Эффект Буратино
Шрифт:
И, пока я бессовестно молчал, прошитый навылет этими злыми, прицельными очередями, она вскочила с постели, и через несколько мгновений, далеко, где-то в другой галактике, обреченно ухнула входная дверь. С тех пор даже за ее шмотками никто не приходил.
Я по ней скучал. На Алену и смотреть не хотел. Злился. Не на нее, на себя. А ей, видать, понравилось. Несколько раз откровенно меня приглашала. Но я отказывался. А потом она удачно замуж вышла. Теперь богатенькая, фу ты… Дом, как положено, две машины, прикиды сногсшибательные. Из конторы, само собой, уволилась. Так, приходит иногда, с девчатами полялякать… И меня все подначивает. Но я отшучиваюсь…
К чему это я? Нет, все-таки, воздержание, скажу я вам, ни к чему хорошему, на мой взгляд, привести не может. Все мысли об одном и том же… Не знаю, как там монахи в кельях, разве что святые… Ну вот, опять отвлекся. Я то про Алену все пытаюсь… Что, если ей такое приключение предложить? По-моему, она оценит. Должна оценить. Никаких ведь ограничений, хоть ансамбль песни и пляски советской армии… А что, завтра и предложу. Пусть адресок разведает. Мне-то его, точно, не дадут. Мой телефон у них, наверняка, пристрелян. Да у меня и капусты нет для такого заказа.
Я сделал последний рейс к холодильнику. Что бы мне еще перед сном провернуть под последнюю бутылочку? Ах, да-а! Я же теперь знаю название фирмы! Ну-ка, ну-ка…Я достал ноутбук и после некоторого затруднения – я еще не очень хорошо владею этой техникой – таки нашел эту самую «ЛУНА-СИТИ».
Страничка оказалась скромной. Стандартные приглашения, несколько рекламных слоганов: «Полеты во сне и наяву»; «Любые приключения в пределах Вашего дивана»; «ЛУНА-СИТИ» – город мечты». Ну, конечно, гарантии полной безопасности. Контактный телефон. Единственно, что могло привлечь на этой страничке, так это скромное обещание выполнения абсолютно любых желаний и абсолютно любых приключений. Даже, на первый взгляд, абсолютно невозможных. И все это абсолютно конфиденциально. Естественно, тоже с гарантией.
Так! Немного, но все же прояснилось. По крайней мере, фирма такая есть. Характер деятельности, с учетом моего печального опыта, понятен. Насчет «любых» приключений и желаний, в общем, тоже понятно. Такой вот «Старик Хоттабыч». Просто, аж противно… Заплати денежки, поставь прокатный будильник и лови себе мультики на любую заказанную тему с полным эффектом присутствия… И абсолютно, судя по вот этой красивой строчке, безвредно. И цена, по большому счету, не для всех, конечно, но не смертельная… Совсем не смертельная. Когда слухи пойдут, – а они пойдут обязательно, – многие захотят подсобрать. И диван здесь не причем. Галюник-то можно в любом состоянии поймать. Пойди потом разберись, мультик ты смотрел или по натуре сберкассу подломил. А, может, убрал кого по заказу… Рычажок от унитаза не во сне у меня в руках растаял. Так ведь там и настройка была не на меня. Ошибочка вышла… А вот на Таньку я хоть и без опыта, а настроился ого-го… Тьфу, опять за свое… Кто о чем, а вшивый о бане… Не-ет, знаю я теперь, зачем мне Танька нужна. Есть одна мыслишка. Завтра же Алене позвонить…
…
Утром позвонил Владлен. Я слушал его и усмехался, из трубки явственно доносился устойчивый аромат перегара. Ну, ясно, первый день после Рождества…
– Слушай, Степка, – ты еще к своей «ЛУНЕ» не остыл? Ну, что спрашивал…
– А что случилось? – удивился я. – Ты тоже что-нибудь купить хочешь?
– То-то и оно, что там купить ничего не удастся… Я на этот телефончик почему-то запал, понимаешь. Дай, думаю, позвоню с утра, узнаю, что да как.
– Ну?
– Ну, а мне и отвечают, что ошиблись, гражданин, номером. Вот так.
– Так, может, еще разок попробовать?.
– А я, по-твоему, не попробовал… Жену попросил, да.
– И что, тот же результат?
– Самое, старик, интересное, что эта фирма у нас уже проходила.
– В каком смысле? – спросил я, чувствуя холодок на спине.
– А в таком, что подруга одного любителя приключений к нам обращалась с просьбой найти эту организацию, в связи с тем, что ее мужик после общения с ней полностью потерял ориентацию.
– В смысле, как? Не мужик уже? – не понял я.
– Да причем тут мужик… Потерял ориентацию в жизни. То есть, тело-то здесь, пищу принимает, разговаривает. Даже сексом, говорит, не брезгует, а вот сам он неизвестно где. Теперь понял?
– Так вы что, и тогда искали? – настороженно спросил я. – И тоже не нашли?
– Да нет, тогда не искали. Если мы на всех чокнувшихся реагировать станем, работать некогда будет. У нас вся страна чокнутая… Но в книге заказов, как видишь, отметили.
– Ладно, Владька, спасибо, – пробормотал я. – Я чокаться не собираюсь.
Сообщение его меня смутило. Честно говоря, я и сам чувствую, что ступил на какую-то слишком уж тонкую грань. Да еще, вдобавок, весьма скользкую… Как это там? Коготок увяз, всей птичке пропасть… Проклятое любопытство… Вот черт, забыл сказать насчет Кисляка В.П.… Ладно, потом позвоню.
После обеда я набрал Алену. Ленивый голосок сообщил, что подойти не может по причине крайней занятости, и не могли бы вы после сигнала…
– Алена, это я, – сказал я. – Не модничай.
– Так бы сразу и сказал, – отозвалась Алена.– А то, алё, алё…
– С прошедшими тебя.
– И тебя тоже, – она явственно зевнула. – Ты чего хотел?
– Всю ночь, понимаешь, не спал, все думал о тебе.
– Серьезно? – оживилась она. – И зачем?
– Да вот представил себе тебя, скажем, с Жаном Маре… Как он тебе? Хотелось бы?
– Это ты у Бори Моисеева спроси, – сухо сказала Алена. – Совсем сдурел, что ли? Мне и мужиков хватает.
– Тьфу, черт, прости, – я невольно сдержал смешок. – Я и забыл. Нет, серьезно, прости.
– А что это вдруг у тебя такие вопросы встают, – поинтересовалась она. – Заскучал, что ли? Себя хочешь предложить?
– Да нет, Аленка, – уже серьезно сказал я. – Мысль одна есть. Хотел у тебя спросить, ну, как у красивой женщины – вот с кем из известных людей ты хотела бы закрутить романчик?
– Романчик, это в смысле потрахаться? – невинным тоном уточнила Алена.
– Ну да, – нетерпеливо ответил я. – Уточнение принимается. Ну, например, с Шварценеггером?
– О, нет, – засмеялась она. – Это мы уже проходили. Был у меня один… В точном соответствии с анекдотом. Такое впечатление, что на тебя валится шкаф, а из него выпадает ключик.