Чтение онлайн

Потом часовой отпустил нас, и в его мягком, вежливом тоне я уловил скрытое недовольство: ведь наверняка кто-то заставил бронтомехов обезуметь, и черта с два это был аморф…

Когда мы уходили, между скалами шло судно — первый из морских комбайнов. Невозможно судить о размерах корабля, когда не меньше трех четвертей его находится под водой, но выглядел он огромным. Обтекаемая рулевая рубка возвышалась над поверхностью, а по огромным волнам можно было судить о том, где начинается и где кончается судно.

На следующее утро я шел к домику Баркера, когда в кармане у меня засигналила телегазета. Я вынул приемник и увидел на экране угловатое лицо Алтеи Гант. Наступило раннее лето; было тепло, и я присел на ближайшую ограду, чтобы узнать, что, черт возьми, она хочет сказать. Рядом остановились несколько прохожих, заглядывая мне через плечо.

— Эта передача предназначена только для поселка Риверсайд, — не слишком любезно отчеканила мисс Гант, — и она транслируется только на этот район так что если вы рассчитываете на рекламу ваших ночных преступлений, то ни черта не получите. Пора понять, что Организация вложила в вашу планету средства, которые собирается защищать, и кучка диссидентствующих колонистов рядом с нами — пигмеи. Прошлой ночью группа хулиганов перерезала линию электропередач на блэкстоуновской сельскохозяйственной опытной станции. Пока налаживали электроснабжение, кто-то вмешался в управление бронтомехами, что привело к их уничтожению. Так вот, один человек не смог бы это сделать — я думаю, участвовало двадцать ваших, если не больше. Я хочу, чтобы вы осознали следующее. Мы можем запросто устроить блокаду, то есть прекратить снабжение продуктами питания, топливом для вашей электростанции, запчастями к вашей технике — короче, всем необходимым. Мы доведем вас до первобытного состояния — попробуйте только еще хоть раз выкинуть что-нибудь в этом роде. Вы попытаетесь прокормиться с помощью гнилых сетей и самодельных выдолбленных каноэ, а мы займем поселок и конфискуем вашу землю, на что у нас есть все права.

Так что вы, детки, выбираете? — спросила Алтея Гант, презрительно глядя на нас. — Сотрудничество… или медленную смерть?

Я сунул приемник обратно в карман. Зрители разошлись. Улица неожиданно опустела. Из моего кармана вновь послышался сигнал; я снова вытащил приемник. Опять появилось лицо Алтеи Гант.

— Эта передача предназначена только для поселка Риверсайд, — чеканила она. — И она транслируется только на этот район…

Надо полагать, они повторят передачу еще много раз, пока Организация не сочтет, что до Риверсайда дошли ее слова…

На неофициальном совещании в домике Мортимора Баркера присутствовали мы с Сюзанной как непосредственные участники проекта кругосветки, миссис Эрншоу с Верноном Трейлом как представители Потомков пионеров и Том Минти с Марком Суиндоном от Комитета поселка.

— Я могу лишь сожалеть о действиях этих безумцев, из-за которых весь проект оказался под угрозой, — начал Баркер.

Он стоял, большой и могучий, в маленькой гостиной, попыхивая вонючей сигарой, а остальные сидели и смотрели на него. В этом ракурсе его щеки напоминали дирижабли.

— А почему вы смотрите на меня? — спросил молодой Минти.

— Слушай, ты, умник! — прогремел Баркер. — В поселке не так много людей, способных устроить подобную диверсию. И все они твои приятели Не думай, что я не знаю, кто пытался испортить открытие регаты нелепым чучелом Хедерингтона. Я тебе вот что скажу; наша работа — да и сама жизнь — зависит от того, сумеем ли мы прославить Аркадию. Этого не достичь бессмысленным разрушением! — Бессознательно Баркер встал в позу. Он уставился взглядом в точку, находящуюся в метре над головой Минти, и расправил плечи. — Путь Организации, хоть и непопулярный в некоторых отношениях — единственный путь.

— Вы — лицо заинтересованное, — холодно бросил Минти. — Вы не хотите сказать, сколько вам платят сверх стандартной ставки?

Баркер аж побагровел от гнева, а миссис Эрншоу выпалила:

— Так это ты придумал то идиотское чучело, Том?

— Братья, братья, — безнадежно твердил Трейл.

Марк Суиндон встретил мой взгляд и пожал плечами. Собрание началось дурно.

Потом Минти атаковал и миссис Эрншоу, поскольку она владела небольшим участком земли к югу от поселка. Трейл бросился на защиту дамы, и его кадык ходил вверх и вниз, пока он выкрикивал тонким голосом возражения. Мы с Суиндоном отмалчивались. В конце концов обвинения и контробвинения прекратились в интересах собрания. Том Минти отрекся от всяческих связей со Свободолюбивыми гражданами, и, когда мы устали и начали впадать в состояние апатии, Морт Баркер напомнил о цели собрания — планах по поводу церемонии отплытия.

Подобные пикировки стали типичными для той неопределенности, которая охватила Риверсайд в последующие недели — вплоть до дня отплытия. По существу, возникли три фракции.

В первую вошли те, кого устраивало сотрудничество с Организацией, включая меня, Ральфа Стренга, Морта Баркера. Я отнес к ней также совершенно аполитичную Сюзанну. На периферии этой группы находились Джейн и Марк Суиндоны. Несмотря на споры Марка с Организацией по вопросу о морских комбайнах, он считал хедерингтоновский путь единственно возможным в настоящий момент. Марк стоял на позиции здравого смысла, и с ним соглашались многие колонисты, включая влиятельного Энрико Бателли.

Вторая фракция нервно выжидала, не желая, с одной стороны, раздражать радикалов и в то же время опасаясь потерять собственность при репрессиях Организации. В число «сидящих на заборе» входили Потомки пионеров, возглавляемые миссис Эрншоу. Эзра Блейк и другие собственники, включая рыбаков, состояли в непрочном союзе с этой разношерстной компанией, в которую вошло большинство жителей. Они не выступали открыто против Организации, но выдвигали такие заговорщические планы, как бартерный пул, к которому теперь присоединились почти все.

И в-третьих, мы имели Сумасшедших героев, известных также как Свободолюбивые граждане. Члены этой группы были неизвестны, но она могла включать многих колеблющихся из второй фракции. Я подозревал, что Том Минти являлся там лидером; в таком случае, его друзья Билл Йонг и Джим Спарк входили в их ряды. Там же, вероятно, пребывал и Чиль Каа.

Ситуация была опасной. Одно неверное движение со стороны Организации, например, массовая конфискация собственности — и «сидящие на заборе» могли превратиться в оголтелых Свободолюбивых. Тогда началось бы черт знает что.

В такой атмосфере неуверенности продолжалась подготовка к Великому Плаванию.

— Разумеется, я понимаю, что Стренг не может подняться на катамаран, который спустили пять минут назад, и тут же отправиться вокруг света, сказал Мортимор Баркер. — Я говорю о том, что мы должны создать такое впечатление у Галактики. «Аркадянин Монкриф» соскальзывает на воду, отважный капитан прыгает на борт, берет штурвал, отплывает в закат — и с Богом. Неужели это так трудно?

Он нервничал. Мы все нервничали.