Чтение онлайн

– Келемвар, если ты не собирался помогать, тогда зачем вообще здесь появился? – Аватары богини снова принялись заделывать трещину.

– Я пришел, чтобы рассказать тебе…

Келемвар собирался произнести дальше «как Кайрик довел Адона до сумасшествия», но слова застряли у него в горле. Он мысленно снова увидел себя перед зеркалом, в котором отражался покрытый смолой воин с сосульками на глазах.

– О чем? – Не поднимая головы, Мистра высыпала пригоршню пепла в расщелину. – Ты хотел мне что-то рассказать?

Келемвар закрыл глаза, сам точно не понимая почему – то ли от стыда, то ли от печали.

– Я пришел сообщить тебе, что мне нужно отыскать Зейла. – Он вытянул меч и принялся шарить им в раскаленной лаве вокруг себя, – Я кое-что должен у него узнать.

Мистра нахмурилась:

– А в своем собственном городе ты не мог этого сделать?

– Слишком долго ждать. – Келемвар продолжал шарить в лаве, тщательно стараясь не глядеть на богиню Магии. – Зейлу придется пройти долгий путь, прежде чем его душа перестанет гореть, а мне нужно поговорить с ним прямо сейчас.

Мистра швырнула пригоршню золы в Келемвара:

– Тогда действуй быстро. Я не собираюсь ждать. Мне нужно скорее запечатать расщелину.

Келемвар попятился и возобновил поиски. Прошло несколько минут, прежде чем он вытянул меч из расплавленного камня и поднял его перед собой. На кончике меча танцевало, извиваясь и треща, кроваво-красное пламя.

– Зейл Претолиус!

Пламя крутанулось на мече Келемвара, перестало завывать и чуть пригасло.

– Повелитель Смерти.

– Зейл Претолиус, почему ты позволил своему врагу затянуть себя в эту расщелину? Почему ты вцепился в меч, когда мог отпустить эфес и спастись?

– Потому… что… хотел… остановить убийцу.

Слова Зейлу давались с огромным усилием и болью.

– Но ты видел, что смерть неминуема и ты все равно не справишься. Так почему же ты продолжал цепляться за меч?

– Смерти… нечего бояться. – Полыхающая голова Зейла склонилась к мечу. – Храбрец при жизни… обязательно будет награжден в смерти.

– Но ведь ты Неверный! Кто вознаградит тебя?

Впервые Зейл поднял голову:

– Ты… лорд Келемвар! Я доверяю твоей справедливости… больше, чем любому другому богу… который требует лести и подношений.

Келемвар был поражен настолько, что ушел по плечи в кипящую лаву.

– Неужели Кайрик прав? – Его голова едва виднелась над краем расщелины. – Неужели я чересчур справедлив?

Только в эту секунду Келемвар оценил безграничную хитрость Единственного и Вездесущего. Чтобы завоевать Фаэрун, Кайрику нужно было лишь отойти в сторону, ничего не делая. Половину работы сделает богиня Магии, отобрав магическую материю у любой силы, вредившей ее дорогим последователям, а Талое Разрушитель и Повелитель Битв Темпос, как и Предвестница Ночи Шара, начнут терять силы, как и число своих подданных. Остальное доделает Келемвар, обращающийся с душами благородных людей с такой добротой, что многие отвернутся от своих богов и доверятся его справедливости.

Но самым важным было то, что храбрые и мужественные люди потеряют страх перед смертью и начнут по-глупому жертвовать собой, как поступил Зейл. В Фаэруне останутся одни трусы и подлецы. А когда это произойдет, когда все остальные боги потеряют силу из-за справедливых Келемвара и Мистры, тогда Единственный отбросит личину сумасшедшего и призовет к себе всех подонков, а прочие боги будут изгнаны из его мира.

Все это Келемвар осознал в одну секунду и понял, что план Кайрика начал осуществляться. Тем не менее, он отказывался признать, что последнее время своими деяниями играл на руку Единственному. По своей глупости, он верил, что каждый человек стремится быть храбрым и благородным, а еще Келемвар не понимал, что, защищая беспомощных, потворствует лени и праздности, а тем, что сочувственно относится к мертвым, делает жизнь еще более невыносимой.

На спину Келемвара обрушился горячий пепел. Еще один поток ударил спереди, покрыв его кольчугу шипящими бусинами расплавленного камня.

– Если ты закончил свои расспросы, то мне нужно спасать деревню.

– Я узнал, что нужно, но, боюсь, дело еще далеко до завершения. – Келемвар опустил лезвие меча, вернув Зейла в лаву. – Мне жаль, что тебе предстоит долгий и болезненный путь.

– А как же… решится моя судьба? – Фигура Зейла начала расплавляться в лаве. – Что меня ждет… в Городе Мертвых?

– Это я узнаю, только когда ты туда доберешься.

Келемвар спрятал меч в ножны, погруженные в лаву и вытянул себя из расщелины. Его кольчуга раскалилась добела, с тела скатывались потоки лавы, но Повелитель Смерти едва это замечал. Он оставался равнодушными к ожогам, как к любой боли, он опасался лишь вызвать недовольство Мистры.

Храм Кайрика полностью исчез, растворившись в растекшейся лаве. Только три маленьких язычка расплавленного камня обогнули заграждение Мистры и вытекли на Высокую Дорогу. Келемвар убедился, что они поглотят всего несколько первых лачуг, прежде чем застынут. Повелитель Смерти мог бы остановить эти потоки одним лишь мысленным приказом, но он отвернулся и поднял руку, вытянув палец.

– Авнер.

Высоко в темном небе появился темнокрылый силуэт серафима, который сделал круг и спланировал вниз, как огромный стервятник. Его крылья были чернее ночи, а потому скорее напоминали тени, и сам он был весь затянут с ног до головы в кожаные доспехи, отполированные до блеска. Он держал в руках лук длиной с его тело, с двойным изгибом для прочности и золоченой тетивой. На одном бедре у него висел колчан с прозрачными стрелами, а на другом поблескивала кривая сабля без ножен. Он оглядел Келемвара и опустился на вытянутый палец бога как на насест.

– По вашему приказу, лорд Келемвар. – Глаза серафима, лишенные зрачков и сетчатки, были похожи на два стальных шарика такого же серого цвета. – Готов служить.

– Тебе представится такая возможность, мой серафим. Ступай наблюдать, как по всему Фаэруну умирают люди. Когда насчитаешь десять тысяч десять смертей, вернешься в Хрустальный Шпиль и расскажешь мне, что видел.

– Как скажете, Повелитель Смерти.

Мистра приблизилась к Келемвару:

– Красивый гонец, Повелитель Смерти. Он что, предвестник твоего вновь обретенного безразличия к беспомощным?