Ботаничка
Шрифт:
— Ни в коем случае, — слегка покривил душой Серый. — Ты валилась с ног. Не запланированные исследования аномальных зон, иногда именно так и заканчиваются. Но редко, чаще человек или пропадает, или умирает. В тебе силушка не мерянная. Как так получилось, что пока тебя никто не вычислил и не инициировал?
— Заткнись, пожалуйста, — вежливо попросила Анна, примериваясь, чем бы огреть гостя. — Такое утро было хорошее, а ты все испортил.
— Страшно вчера было?
— Откуда ты знаешь, что было и чего не было?
— Так страшно или нет?
— Нет. Странно. Я провалилась сквозь дырочку в земле и оказалась на берегу океана. Там мальчишка бежал с кокосом в руках. Страшненький такой.
— Как вернулась?
— Меня Виктор выдернул оттуда, сказал, я начала таять как мороженое.
— Стихийный проход, причем невероятной силы, — констатировал Сергей. — Надеюсь, ты туда насовсем не собираешься?
— Не знаю. Только если тут особо сильно достанут. Там, как бы сказать… безмятежно.
Сергей переодевался, не озаботившись, смотрит она или нет: скинул пижамку в которой спал, натянул костюм «Нутридана», обернулся.
— Не хочется, но пора выпускать нашу ведьму.
— Эк ты о близкой женщине, — подковырнула Анна.
— Необходимость, — совершенно серьезно отозвался Сергей и вышел.
Елена вылетела из комнаты, будто дожидалась под дверью.
— Сволочь!
Она резво побежала к выходу. Серый догнал, но ведьма уже была по ту сторону калитки. Единственное касание…
Ее кто-то звал! Елену будто несло в сторону леса. Серый повел носом. Оттуда тянуло очень неприятным, почти смертельным.
Силуэт черного зверя возник из отдельных фрагментов и утвердился, давая кое-какое понимание происходящего. Те, кто отправил сюда Елену, похоже, использовал бедную ведьмочку втемную. Сейчас ее требовал к себе хозяин. Он, кстати, был одним из тех, кто сошелся в схватке на памятной поляне, и, если так, кто-то из Верхней конторы должен присутствовать в непосредственной близости. И Серый готов откусить себе палец, если это не доктор. Другое дело, зачем они сюда припожаловали?
Анна сидела на кухне и за обе щеки уплетала хлеб с тушенкой. Серый налил себе чаю, тоже отломил от сильно убавившегося каравая, присел рядом.
— Несколько дней назад, — начал он осторожно, чтобы не поломать хрупкого перемирия, — ты ночевала в лесу. Мне Елена сказала, что ты пришла только под утро. Так?
— Угу, — кивнула Анна, проглотила, вытерла губы салфеткой и заявила. — Пока ты мне не скажешь, кто ты и что тебе надо, я буду молчать.
Что он терял? Да ничего! Вчера, когда нес ее на руках, а потом укладывал, всплыло и определилось как истина: она чистая. Скорее всего, ее тоже использовали втемную, но на любой порыв, — вдруг ее тоже позовут, — он будет рядом. Он теперь постоянно будет рядом. Он удержит, а если понадобится отобьет ее у любого. Не любого, — поправил себя Серый. Тут оказались замешаны такие силы, что бросаться такими обещаниями даже самому себе не стоило.
Скажи прямо: ты хочешь ее уберечь не важно от чего, просто, чтобы она осталась такой как сейчас — чистой, наивной, прозорливой до умопомрачения и ершистой. Ты просто ее хочешь.
— Я не могу тебе рассказать, кто я. Это опасно в первую очередь для тебя, ну и для меня, конечно. Если ты откажешься мне помочь, я в конце концов сам во всем разберусь, да только боюсь время будет упущено. Могу сказать определенно: ты сюда попала не случайно, и можешь стать проводником несчастья. Если сейчас не разберемся, я не смогу тебе помочь.
— Дежавю, да и только. Не так давно, мне тоже пытались помочь, вот колечко с собой дали, перед тем как сюда отправить. Скажи, ты пришел за ним? Просто скажи.
— Нет. У меня другая задача.
— Какая? — потребовала Анна.
Серый решился.
— В твоей лаборатории стоял древний агрегат. Это копия, сделанная лет четыреста назад по земным меркам. Он не работает. Мастер, который его изготовил, не знал, как настраивается система линз. Но судя по тому, что в обслуге тут бегают деревянные, настоящий прибор где-тог рядом. Он мне нужен.
— Для чего?
— Уничтожить. Такие артефакты не имеют право на существование.
— Ты сам так решил?
— Нет. Мня послали его найти и забрать, но, если такой возможности не будет, я обязан его уничтожить на месте… чего бы это ни стоило.
— Тебя послали из «Нутридана»?
— Нет. Прости, я уже наговорил много больше, чем имею права. Повторяю — это опасно в первую очередь для тебя.
Серый видел, как в ней борются недоверие и надежда. Бедная девочка, она тут как одинокий солдатик в темноте, который знает, что вот-вот последует нападение, но не представляет с какой стороны его ждать.
— Елена твоя помощница? — вдруг спросила Анна.
— Нет. Обычная ведьма. Ее сюда послали, следить за тобой. Но ты-то вообще ничего не знаешь!
— Так объясни!
— Похоже, я случайно влез в чужую игру. Я не понимаю, что происходит, и какие силы за этим стоят. Сегодня Елену позвали хозяева. Она скоро вернется. Может быть тогда наступит какая-то ясность. Не опоздать бы.
— На территории базы, за домом в рощице стоит маленькое строение, — наконец решилась Анна. — Оптический преобразователь скорее всего там. Мне Виктор рассказал, как их туда водили, якобы фотографировать, ну, и все что после этого происходило. С нами в вертолете летели пятеро рабочих. Они все стали деревьями. Двое сломались в бурю.
— Кол оттуда?
— Виктор принес.
— Он станет помогать?
— Он к берегине ходил, просил, чтобы вернула его в люди или убила.
— Тут еще и берегиня есть?
— Есть русалки и бесы, есть парочка влюбленных утопленников, есть Борька, который меня от бесей спас. Но есть и аномалия, которая разворачивается по нарастающей. Тут биохимия взбесилась. А еще все ждут купальскую ночь.
— Цветок папоротника искать? Во, бред!
— Раз в год именно этой полночью бьет ключ. Кто его найдет — тому не знаю… жизнь, счастье, богатство? Никто не знает, где он прорежется. Люди и не люди уходят в ночь и не возвращаются.