главных слов любимой не сказал

и не купил цветов или подарка.

Как много дней, что выброшены зря,

дней, что погибли как-то, между прочим.

Их надо вычесть из календаря

и мерить свою жизнь ещё короче.

Дай Вам Бог здоровья, Эльдар Александрович!

25.08.2015. Диалог в "Одноклассниках" с Натальей Макаровой из Екатеринбурга:

Она: "Мне подарили книгу Солоухина "Последняя ступень". Меня потряс тираж: всего 2000. Гена! И это писатель с именем, с историей, с совсем другими тиражами первых книг! Я вижу между вами прямую связь. Ты так же честен в своих наблюдениях и так же Не созерцателен, как он. Для тебя тоже важно понять смысл явления или поступка, его возможное влияние на будущее. Возможно, именно это делает человека писателем или даже Писателем".

Я: "А "Летнюю-то тетрадь" ты уже дочитала?"

Она: "Э, нет, слишком близки последние страницы, и я начала растягивать удовольствие. А кроме того, то ты сам, то твои ссылки на мысли и поступки Егорова тревожат мою совесть, точнее даже, мою журналистскую совесть. И я надолго задумываюсь после очередной страницы. Не торопи меня, Гена".

Я: "Радостно это читать".

Она: "Мне кажется, она не может, да и не должна, нравиться всем. Но людям совестливым и неравнодушным - обязательно. Да и что значит нравится или не нравится книга? Она меня задевает, она меня беспокоит, заставляет перелистывать другие рукописи, звонить, бежать. Требует, чтобы я, наконец, взялась за перо. Она работает, Гена! Я понимаю, что извергаюсь сумбурно, но подозреваю, что близка к правде этой книги".