Чтение онлайн

На повозках везли изрядный запас еды, холщовые палатки — мне самую большую.

В поход я взял с собой Говарда, хотя он еще не совсем пришел в норму. Но теперь у него была собственная повозка и слуга, так что мой секретарь большую часть пути спал как медведь в берлоге, зарывшись в сено и укрывшись меховым плащом.

Дорога была оживленной — торговые обозы встречались нам по десять раз на дню. Дороги высохли, и торговцы устремились за барышом.

Ночевал я в палатке. Грязные постоялые дворы меня не привлекали. Еду готовили горцы на кострах, и я питался рядом с ними. Правда, они больше нажимали на бобы, а я выбирал жареное и запеченное мясо. Пустоши с каменистой землей тянулись вдоль дороги. Унылая местность — ни деревень, ни городов!

На четвертый день встречные обозы торговцев пропали как по мановению руки.

Я послал разведку до самой реки Шелл.

К вечеру разведчики вернулись. Паромная переправа через Шелл разрушена, канат обрезан. Короткий путь до Гартунга перекрыт. Я не удержал за собой Шеллсбери, и в этом большая ошибка. Кто же занял Шеллсберри?

Я повернул отряд, и мы двинулись вдоль берега вверх по течению.

Конные дозоры были в постоянном поиске.

На следующий день мы вышли к поселку углежогов. Никого там, конечно же, не было — местные заприметили моих людей и успели удрать в лес. Мои офицеры предложили подпалить хибары, но я запретил. Тяжелый душный дым от тлеющих куч угля забивал дыхание, и мы поспешили прочь.

Наше движение замедлилось — дорог здесь практически не было. Пришлось двигаться по самому речному берегу по низким луговым землям. Разведчики ушли вперед. Они периодически поверяли глубину реки — искали брод.

Через день мы вышли к болоту. Без проводников наш путь наобум грозил затянуться на долгие недели.

Здесь на берегу Шелл вы встали на ночевку, примерно в миле от края болот. Я решил утром направить разъезд в обход болота. На сколько миль оно тянется — стоило узнать.

Когда совсем стемнело, я спустился к воде.

В траве, молодой и сочной стрекотала какая-то живность. Мерцали звезды. От дальних костров бледные сполохи тянулись по воде.

Присев на корточки, я опустил ладони в холодную воду. Мысленно произнес слова приветствия и вызов…

Время тянулось — никакого ответа.

Я повторил приветствие и вызов…

В десяти футах от меня без плеска из воды поднялся бугорок — выше–выше.

Мокрые волосы облепляли голову бледной до синевы девушки. Она всплыла из воды по самые груди. В сумраке я видел только контур фигуры и не различал черт ее лица.

«Я звал дважды». — произнес я мысленно.

«Кто ты, незнакомец? Зачем зовешь духа реки?» — прозвучал тихий шелестящий голос в моей голове.

Я прикрыл глаза и увидел зеленоватую ауру магического существа.

«Ты не дух реки, милая….»

«Кто ты?»

Я сжал кулаки и вбросил силу в ледяные струи. Оранжевые сполохи волной окатили нежить.

«Ох!»

Я открыл глаза. На воде никого не было. Паршивка испугалась….

Я повторил вызов, и она всплыла у самых моих рук.

Она была красива — эта водяная нежить. Я знал, что ее облик обманчив, но невольно залюбовался правильными чертами лица, длиннющими ресницами, тугой юной грудью.

Ее холодные губы коснулись моего запястья.

«Простите, повелитель неба, вод и земли — я никогда не видела дракона — я слишком молода… Что я могу сделать для повелителя?»

«Я звал духа реки»

«Батюшка еще не проснулся — вода еще холодна… Но я сделаю для повелителя все, что смогу…»

«Мне нужен брод — перевести своих людей на тот берег»

«Брод выше по течению в трех днях пути, повелитель»

«Мне нужен брод здесь»

«Брод будет за час до рассвета, повелитель, но с первыми лучами солнца он растает…»

«Хорошо, благодарю тебя, речная дева»

«Счастлива помочь повелителю»

Она исчезла так же беззвучно, как и появилась.

Отец научил меня вызывать духов воды. Сью могла вызвать духа земли.

Раньше я часто говорил с духом озера Холли, но впервые я использовал свой дар за пределами родной долины…

Когда первые лучи рассвета пробежали по верхушкам деревьев, мой отряд в полном составе уже перебрался через Шелл. Солдаты и горцы с изумлением увидели, как каменистая отмель брода растаяла в прозрачных быстрых водах…

Заночевали мы возле маленького городка у подножия круглых голых холмов. У городка не было стен, даже частокола. Большая часть строений лежала в руинах, и только в центре, вокруг церкви еще теплилась жизнь. Похоже, он знавал лучшие времена. Мне привели местного бургомистра.

От него я узнал, что городок зовется Дунканшир. Он расположен на дороге, ведущей к побережью, к руинам Лайонбурга. В те времена, когда Лайонбург процветал и был столицей северного королевства, Дунканшир, лежащий от него ровно в одном дневном переходе, был местом, где короли и аристократы, купцы и путешественники останавливались на ночлег. У королей Лайонбурга здесь был укрепленный замок. Множество постоялых дворов и таверн, лавки купцов и ремесленников, кузни все было к услугам путешествующих. После гибели Лайонбурга пришел конец Дунканширу — городу на дороге, ведущей в никуда… Замок развалился… Городок вымирал… Леса вокруг давно вывели. Местные жители жили за счет огородов.

Один дневной переход до Лайонбурга — вернее, теперь до руин. Это место влекло меня с тех пор, как в замке Корнхолла я нашел регалии королей Севера.

Я объявил привал, назначил старшим капитана Макнилла и, взяв с собой горцев Гвена, поскакал к побережью… Местами нам попадались отрезки мощеной камнем дороги.

На закате мы достигли берега моря.

Был самый пик отлива. Море ушло далеко за отмели, открыв затянутые песком руины.

Закатные лучи солнца окрасили развалины красноватыми красками. Легкий ветер теребил мой плащ.