Чтение онлайн

4 ноября 1959 года двое мужчин в красных платках на лицах перехватили Фрэнки Шотса, когда он выходил из грилль-бара "Карделло" на Четвертой улице в Бруклине. Четыре пули попали в живот, горло и лицо. Пули отбросили его обратно в бар, где он вцепился в стойку и сполз на пол. Стрелявшие последовали за ним. Один из них, короткий и толстый, залез в карман пальто Фрэнки, достал его пистолет и выстрелил в него еще три раза.

Когда прибыла полиция, Фрэнки был без сознания. Он лежал, умирая, на полу, белая шляпа аккуратно лежала рядом с головой, куда она упала, и ее край постепенно становился красным.

Отдел Пата из неофициального источника получил сведения, что коротким и толстым был Джо Джелли – соратник Галло. Полицейские нашли его и засадили за решетку, но ничего из него не вытянули. Он был задержан за ношение неопознанного ключа. Джелли упорно твердил, что не знает, откуда этот ключ. Детективы знали, что это ключ от квартиры подружки, но у Джелли была очень ревнивая жена и он в этом не признавался. Ему вменили в вину ношение орудия взлома.

Было ясно, что убийство было совершено по приказу Профачи, но никто не мог этого доказать. Это было понятно по поведению Сумасшедшего Джои Галло. Осведомители донесли, что когда Джон Симоне, личный телохранитель Профачи, пришел успокаивать Джои, тот плюнул ему на башмак и чуть не случилось очередного убийства.

Пат был в курсе дел Бендера, и его знаний было достаточно для того, чтобы понять разговор. Было ясно, что Бендер говорил о ресторане "Луна", куда Пат любил ходить по четвергам, чтобы спокойно съесть тарелку спедини и выпить красного вина.

Пата заинтересовала возникающая связь между Галло и Бендером. Об этом определенно не знали ни дон Витоне, ни Сэм Мэсси. Вскоре Пат встретился с Сэмом и доном Витоне и рассказал им о полученной информации.

– Вы собираетесь, что-нибудь с этим делать, дон Витоне? – спросил Пат.

Дженовезе, лицо которого казалось еще более бледным под широкополой белой шляпой, пожал плечами:

– Мы позаботимся об этом, когда придет время. А пока я бы не отказался поддать немного жару. Вы можете это сделать?

– Конечно, – сказал Пат. – Мы расстроим встречу.

– Хорошо, – согласился дон Витоне, – но следите за тем, чтобы никто не узнал ничего лишнего. Я имею в виду, что если будет обыск, вы постарайтесь присутствовать и проверьте все.

– Послушайте, их не за что будет задерживать. Я просто немного потрясу их, особенно Тони.

Пат написал рапорт Джону Брэди – инспектору Отдела разведки и получил разрешение на проверку ресторана "Луна" в четверг. Точно в восемь тридцать вечера Пат вместе с четырьмя здоровыми детективами вошел в набитый ресторан. За большим столом совещались похожий на ученого Тони Бендер и Сумасшедший Джои, обмакивавший хлеб в блюдо. Тут же были Жук – Фрэнки Карузо из Бенсонхерста, Джои Агоне и другие. Их арестовали по обвинению в том, что они что-то замышляют, так как у каждого был большой "послужной список".

Бендер покорно поднял глаза и увидел Пата в гражданской одежде, руководящего операцией. Пат подмигнул Тони, оставив его гадать о смысле своих действий. Тони, конечно, знал, что Пату иногда приходится арестовывать кого-нибудь из своей Семьи, но Пат никогда не забирался так высоко. Ему следовало бы об этом подумать. Их всех допросили и отпустили, так как обвинения были сняты. Но Бендер явно ничего не понял.

1960 год был хорошим годом для Пата Конте. Он сдал экзамен на лейтенанта и ждал повышения, а также закончил последний курс вечерних занятий в Колледже Бернарда Баруха. В конце июня он успешно сдал там экзамены.

За семь лет после рождения ребенка Пат и Конни мало развлекались. После сдачи экзамена на лейтенанта Пат решил устроить вечеринку на открытом воздухе на ферме в Анкрамдейле, где он обычно проводил выходные и отпуска.

Были приглашены родственники и несколько близких друзей. Пату хотелось позвать Китти, и Констанца была "за", но вместе с Китти надо было приглашать и Регана Дойла. Хотя за последний год Пат с ним опять сдружился, ему не хотелось, чтобы Дойл видел некоторых из его близких родственников. Исследования Дойла в ФБР становились все более тщательными, и он даже узнал немного о деятельности Семьи. Если бы он пришел, присутствие некоторых членов Семьи навело бы его на определенные мысли. Связи Сэма Мэсси все еще были тайной для внешнего мира, но Дойл смог бы все понять, увидев кое-кого из гостей.

Пат и Конни на этой почве даже поссорились. Она утверждала, что он не приглашает Китти и Дойла потому, что стыдится ребенка. Их сын в свои семь лет был не больше двухлетнего и не мог ни ходить, ни оправлять естественные надобности. Он только сидел с высунувшимся языком в колыбели, качаясь туда-сюда и производя странные звуки.

– Послушай, Конни, – в отчаянии сказал Пат. – Признаюсь, я не ношу фотографию ребенка в бумажнике, но это не имеет отношения к тому, почему я не приглашаю Китти и Дойла. Просто я хочу, чтобы был узкий семейный круг.

– Почему тогда ты приглашаешь Патерно, и Ганчи, и Ала Сантини и всех с Малбери-стрит?

– Потому что это практически моя семья. К тому же, я состою в Итало-американской лиге, и это становится все более важным; я окончил колледж и смогу посвящать этому больше времени.

– Бог накажет тебя за то, что ты стыдишься собственного ребенка.

– Бог уже наказал меня, наградив его им.

– У Бога была на это причина, и когда-нибудь ты ее узнаешь.

– Господи, ты все еще занимаешься болтовней с этим полоумным священником, – с отвращением сказал Пат. – Ты только посмотри на это существо!

– Это Себастьян, – заметила она. – Его зовут Себастьян.

– Ну, посмотри на него. Посмотри на большие промежутки между пальцами ног. Господи, у него перепончатые ноги.

Безмолвно плача, Конни оперлась на кроватку.

– Ладно, ладно, извини, – сказал Пат. – Я скажу сестре Ортен, чтобы ее кто-нибудь подменил, и утром мы поедем в Анкрамдейл.

– Пат, не могли бы мы взять с собой Себастьяна? Он любит природу, и Семья захочет его увидеть.

Лицо Пата перекосила гримаса отвращения: