Чужое будущее

Ураган крупнокалиберных пуль всего за несколько секунд превратил старенький двухбашенный Т-26 в натуральное решето. Если бы это был настоящий бой, то танк бы уже наверняка полыхал ярким пламенем или превратился бы в груду обломков после детонации боекомплекта.

Но стоящий в чистом поле на одном из танковых полигонов под Москвой Т-26 избежал столь славной в общем-то участи. Невероятно ускорившийся прогресс просто не давал теперь ему такого шанса — всего лишь за несколько лет этот танк устарел напрочь, уйдя в прошлое вместе с мушкетами или кавалерией…

Трёхметровой высоты фигура, с ног до головы закованная в сплошные пластинчатые доспехи, чем-то напоминающие одеяние европейского рыцаря, опустила ещё дымящийся ствол крупнокалиберного пулемёта Владимирова.

— Нэплохо, — опустил бинокль человек, имя которого было известно любому гражданину СССР. — А почэму обычный пулэмёт, а не гипэрболоид?

Вождю очень нравилось новомодное слово, пришедшее из одного фантастического произведение и прочно укоренившееся в последнее время в обиходе.

— Испытания показали, что при одинаковых габаритах пулемёты мощнее и надёжнее гиперболоидов! — отбарабанил отчаянно волнующийся военинженер из закрытого КБ при спецотделе НКВД. — Н-но, штурмпехотинец может применять и их — у наших доспехов очень широкий арсенал возможного вооружения!

— Хорошо, — задумчиво кивнул Вождь. — А вот скажитэ мне, товарищ Кравчук, как ви считаэте — можно ли перэвооружить всю пехоту подобными доспэхами?

— Вообще-то я в этом не специалист, товарищ Сталин… — замялся военинженер.

— Нэ стесняйтэсь, товарищ Кравчук, — подбодрил Вождь молодого, но весьма перспективного конструктора. — Это дело для всэх нас новое, так что будьте смэлее… Тэм более, никто нэ знает эту тэхнику лучше Вас…

— Ну… — слегка замялся ведущий разработчик штурмовых доспехов для пехоты в СССР. — Мы в инициативном порядке провели небольшие учения с целью выявить возможные пути совершенствования и пришли к выводу, что в общевойсковом бою штурмовым пехотинцам требуется поддержка обычной пехоты. Как, скажем и танкам…

— Разумно… Кстати, мы тут с товарищами из других КБ посовэщались и рэшили, что нэплохо бы разработать и более тяжёлые доспэхи. Чтобы замэнить танки там, гдэ их нэльзя применять. В горах, например… Ви готовы заняться разработкой этого проэкта?

— Так точно, товарищ Сталин! — ни секунды не колеблясь, выпалил военинженер. — Готов сегодня же присту…

— А вот торопиться нэ надо, — мягко, но твёрдо прервал его Вождь. — Сначала довэдите до ума эти доспэхи и только потом занимайтэсь новым проэктом…

— Отличный выстрел, товарищ Сталин, — заметил один из офицеров, поднимая с земли старую стальную каску, проплавленную насквозь.

— Отличное оружиэ, — пожал плечами Вождь, поглаживая висящий на груди гиперболоид.

Оружие Иосифу Виссарионовичу действительно понравилось: лёгкое, точное, дальнобойное, а главное — никакой отдачи, грохота и пламени выстрела. Просто едва заметный тонкий красноватый луч, на мгновение прорезающий воздух и всё! Из обычных винтовок и автоматов стрелять пока что всё ещё не получалось — Вождь ещё просто не слишком привык к своему обновлённому телу…

Но первый серийный массовый гиперболоид был однозначно хорош. Никакого сравнения со старой "трёхлинейкой" или громоздкими пистолетами-пулемётами, так и не вышедшими за рамки экспериментальных образцов. К сожалению, они успели устареть, даже ещё не появившись на свет — созданное по найденным технологиями оружие было гораздо проще, надёжнее и мощнее. Главное было только подтянуть промышленность СССР до нужного уровня и провести масштабную модернизацию имеющегося парка станков, что вообще-то было невероятно сложной задачей. Но за минувшие со дня первой находки три года это всё-таки удалось сделать…

— Если ви, товарищ Дегтярёв, действительно прэдставили мне не штучный образэц, а оружиэ, пригодное для сэрийного производства, то можэте смэло рассчитывать на самую высокую награду.

Знаменитый конструктор, который всё же смог разобраться в новейших технологиях, натуральным образом побледнел.

— Товарищ Сталин, неужели вы говорите о…

— Да, товарищ Дегтярёв. Если ви дали нам то, что трэбовалось, ви тожэ пройдётэ процэдуру омоложэния…

Вождь сверкнул глазами.

— Но если нэт…

Из девяти стартовавших машин к "финишу" дошли только четыре. Вообще-то такое соотношение было вполне неплохим, учитывая, что новеньким А-30 пришлось пройти полные 400 километров — до полной разрядки водородных батарей.

Но Вождь всё равно был недоволен.

— Такоэ соотношэние потерь просто нэприемимо! — ледяным тоном отчеканил Сталин, глядя на совершенно бледного конструктора сверхнового танка. — Ви понимаэте, что половина танков, потерянных даже нэ в бою — это настоящее врэдительство?

Казалось, что дальше бледнеть человек уже просто не способен, но перепуганный военинженер своим собственным примером доказывал обратное.

За вредительство, особенно, что касается военной техники, кара была жёсткой и неотвратимой. В условиях, когда над Европой отчётливо начинал разноситься запах новой Великой войны, таких слабостей допустить было просто нельзя. Особенно учитывая то, что вероятный противник пока что превосходил Красную Армию как качественно, так и количественно — похоже, что попавшие в руки немцев образцы неизвестной техники были значительно лучше того, что было найдено в разбившемся на Таймыре корабле…