Чтение онлайн

К 1998 году в стране оформилось «движение крапивинских отрядов». По всей России педагоги-энтузиасты создавали детские клубы – аналоги «Каравеллы». Их потом насчитали около четырёх десятков. Делегации поехали в Екатеринбург за опытом. «Каравелла» должна была стать флагманом всей этой эскадры, центром общероссийской ассоциации. Но «Каравелле» на такой масштаб не хватало ни амбиций, ни ресурса, а власть… Власть ничего не понимала про «Каравеллу».

В 2001 году «Каравелла» отметила 40-летие. Лариса Крапивина провела свой корабль через все бури непростой эпохи. В 2002 году Департамент по делам молодёжи зарегистрировал «Каравеллу» как общественную организацию. А страна разнежилась в нефтедолларовом благополучии: бюджеты лопались от профицита. Но в эти нажористые годы мэрия Екатеринбурга не нашла возможности помочь старому Командору. Возможность помочь нашла Тюмень. И Командор уехал.

Лариса Крапивина: 2010 год

Конечно, дальний берег обманул Командора. Берег оказался совсем не таким, чтобы матросы «Каравеллы» спускались на него сразу победителями. Романтика уже не актуальна, и престижна теперь крутизна. Люди рвутся к личному успеху, а вовсе не к уважению общества, да и общества-то нет. И сам формат «Каравеллы» как-то старомоден… Но «Каравелла» выдержала испытание штилями Свердловска и Екатеринбурга, прорвалась сквозь шквалы Ёбурга, и вот оказалось, что талант писателя, любовь ребятишек и верность учителей прочнее великих государств.

Вообще-то он поэт.

Он сам издал три сборника своих стихов. Он вообще всё делает сам. Но ему некогда писать стихи, потому что он ещё и герой. Он совершает подвиги.

Родился Евгений Ройзман в 1962 году. Отец – энергетик на Уралмашзаводе, мама – воспитатель детского садика. В общем, Ройзман – пацан с Уралмаша. Трудный подросток из криминального района. В 14 лет сбежал из дома, а в 17 лет на два года загремел в колонию за грабёж и владение холодным оружием.

Реки Вавилона текут медленно. А сила, как он поймёт позже, – в правде. Он вытерпел, освободился и пошёл работать на Уралмашзавод. Отучился в вечерней школе. Потом поступил на исторический факультет в университет. Вот так. Его не согнули. Треклятую ту ходку Ройзману будут припоминать чёрт-те сколько, много-много раз. Типа, было же? Да, было. Но все грехи отмолены и все долги уплачены.

В начале девяностых Ройзман начал присматриваться к бизнесу. Покупать что-либо в те времена могли только крутые, а вот что они ценили? Они ценили, например, золотые часы (что такое бренд, тогда ещё толком не понимали). Но где взять такие часы на продажу крутым? А смастерить! Обычное уральское решение проблемы. На заводах Самоделкины всегда мастерили разный «механический дефицит»: кубики Рубика, скейтборды, гаражные замки с секретами. Ройзман обратился к умельцам-авиамоделистам из клуба ДОСААФ. И умельцы сварганили классные часы. Всё получилось. И почему бы и дальше не зарабатывать такой вот ювелиркой? В 1993 году Ройзман с товарищем учредил фирму «Ювелирный дом». Фирма вскоре раскрутилась и превратилась в крепкий и респектабельный бизнес.

Видимо, истфак и ювелирка навели Ройзмана на интерес к изобразительному искусству. В 1995 году он увлёкся старообрядческой иконописью Урала, начал собирать иконы невьянской школы. На Невьянском заводе в XVIII и XIX веках расцвело удивительное сообщество старообрядцев-иконописцев. Ройзман собрал около 600 произведений и в 1997 году издал роскошный альбом «Невьянская икона». Этот альбом стал главной подарочной книгой Свердловской области: его подносили Борису Ельцину и Биллу Клинтону.

Занявшись «Городом без наркотиков», Ройзман испугался, что его убьют, и поспешил доделать дело: в декабре 1999 года открыл музей «Невьянская икона», первый частный музей иконы в России. Ему очень помог промышленник Анатолий Павлов – человек нешумный, но необыкновенно важный для Екатеринбурга. По сути, музей ввёл в научный оборот понятие «невьянская икона». Музей работает и сейчас – он рядом с Фондом. Вход бесплатный.

Ройзман превратился в образцового мецената. Как историк, который сам пишет серьёзные статьи о горнозаводском Урале, он издавал сборники научных работ «Вестник музея “Невьянская икона”». Как поэт он выпускал книги стихов поэтов Ёбурга. Наконец, как собиратель он ценил ещё и советский наив.

Немыслимым образом он где-то раскапывал этих смиренных художников – забытых всеми, если умерли, и никому не известных, если живы. Он покупал их картинки, устраивал выставки, оплачивал альбомы с репродукциями. Он показал Ёбургу радостное рукоделье нарядных бабушек-живописуний из Алапаевска, парсуны кроткого демиурга Альберта Коровкина и даже вечную и неразменную монету «один куй», которую выковал кузнец-фантаст Александр Лысяков.

Короче, Ройзман разрабатывал все месторождения.

Разумеется, он не оставил фонд «Город без наркотиков». Фонд развивался. В мае 2005 года параллельно с ним появился фонд «Трезвый город»: тамошние парни искали и уничтожали палёное пойло, которым бодяжники травили горожан. «Трезвый город» возглавил Евгений Малёнкин, который потом станет вице-президентом «Города без наркотиков». А в Екатеринбурге в 2007 году закрыли все уголовные дела, возбужденные при разгроме Фонда в 2003 году.

В 2003–2007 годах Евгений Ройзман был депутатом Государственной думы. Он бесстрашно погружался в самую гущу забот и бед: «Опять жильё, общаги, сын-наркоман, дочь-наркоманка с тремя детьми, внук-наркоман, сын сидит ни за что, дочь убили – никто не ищет, незаконная парковка, наркотиками в подъезде торгуют, ТСЖ, дом вот-вот упадёт, помогите с медикаментами, помогите с госпиталем, помогите с ремонтом, маленькая пенсия, обманутые вкладчики – и т. д., и т. п. Никакого просвета». Про просвет Ройзман писал, конечно, не о себе.

Он вёл свой блог в LiveJournal – получалось реалити-шоу интереснейшей жизни. Блог назывался «Сила в правде». «Оленеводы Ямала массово вступают в ЕР. Надеюсь, что они вступят в партию вместе со своими оленями». В 2007 году Ройзман выпустил материалы блога отдельной книгой «Сила в правде». Эта книга – одновременно «хроника пикирующего бомбардировщика» и «репортаж с петлёй на шее». Литературного дара Ройзману не занимать, и речь у него жгучая: «Я работал с партией власти и встречал там немало достойных людей. Поверьте мне, что в “Единой России” – не все жополизы. Но все жополизы – в “Единой России”».