Чугунный Всадник
Шрифт:
— Сегодня в торжественной обстановке, окруженный народным признанием и глубочайшим уважением, руководитель вроде Володи Кузьма Никитич Гегемонов принял находившуюся с дружественным визитом в столовой пищу. В состав принятой внутрь делегации входили жареные куропатки на крутонах, мусс из ветчины, суп с блинчатыми рулетиками, крем из взбитой сметаны с бананами. Все вышепоименованные компоненты прекрасно усваиваются организмом и несут в себе Кузьме Никитичу новый заряд идейной силы, бодрости и нравственного здоровья.
Эти сообщения якобы и смутили обитателей.
— Разве можно так над желудком издеваться? — говорили одни. — Не жалеет себя Кузьма Никитич, не бережет: хочет, видно, нас сиротами горькими оставить без идейного руководства. Пусть переходит на яблочную диету! Сами от приема кирзы откажемся, если не перейдет!
— Нет, подлецы, врете! — заявляли другие. — От яблочной-то диеты Кузьма Никитич враз окочурится! Он должен на сыроядение переключиться!
И начинали драться, увеча друг друга.
Так гласила брошюра. На самом деле в те поры случился серьезнейший недовоз кирзы, так как Заведение находилось в зоне рискованного снабжения. Обитатели начали протестовать и самосудом казнить поваров. Тогда и пришла Нафику Аблязизовичу дума собрать самых сознательных обитателей в особый передовой отряд для поддержания правопорядка и законов кузьмизма-никитизма. Отряд был организован, бунты зверски подавлены, личный состав не распустили: Кузьма Никитич велел ему существовать в качестве авангарда. Тогда же родилось и название. Кто-то припомнил, что была в истории организация с такими же функциями и задачами и называлась та организация «СС» или что-то в этом роде. Аббревиатуру эту за давностью лет истолковать невозможно. Кузьма Никитич истолковал так: «санитарная служба».
Тихон Гренадеров скоро замучился читать, потому что Нафик Аблязизович писал плохо ритмизированной прозой. Тихон только заглянул в оглавление.
1. Начало санитарного движения и распространение кузьмизма-никитизма в Заведении.
2. Борьба за создание санитарной службы в период становления теории социального бессмертия.
3. Разгром антисанитарного сергиево-бомштейновского подполья и обобществление совокупного общественного продукта.
4. Дальнейшее развитие К.Н.Гегемоновым теории социального бессмертия и борьба за возведение новых этажей.
5. Заведение в кольце блокады конфуцианцев и битва за четвертый параграф. Разгром джонсовщины.
6. Мобилизация сил обитателей Заведения на борьбу с монофизитами и двоеженцами.
7. Еще более дальнейшее развитие К.Н.Гегемоновым теории социального бессмертия. Удар по алексеевщине.
8. Крах интервенции максималистов и полисемитов.
9. Борьба за мир и безопасность Заведения в условиях полной секретности и недоступности.
10. Окончательная победа кузьмизма-никитизма. Процесс над правопичугинским и левохудяковскими блоками.
11. Санитарная служба в боевых и трудовых схватках.
Последний пункт стоит расшифровать особо. Дело в том, что во время военных действий, когда рубились с сучкорезами или псевдогегельянцами, когда пытались осаждать невысокое еще Заведение римцы и гречане, у всех сотрудников санитарной службы немедленно начинались страшные судороги и позывы, так называемые «боевые схватки», и отдуваться в сражениях приходилось рядовым обитателям.
То же самое происходило, когда случался прорыв в швейных мастерских и Кузьма Никитич гнал весь личный состав на ударную работу. Судороги у санитаров возобновлялись и на этот раз именовались «трудовыми схватками».
Следовало Тихону, помимо всех этих событий, выучить и Гимн санитарной службы.
В эпоху позорного волюнтаризма Народ наш под смертью ходил. Внезапно вдруг светоч кузьмизм-никитизма навеки его озарил.Припев:
Под солнцем гения мы крепнем год от года, Устремлены всегда всем корпусом вперед. Кузьма Никитич подотчетные народы К бессмертию уверенно ведет! С тех пор мы живем в свете этих решений, Счастливо и вечно живем, И светит нам гений в делах поколений, Ведомые светлым путем!Припев.
А если задумает враг непокорный Нам снова опять угрожать Немедля погибнет он смертью позорной И вынужден будет бежать! Припев. Надежда народов, оплот миллионов, Со смертью великий борец, Кузьма наш Никитич родной Гегемонов, Тебе — пламя наших сердец!Остальные двадцать восемь куплетов Тихон не дочитал — опустим их и мы.
Для членов санитарной службы ввели форму: верх цвета маренго и низ цвета хаки для рядового состава и наоборот — для руководящего.
Главным условием приема в немеркнущие ряды было беднейшее происхождение. Нафик Героев даже придумал хитрый тест. Соискателя спрашивали:
— А что, любезный, часто ли у вас дома на столе мяса не бывало?
— Часто! — гордо говорил соискатель и пролетал.
— Ага! Значит, все остальное время бывало, буржуйская твоя морда? Пошел вон! Пинкарей ему!
Ежели испытуемый честно говорил, что нет, мол, не часто, в ответ слышалось:
— Значит, все другие-то дни постствовали, горемычные? Ступай, родной, заполняй анкету!
Это была еще одна ловушка. Следовало обратиться с этим к грамотному начальнику и ни в коем случае не показывать, что ты можешь сделать это самостоятельно. Поскольку нынче все стали шибко грамотные, а вкалывать никто не желает.
17. НА ОБЩЕМ СОБРАНИИ
Вечером после работы никто из обитателей тихоновского и двух соседних этажей не разбежался, не предался разгадыванию кроссвордов и употреблению успокоительного с последствиями, но все собрались в большом холле вокруг скульптурной группы «Мужчина, употребляющий в процессе руководства крепкие выражения». Расселись по табуреткам. Мероприятие было новое, интересное, к тому же — попробуй не явиться!