Чтение онлайн

– Спроси его, - велел наш командир, - как можно попасть на их корабль.

Молодец, Тапок. Сумел выделить главное! Я уже собрался возобновить прерванный допрос, но меня опередил Компот. Он выхватил из моих рук лепесток и задал вопрос сам. С присущей ему деликатностью и тактом он выдал в цветочную ткань реплику, исполненную грубого цинизма и вульгарных откровений.

Перевод лепестку дался с трудом. Он задрожал и передал яйцеголовому всё, что тут наговорил Компот. Щебет вышел длиннее обычного. Видимо, в языке пришельцев не нашлось точных фраз, способных в полной мере отразить всю гамму чувств, переполнявших хамоватого воина.

Гуманоид собрался с мыслями и стрекотнул в ответ. Его лепет был коротким, но не лишённым эмоций. Лепесток вздрогнул и выполнил перевод. Он состоял из фразы, суть которой сводилась к тому, чтобы Компот шёл туда, куда, может, и посылают, но обычно не ходят.

Тапка держали трое. Если бы не вмешательство парочки мурунгов и одного из наших, от инопланетянина осталась бы только кучка побитого вещества. Причём идентифицировать труп не смог бы даже самый заправский эксперт.

Я решил прервать этот балаган и вернуть себе утраченное звание главного следователя. Поднял с пола лепесток, стряхнул с него пыль. Правдик стал чище, но след от компотского сапога всё равно сохранил.

– Где находится ваша тарелка?- я возобновил прерванный допрос. – И как легче всего на неё попасть?

Часть откровенного бутона встрепенулась и разразилась дрожащим треском. Гуманоиду отвечать не хотелось. Это было заметно по тому, как он отворачивал голову и закрывал глаза. Но воздействие Правдика оказалось сильнее инопланетного патриотизма. Чудо-листочек упорно настраивал пойманного на правдивую волну. Наконец, сопротивление пленника было сломлено. Он раскрыл рот для ответа и… превратился в пыль. Я оглянулся – стреляли из кабины треножника.

К поверженной машине на всех парах мчался мурунг. Я хотел крикнуть, но было уже поздно. Лезвие кривого меча сверкнуло смертельной молнией, голова гуманоида покатилась по каменным плитам площади. Я ощутил себя Авгием, потерявшим все конюшни.

 Блин! Ещё пару секунд, и мы узнали бы, как расправиться с яйцеголовыми. Как же мы проморгали пришельца? Видимо, так увлеклись допросом, что оставили прочёсывание местности на потом. И вот результат! Выживший гуманоид пристрелил своего собрата в самый неподходящий момент. Всё-таки, как бы не отличались цивилизации, предателей не любят нигде.

Ну и что теперь делать? Как выяснить, где скрываются пришельцы? И каким образом пробраться на их судно? Мне вспомнилось, как я сам попал на тарелку. Но сразу же отогнал от себя эту мысль. Если уж идти на инопланетян, так всем скопом. А как заставишь целое войско оказаться в одном сне? Нет такого способа…

Вообще – обалдеть! Люди – это пища. И для кого? Для каких-то яйцеголовых уродов! Ну и что, что у них цивилизация развитей? Ну и что, что у них тарелки? Зато у нас футбол есть, балет и всякие поэты-художники. Я уж про Дом-2 и не говорю. А они покусились! Козлы противные!

Из раздумий меня вывела очередная реплика Компота. Он в трёх словах сформулировал своё видение на сложившуюся ситуацию. В народе этот слоган имеет универсальное значение и знаком всем, но воспроизвести его невозможно по известным причинам. В ответ никто не усмехнулся и не выразил своего согласия. Над площадью нависла гнетущая тишина, на лицах воинов застыла растерянность. Их понять можно. Погибнуть в бою, да к тому же виртуальном – это одно. А вот стать чьей-то пищей – вообще ни в какие ворота. Нет, надо что-то делать! Только что?

Меня словно пронзило молнией – Борг! Ну конечно, надо изловить мерзавца и допросить! Я выхватил зеркальце – лишь бы не сбежал на тарелку. Щёлкнул в “Контакты”, выбрал “Борг”. В Гамбире! У меня отлегло от сердца.

– Вот! – я сунул экран под нос Тапку. – Это “синий”. Он всё знает. Понял?

Тапок пожал плечами. Ай, ладно! Объяснять некогда! Надо спешить!

– Если что – я в городе! – выкрикнул я, вынимая из кармана свисток. – Догоняйте!

Свистнул – через мгновение передо мной стоял мой мохнатый питомец. Его глаза выражали неподдельную скорбь от встречи и желание присутствовать на моей панихиде. Ещё бы! Сидеть с задумчивой мордой возле прибоя приятней, чем выполнять прямые обязанности. А они, эти обязанности, требовали от волка верблюжьего терпения и такой же выносливости. Потому что до столицы было не меньше десятка локаций.

Я продемонстрировал зверю пронизанную пунктиром карту, волк попятился от меня, как рак от пивбара. Пришлось снова прибегнуть к свистку – волчий саботаж умер в зародыше. Серый подставил спину, я занял привычное место. Пригнулся и дёрнул зверя за шерсть. Мой подопечный сорвался с места в карьер.

– Стой! – я услышал сзади голос Тапка. – Есть же…

Чего там у него есть, я так и не расслышал. Да и не это сейчас главное. Важно поймать Борга и вытянуть из него информацию. И чем больше, тем лучше!

Мы мчались по Приграничью. Пейзажи мелькали с калейдоскопической скоростью. Из кармана послышалась затейливая трель. Несмотря на тряску, я сумел достать зеркальце. На экране была изображена “Красная книга”. На обложке умирал загнанный насмерть волк. Надо же, гаджет пожалел несчастную животину! Раньше приступов гуманизма за стеклом не наблюдалось. Последняя фраза навеяла неясные ассоциации, в воображении возник образ секретного досье. На фото – волчья морда в тёмных очках. Краткие формулировки штамповали характеристику члена Кобелиной диаспоры. Сокращённо – КД.

“Истинный кобель, - говорилось в документе.
– Настоящий сукин сын. Привержен принципам собачества. В гуманизме замечен не был, но с рук ест постоянно. Недостатки – ленив, прожорлив, злопамятен”.

Зеркальце снова тренькнуло, секретная бумага улетучилась из сознания. Я взглянул на монитор – плоскость отметила кружочком какой-то объект. Он находился в соседней локации и являлся Квестовым персонажем. Звали его Фрумси. Я ткнул в странное имя – на экране возник карлик в синем трико и смешном колпачке. Сморщенное личико имело большой нос и злые глазки.