Чтение онлайн

Джоанна резко мотнула головой.

– Ты ничего не смыслишь в подобных делах, сестра. – Прошу прощения, Ваше Королевское Величество, но вы заблуждаетесь насчет моих познаний. Вы забыли, что со мной поступили сходным образом.

– Но наша матушка вовремя выручила тебя, не так ли? Она заняла твое место. – Король непристойно хихикнул.

– Вы находите это забавным, Генрих?

– К несчастью, забавного тут мало. Она с твоим бывшим женихом причиняют нам головную боль, вымогая приданое. Правда, Губерт утверждает, что не все уж так плохо, потому что матушке легче убедить Лузиньяна выступить на моей стороне против Франции, чем бы это сделала ты.

– Значит, что бы ни делалось, все к лучшему, – произнесла Джоанна с мрачной иронией. – А почему вы с Губертом так торопитесь сбыть с рук Элеонор?

– Потому что, сестрица, она давно обещана Уильяму Маршалу. Тебе известно, как влиятельна эта семья. Его отец помог мне стать королем. Он и Губерт всегда были рядом и поддерживали меня, и если бы старик Маршал не умер, то и сейчас он был бы первым среди моих советников.

– Но сын не всегда проявлял подобную верность. Я не права?

– Права. Но именно поэтому ему отдают Элеонор.

– В награду за измену?

– Выбирай выражения, сестра. Ты же сама королева, тебе ли не знать, как вершатся государственные дела. Если брак в интересах страны, то пусть он будет заключен.

– Несомненно, и вы скоро женитесь в интересах страны.

– Несомненно, – сказал Генрих.

– Но все-таки за вами будет последнее слово. Вы сможете выбирать, а Элеонор нет!

– Элеонор еще дитя.

– Об этом я и толкую. Обязателен ли ее брак? Нельзя ли отложить его?

– Ни в коем случае. Уильям Маршал заявил, что настало время нам выполнить свои обещания.

– Был ли он женат прежде?

– Да, на Алис, дочери Балдуина де Бетьюи. Она была совсем крошкой.

– Кажется, он отдает предпочтение малолетним невестам.

– Пойми, Джоанна, такие браки заключаются неспроста, а ради общей выгоды. На то существуют веские причины.

– Веские причины на то, чтобы забыть о чувствах, о взаимном расположении новобрачных, не так ли?

– Неужели ты набралась таких мыслей в Шотландии? Меня удивляет Александр.

– Я живу своим умом. И делаю собственные выводы из того, что вижу.

– Тогда будь благоразумна. Элеонор попадет в хорошие руки. О ней будут заботиться. И она обеспечит нам лояльность Уильяма Маршала.

– А почему именно Элеонор отдают этому человеку?

– По необходимости. Маршал сделал предложение дочери Роберта Брюса, а это было бы несчастьем для Англии. Тот, кто проявил себя как сторонник французов, еще приобрел бы влияние в Шотландии, и тогда…

– Понимаю. Итак, Элеонор спасает Англию.

– Да. Не дуйся на меня, сестрица, и приободрись. Вскоре ты опять нас покинешь. Так давай повеселимся напоследок. У нас есть чему радоваться. Матушка обрела счастье с Лузиньяном, ты – в Шотландии, а Элеонор пристроена под крыло могучего Маршала.

– Вам, Ваше Величество, предстоит еще продать Ричарда и Изабеллу. Вы уже выставили их на торги?

– Скоро наступит и их черед, – улыбнулся Генрих.

– А твой, мой коронованный брат?

– И мой, – сухо ответил Генрих, уловив нотку непочтительности в тоне сестры. – Теперь я вынужден тебя покинуть и заняться более важными делами.

Джоанна посмотрела вслед удаляющемуся королю.

Кто он, ее брат? Действительно ли король или марионетка в ярмарочном балагане, где за ниточки дергает Губерт де Бург, который чем-то испугал ее, когда она впервые увидела его при дворе?

Губерт де Бург уже давно ждал аудиенции у короля. Все, казалось бы, складывалось в его пользу, но то, что ему неизменно выпадали счастливые карты почему-то тревожило его.

Государственный муж, достигший таких, как он, высот, должен бы спокойно относиться к затеваемым против него интригам. А он, мужчина в зрелом возрасте, горячился, как мальчишка.

Он знал, что все кому не лень злобно шепчутся за его спиной. Его давний враг Питер де Роше, епископ Винчестерский, хоть и набрал воды в рот после мятежа, все же молча подбрасывает хворост в разгорающийся костер. Битва между ними продолжается и закончится лишь с уходом на тот свет одного из них.

У Губерта была только одна возможность выиграть сражение – сохранить благосклонное расположение к себе короля. У него не было знатных родственников, чье древнее и прославленное имя, как у Уильяма Маршала, могло оградить его от королевской немилости. Старый Уильям Маршал, первый граф Пембрук, заслужил своей преданностью короне вечную благодарность английского народа и короля. Второй граф Уильям-младший был личностью таинственной. Его намерения никто не мог разгадать, даже самые ловкие подосланные к нему шпионы.

Молодой Маршал утверждал, что поддерживал высадившихся на берега Англии французов исключительно из любви к родине, чтобы избавить страну от безумного тирана, которым вдруг стал «оборотень». Это говорил Уильям Маршал сейчас, когда французы были изгнаны и на престол сел, причем без его помощи, новый король.

А если ветер подует опять не в ту сторону? Чего ждать от молодого Маршала?

Надо было бы сомнительного верноподданного обезглавить, повесить или удушить потихоньку, но как это сделать, когда за ним стоит могущественный древний род и репутация его прославленного папаши? Только приковать его к себе тоненькой серебряной цепочкой, женив на крошке Элеонор, приблизить к королевской семье и удовлетворить его тайные похотливые желания.

Как должно ему польстить после женитьбы, что он станет шурином короля. Он будет зачислен в список возможных, пусть это и невероятно, но законных претендентов на престол – и войдет в «ближний круг» монарха.

Губерт де Бург хотя и был против, но не посмел противиться. Он сам, сочетавшись браком с сестрой шотландского короля Александра, вошел в число «Божьих избранников», и ему по ночам стала сниться корона – неважно какая, но главное, что перед ним, мелким дворянином, герцоги обнажали головы и опускались на колени…