Чтение онлайн

– Колдовство, конечно, не существует, – сказал Оскэ, – Но многие приемы, которые называются колдовством, практически работают. По ходу, в древности колдовством называли любую технологию. Кто-то придумал что-то полезное, соседи переняли, и передали детям, а те – внукам, и потом уже считается, что это магический ритуал.

– Теперь понятно, – кхмер кивнул, – А что полезного конкретно в этом колдовстве?

– Много чего, – ответила меганезийка, – Чувство команды. Взаимопонимание…

– И для этого – групповой секс? – уточнил он.

– Коллективный секс, – педантично поправил Оскэ, – Групповой, это немного иначе.

Ним Гок сделал маленький глоток кофе и согласно кивнул

– Я не изучал вопрос и не разбираюсь в терминах. Значит, коллективный секс. А это действительно такое эффективное средство для консолидации команды?

– Самое эффективное, – подтвердила Флер, – Потому что оно опирается на основной инстинкт. Ничего более надежного в человеческой психике просто нет.

– …И в Меганезии коммунисты, путем такого секса, усиливают коллективизм?

– Вообще-то коллективный секс – штука многоплановая, – уточнил Оскэ, – Не только коллективизм, но и креативность, и вообще, позитивное настроение.

– А какие минусы? – поинтересовался Ним Гок.

– Никаких. Это естественный вид психофизической нагрузки. Коллективный секс был главным социальным регулятором у предков человека ещё пять миллионов лет назад.

– Почему тогда этот метод не отражен в источниках по научному коммунизму?

– Не знаю, – Оскэ развел руками, – Может, это потому, что классики марксизма жили, когда этология и биосоциальная эволюция человека ещё не доросли до уровня науки.

– Я поставлю вопрос иначе, – сказал кхмер, – Почему такие сексуальные отношения критикуются в коммунистических источниках, а рекомендуются совсем другие.

– Это какие? – удивился меганезиец, – Я у классиков не видел таких рекомендаций.

Комбриг задумался на секунду, и снова кивнул.

– Видимо, у классиков этого нет. Но в документах, принятых компартиями, отдается предпочтение сексу между одним мужчиной и одной женщиной, внутри семьи.

– Короче, пуританская буржуазная моногамия, – припечатала Флер.

– Женщина, как средство биологической репродукции, которое находится в частной собственности, по аналогии с другими средствами производства, – пояснил Оскэ, и добавил, – Это у Маркса и Энгельса в «Манифесте компартии» и ещё, у Энгельса в «Происхождении семьи, частной собственности и государства». Такие дела…

– Но вы же не так давно сами агитировали за семью, – напомнил кхмер.

Флер сделала удивленные глаза.

– Так то семья, а ты – про секс. Это же разница, прикинь? Семья – это замечательное изобретение. Иногда комфортнее моногамная семья, иногда – полигамная, а иногда групповая, punalua. Но это изобретение для быта и для хозяйства, а секс тут, как бы, сбоку. Право частной собственности на сексуальный объект, это даже не буржуазная фишка, а вообще феодально-рабовладельческая.

– Если объект – надувная кукла для секса, то это буржуазная фишка, – возразил Оскэ.

– Давайте не будем за столом о таких гадостях, – мягко попросила Элвира.

– Ты что! – воскликнула Флер, – Надувные секс-куклы это очень полезная штука! В прошлом году мы подняли на этом хорошие деньги. А идея была моя! Да, Ежик?

– Твоя идея, – подтвердил Оскэ, – Ты звездочка гуманитарно-технического креатива.

– В чем состояла идея? – спросил его комбриг.

– Мы поставили мини-фабрику простейших секс-кукол Кимби-колледжу на Новую Британию. Сейчас их юзают и там, и в Академии Авиа-Космических Сил Папуа на острове Умбои, и на атолле Арораэ, и в фирме Герха Штаубе где мы с тобой были.

– Они втрое дешевле обычных, – добавила Флер, – Без лишних имитаций и дырок. В смысле, есть одна дырка, через которую наливают воду, и все. Технологичность.

– Секс-кукла, да ещё без дырок? – удивленно переспросил Ним Гок.

– Так она не для этого, – Флер изобразила пальцами интернациональный жест, – а для авиационных биодинамических тестов. Эту куклу наполняют водой, клеят датчики и сажают в кабину. Раньше секс-кукол покупали в Калифорнии оптовыми партиями по тридцать баксов за штуку, а теперь есть свои по десять.

– На наших куклах отработали простую модель пилотского кресла, демпфирующего короткие перегрузки, – сказал Оскэ, – Прикинь, что это значит в воздушном бою…

Ним Гок, с пониманием дела, изобразил ладонью крутой боевой разворот флаера.

– Да, это полезное изобретение. Оно очень пригодилось нам на войне и здесь, и на Замбези. Но мы говорили о коллективном сексе. Как вы считаете, совместимы ли с коммунистической этикой такие отношения между мужчинами и женщинами?

– Я не спец по коммунизму – ответила Флер, – но, по-моему, совместимы. Тут никто никого не унижает и не причиняет вреда, а коллективизм, это по-коммунистически.

– Вы можете говорить, что угодно, – вмешалась Элвира, – но мне было бы неприятно.

– Это дело вкуса, – пояснил Оскэ, – Кому не нравится, тот не делает.

– А вам нравится? – спросила она.

– Под настроение, – сказала Флер, – Иногда это бывает весело и классно!

– Мне все равно не понять, – вздохнула Элвира.

– Не надо тут ничего понимать, – меганезийка мягко тронула её за плечо, – Просто: нравится или не нравится. Любовь это когда кто-то или что-то нравится. Ага?

– Я записал, – произнес Ним Гок, делая пометку в блокноте.

…