Чтение онлайн

– Нет. – Я прикинул, что мы уж точно здесь не при делах – вчера во дворе никто навстречу не попадался, – и залез в сани. Хорошо все же, что на своих двоих тащиться не придется: пусть до резиденции «Несущих свет» отсюда не так уж и далеко, но что-то нет у меня сегодня желания лишний раз выносливость собственного организма проверять.

– Трогай, – распорядился устроившийся рядом с возницей Егоров и упер в пол между ботинок длинный жезл «Свинцовых ос».

– Следили за мной, что ли? – усевшись на заднюю лавку, поинтересовался я, когда сани тронулись с места и выехали со двора.

– Очень надо, – усмехнулся развалившийся напротив Мстислав. – Вы и так на всю улицу орали, куда пойдете.

– Да? – немного смутился я и поежился от забравшегося под фуфайку стылого ветерка. – А у нас ни от кого секретов нет.

– Надеюсь, очень на это надеюсь, – кивнул помощник Доминика и пристально посмотрел мне в глаза.

Я спокойно выдержал тяжелый взгляд, но все же немного занервничал, пытаясь понять, в чем мог накосячить. По идее – претензий ко мне быть не должно. Или в пенале вовсе не записи Жана оказались? Тогда совсем невесело дело обернуться может. Ладно, нечего раньше времени паниковать, вот приеду и все ясно станет.

Ехали мы, надо сказать, с весьма приличной скоростью. Возница явно своим делом не первый день занимался, а потому сворачивал лишь на те улицы, где снег уже успели расчистить. Ну или по крайней мере хоть как-то утоптать. Заминка возникла всего один раз и то по большому счету не по его вине. И надо отдать сектанту должное – если бы он не успел остановить на одном из перекрестков лошадей, то выскочившая с соседней улицы «газель» с синей полосой и эмблемой Дружины на борту сто процентов бы их зацепила.

Но, как тут же выяснилось, избежав столкновения, мы все же влипли в неприятность – дорога впереди была перекрыта, а обратно вернуться мешала успевшая развернуться газель. Единственное, что в этой ситуации радовало – вся эта свистопляска была организована не в нашу честь: несколько десятков дружинников гнали к перекрестку с полсотни уродов. Прибывшая в «газели» подмога оказалась весьма кстати и пытавшихся прорвать хилое оцепление обитателей Черного квадрата дубинками заставили двигаться в нужном направлении.

Пока уроды проходили мимо, меня аж замутило от нестерпимой вони. Да и проглядывавшая сквозь прорехи жалких обносков гноящаяся плоть, искривленные конечности и горбатые спины зрелищем были не из приятных. Некоторые обитатели гетто и вовсе оказались с ног до головы замотаны тряпками и распоротыми на ленты целлофановыми пакетами. И эти потуги не столько скрывали, сколько подчеркивали их увечья.

Что поразило больше всего: жалкие выродки вовсе не казались напуганными. Да, они больше не пытались оттеснить прикрывавшихся ростовыми щитами дружинников, но в их движениях явно чувствовалась скрытая агрессия. И если раньше измененные напоминали вышвырнутых на помойку грязных и обтрепанных котят, то теперь толпа уродов походила на стаю загнанных в угол крыс. Вроде каждого по одиночке соплей перешибешь, но желание связываться уже пропадает. Мне припомнилось последнее посещение Черного квадрата и стало как-то не по себе.

– Эй, Михалыч! Никак демонстрацию очередную разогнали? – перегнувшись через борт саней, крикнул Мстислав.

– Не, облаву устроили, – ответил низкорослый дружинник, на петлицах которого я разглядел два треугольника.

– А что такое?

– Директива пришла – всех у… – Сержант запнулся на полуслове и, оглянувшись на сослуживцев, продолжил: – Всех измененных в Черный квадрат отправлять. На карантин. Так что если у себя кого из этой братии заметите – имейте в виду.

– Обязательно, – пообещал Мстислав.

Мы благополучно переждали, пока дружинники прогонят мимо вяло бредущую толпу обитателей Черного квадрата, и отправились дальше. От нечего делать я без особого интереса начал посматривать по сторонам на тянувшиеся вдоль дорог обшарпанные трущобы. Людей на улицах в этот час было еще немного, да и ранние птахи заблаговременно торопились убраться с нашего пути. На всякий случай. За все время я лишь один раз заинтересованно толкнул в бок дремавшего Мстислава.

– Сбербанк? – указал я на зеленую вывеску, повешенную между первым и вторым этажом недавно отремонтированного дома. – Откуда?

– Да нашелся какой-то ушлый товарищ, взял да и открыл у нас десять тысяч хрен знает какое отделение Сбербанка, – зевнул помощник Доминика. – Еще и допофисы обустраивают. Народ и потянулся…

– А Первый городской банк что?

– А что он? Сдуется скоро.

– Да ну?! – удивился я. – Он же Торговому союзу принадлежит.

– Вот то-то и оно, – кивнул Мстислав. – Именно поэтому Гимназия оттуда и ушла. Еще и Дружину за собой по зарплатному проекту утянула.

– А чего так?

– Да Гиоргадзе всех просто достал уже. Ну а когда он на накопители Иванова цены сбить решил, у Бергмана терпение лопнуло.

– Занятно, – усмехнулся я и потер прихваченный морозцем нос. – А крышует их кто?

– Ну ты спросил! – рассмеялся помощник Доминика и, дождавшись, когда сани подъедут к воротам резиденции секты, выскочил на дорогу. – У своих друзей в Дружине поинтересуйся.

– Всенепременно, – с совершенно серьезным видом кивнул я и в свою очередь не удержался, чтобы не подколоть Мстислава: – А чего это, кстати, сами за мной поехали? Прислали бы мальчика вашего побегушечного.

– Аполитично рассуждаешь, товарищ, – посмотрел на придержавшего для нас ворота Егорова тот. – Политическая ситуация сейчас такова, что только личное присутствие ответственного исполнителя может гарантировать выполнение поставленных руководством задач.

– Как у вас все запущено, – только и покачал головой я и направился к особняку, но Мстислав указал на пристроенный к основному зданию флигель.

Это чего же получается – сектанты все же решили осчастливить меня своим гостеприимством и в добровольно-принудительном порядке организовать проживание на своей территории? Не, не прокатит. Скажем дружно – на фиг надо.

Поднявшись по скрипучей деревянной лестнице на второй этаж, я вслед за Мстиславом вошел в небольшую комнатенку и сразу успокоился. Нацепивший на нос очки Петр Волков увлеченно копался в потрохах четырех полуразобранных компьютеров и на каземат окружающая обстановка нисколько не походила. Что интересно – на четыре системных блока приходилось всего два монитора, а клавиатура и вовсе была одна.