Чтение онлайн

“Нью-Йорк Рум” имел постоянную, хотя и немногочисленную клиентуру, развлекая ее стриптизом. “Коробка” всегда была переполнена в пятницу и субботу вечером, когда играл джаз-оркестр, исполняя поп-музыку. Эти вечера покрывали все расходы и к тому же приносили немалый доход.

— Тебе больше ничего не нужно? — спросила Анги.

— Пожалуй, нет. До скорого.

Он смотрел, как она выходила, и почувствовал себя еще более разбитым.

По законам Тэйлора, “коробка” в будние дни должна была закрываться в полночь, а в пятницу и субботу — в час ночи.

В час двадцать, когда последние клиенты собирались уходить, Фаран, сидя за счетами, прикидывал выручку. Он уже подводил общий итог, когда дверь вдруг отворилась и с безумным видом ворвалась Анги.

— Эти типы... — начала она и порывисто указала на двух мужчин, вошедших за ней.

Фаран поднял голову, посмотрел на незваных гостей и мгновенно все понял. Он не верил своим глазам! Напасть на “коробку”, принадлежащую самому мистеру Лозини? Это мог только безумец!..

Но, Бог ты мой, они пришли именно для этого!.. Оба высокие, на лицах черные маски. Достаточно угрожающий вид, холодные глаза. Они быстро осмотрелись. И оба почти одновременно сунули левые руки в карманы пиджаков.

Анги испугалась. Через открытую дверь, пока вошедшие ее не захлопнули, Фаран успел увидеть, что его служащие занимались своими обычными делами: ставили стулья на столы, начинали убирать помещение бара.

Значит, эти двое вошли, когда в зале были посетители, и выбрали Анги, заставив ее проводить их сюда, нисколько не вызвав беспокойства остальных.

Спокойные, деловые, быстрые, настоящие профессионалы.

Анги, отступив к стене, едва пробормотала:

— Они хотели, чтобы я... они... я не могла...

— Все в порядке, дорогая, — сказал Фаран. Он чувствовал, что не должен вставать с места, но протянул обе руки, чтобы успокоить Анги.

— Не беспокойся, — сказал он, — они никому не причинят зла.

— Совершенно верно! — отозвался один из них. — Вы отлично знаете, чего мы хотим! Другой сказал Анги:

— Вы совершенно ничем не рискуете, моя красавица. На следующей неделе вы будете рассказывать подружкам интересную историю, что приключилась с вами.

— Вы совершаете грубейшую ошибку, ребята! — сказал Фрэнк Фаран.

Эта реплика Фарана осталась без ответа. Лишь первый — похоже, он был главный — приказал:

— Держите руки на столе!

— Я не идиот, — возразил Фаран, — чтобы сопротивляться, — и он положил руки на стол. — Но вы, должно быть, не знаете, кому принадлежит эта выручка. Возможно, вы не в курсе дел в этом городе.

Первый подошел к письменному столу и взял пачку двадцатидолларовых билетов, скрепленных резинкой. Они были уже пересчитаны и упакованы.

— Мы в курсе дел, Фрэнк, — сказал он.

Фаран нахмурился. Эти люди его знали?

Оба парня были в шляпах, в очках в черепаховой оправе, и у обоих были усы.

Фаран прищурился, стараясь получше разглядеть лица за камуфляжем.

У ближайшего к нему, того, что подбирал еще не упакованные деньги — десяти-, пяти- и однодолларовые бумажки, чтобы сунуть их в карман, — было широкое лицо с крупными чертами, широко расставленные черные глаза и узкогубый рот.

Другой, прислонившийся к двери и уговаривавший Анги не волноваться, был тоньше, более непринужден и всем своим обликом напоминал красивого киноактера. У него тоже был очень уверенный вид, но без холода и излишней суровости первого.

Фаран был уверен, что никогда не видел ни того, ни другого.

— Послушайте, — сказал Фаран. — Лично мне наплевать на то, что вы ограбите этот барак! Но если вам известно, кому он принадлежит, то вы делаете все, чтобы доставить себе очень большие неприятности!

Главарь не обратил на эти слова никакого внимания. Он закончил сбор денежной выручки — было немногим меньше девятисот долларов, уже сосчитанных Фара-ном, — и протянул руку к кредитным карточкам.

Фаран так удивился, что невольно сделал протестующий жест и даже выкрикнул:

— Послушайте, что вы...

Мощным ударом детина тут же прижал руки Фарана к столу.

— Не будьте идиотом! — рявкнул он.

— Послушайте, — сказал Фрэнк бесцветным голосом. — Я думал... Они ведь вам ни к чему. Что вы с ними...

“Динер клуб”. Детина подобрал бумаги, сунул их в карман и протянул руку за бумагами “Банк-америкэнз”.

Фаран продолжал с недоумением наблюдать за действиями незнакомца. Он был до такой степени потрясен, что вообще перестал понимать что-либо.

— Вы ведь не сможете... Вы ничего не сможете сделать с этими бумагами. Вы не сможете нигде обменять их на деньги!

Если наличность в этот момент составила около девятисот долларов, то по кредитным карточкам было еще около трех тысяч. Это будет большая потеря для “Нью-Йорк Рум”, если незнакомцы заберут их, хотя они сами никак не смогут воспользоваться этими карточками. Единственное разумное в этой акции то, что множество клиентов пило и ело за счет... Лозини!

“Америкэн Экспресс”. “Мастер Шарж”. “Карт Бланш”.

Фаран только смотрел, как исчезали расписки в кармане детины.

В другом конце комнаты второй тип продолжал разговаривать с Анги, давая ей любезные, даже немного легкомысленные обещания, и Анги теперь уже почти успокоилась. Стоя рядом с незнакомцем, она широко раскрытыми глазами смотрела на все происходящее, но уже не с таким безумно-испуганным видом, с которым она ворвалась в кабинет.

Что касается Фарана, то тот был в полной панике.

— Эти же расписки для вас совершенно бесполезны! — опять повторил он. — Вы заставляете нас терять бабки, абсолютно без пользы для себя... Зачем это, Боже мой! Зачем?