Голод
Шрифт:
– Убегаешь?
– улыбнулась Таня, покручивая на пальце ключи от его автомобиля.
– Струсил и решил слинять по-тихому. На тебя же жалко смотреть.
– Так не смотри,- разозлился Сеск, делая шаг к девушке, - отдай ключи, ненормальная, а то…
– А то, что? Снова схватишь за сиську? – ухмыльнулась Таня, пряча руку за спину.
– Отдай по-хорошему, - рассмеялся Сеск.
Вечерний макияж сделал ее глаза просто огромными. Фабрегас старался не смотреть в них, слишком красивые. Девушка одноклубника - не женщина, хватит с него одной позорной истории.
Таня направилась к двери.
– Отпусти ее, Фабрегас, забудь. Постой там вместе с ними и почувствуй, что она не твоя. Ощути, что ты никогда не смог бы быть с ней, потому что она двойняшка Рэмзи, только в платье. Они созданы друг для друга. Они даже разговаривают одинаково. Ты бы умер с ней от скуки.
Сеск рассмеялся, не веря, что все это дерьмо происходит с ним в реальности. Он потер переносицу и похлопал себя по карманам.
– Дай мои ключи, - повторил он медленно, а затем махнул рукой, - ладно, похрен.
Сеск вытащил телефон и стал набирать номер такси. Окутывая своим женственным запахом, пьяня близостью и красотой, и одновременно раздражая словами, Таня выхватила из рук Фабрегаса смартфон.
Немного правее гардеробной располагался внутренний спа-бассейн с шикарной неоновой подсветкой, длинные волосы метнулись по коридору. Таня кинулась к блестящей воде, швырнув туда ключи и телефон.
У Сеска пропал дар речи. Он разозлился до такой степени, что глаза застелила красная пелена. В ту секунду Фабрегас возненавидел Таню за то, что она была права, тыкая его лицом в дерьмо. Слишком красивая, волнующая, возбуждающая сексуальное желание, она принадлежала другому. Он схватил ее за плечи и тряхнул со всей силы, а потом толкнул в воду, прыгая за ней следом.
Таня вынырнула, хлопая руками по поверхности.
– Придурок, - кашляла она, уходя под воду, - мои туфли, они тянут меня на дно.
Сеск ловко скинул свои, а затем поднырнул и расстегнул женские ремешки. Таня поплыла, отпихивая испанца, трогающего ее за ноги.
– Придурок недоделанный, я пытаюсь тебе помочь и вот она благодарность.
– Ты первая начала, - нырнул Сеск в поисках своих вещей, - теперь надо будет делать новые ключи и выкинуть телефон, помощница.
Таня отплыла в сторону.
– Ничего, займёшься наконец-то делом и не будешь слюни пускать на чужих жён. Скажи спасибо, что на мне водостойкая косметика и ищи мои туфли.
Сеск сжал кулаки и закрыл глаза, потом снова нырнул под воду. Таня попыталась вылезти, но Фабрегас, сложивший все поднятое добро на бортик бассейна, вернул женщину на место.
– Извиняйся и пойдешь сушиться.
Злость смешалась с возбуждением. Дыхание стало прерывистым и глубоким, внутренние тормоза отказали. Зажав девушку между своими руками, он не давал ей вылезти.
Мокрая Таня имела над ним странную власть, уже второй раз лишая здравого смысла.
– Отпусти, - дернулась Таня, крепко прижатая к бортику, платье прилипло к телу, под дорогой дизайнерской тряпкой ничего не оказалось.
– Я буду кричать.
Ее красивая полная грудь, покрытая лишь влажной тканью, сводила его с ума. И Сеск опять не сдержался, коснулся ее умелыми руками, сжал сразу обе, смял наглыми движениями, не скрывая удовольствия от этого ощущения.
– Почему ты не кричишь? – прохрипел он, встретившись с ее черными хмельными глазами.
Не дождавшись ответа, он безжалостно сдернул ткань платья вниз, послышался треск. Наклонившись, Сеск облизал сначала правую, затем левую грудь, целуя и покусывая соски.
Всасывая сладкие вершинки ртом, Сеск уже не обращал внимания на то, что Таня что-то шептала, запрокинув голову и пытаясь сдержать рвущийся наружу стон.
От ее красивых глаз сводило сердце, от горячего тела исходило такое желание, что Фабрегас сошел с ума. Он прижал ее еще сильнее, стараясь справиться с мокрым подолом ее платья.
– Хочу тебя, - ласкал он ее шею, губы, мочки ушей, - как же я хочу тебя.
Это было так естественно расстегнуть свои штаны и раздвинуть ее стройные бедра. Таня закрыла глаза, позволяя сдвинуть в бок тонкую кружевную ткань между ног, разрешая ласкать свое тело, дозволяя брать себя под водой.
Она дрожала, зарываясь пальцами в его волосы, кусая его плечи, стонала так громко, что какое-то время Сеск ничего не слышал кроме сладкой музыки ее наслаждения.
Отчаянно отдаваясь, Таня так на него смотрела, что впервые за долгое время Сеск забыл о существовании Нины, похоронил все на свете.
Это было потрясающе, грандиозно, невыносимо приятно. Сеск уже не мог остановиться, потому что Таня обхватила его ногами, вторя грубым и диким движениям, поддаваясь рывкам внутри. Сахарное безумие, жарким огнем разливавшееся по телу, кружило голову, унося на седьмое небо.
Ему хотелось еще больше этого тугого карамельного наслаждения, брать эту женщину сильнее и глубже. И только когда она притихла в его руках, когда горячая волна удовольствия прошла по позвоночнику, обжигая все тело мощной волной оргазма, а тишину нарушала лишь музыка вдалеке и журчащий фонтанчик в углу бассейна, Сеск понял, что он натворил.
Глава 7
Есть для меня только ты, и я не отступлю
Если б только ты знал, что я уже люблю
Бессонница ты моя и это навсегда
Дай мне руку и я счастливым сделаю тебя.
Таня влюбилась в Сеска Фабрегаса десять лет назад, когда Сборная Испании вышла в полуфинал Евро-2008, обыграв Италию по пенальти. Совсем еще девчонка увидела то, как молоденький полузащитник Испании реализовал решающий удар, и утонула в его черных глазах. Таня много раз воображала, будто встретит его в реальной жизни, но она даже мечтать не смела о том, что сможет пообщаться с ним.