Айя
Шрифт:
— Похотью, Орайя Сиа, меня тоже не удивить… — прошептала она и открыла свои глаза.
Орайя замер, будто только сейчас осознал, что делает. Словно, не понимал он, что происходит, будто был далеко отсюда, там, где никто не видел их двоих. И само осознание, что именно похоть может затмевать его взор, не просто отрезвило зрячего. Это заставило его усомниться в собственной сдержанности и самоконтроле.
— Тебе по-прежнему нечего мне сказать? — спокойно спросил он.
— Нет.
Орайя тихо поднялся с кровати и переместился на свою койку. Больше он ничего не говорил. Она тоже молчала. Орайя закрыл свои глаза, мысленно возвращаясь к тому, что делал несколько минут назад. Он все еще ощущал аромат ее кожи… Он все еще хотел прикасаться к ней…
Глава 9
Айрин подорвалась с кровати и побежала в туалет. Ее выворачивало на изнанку и она знала, почему. Сердце продолжало мерно биться, хотя руки тряслись так, как никогда. Проведя в туалете минут двадцать, она, наконец, вышла и направилась в ванную.
Когда в дверь настойчиво постучал Йори и попросил ее немного ускориться, Айрин поняла, что все уже проснулись. Дрожь в ладонях она смогла унять и, взглянув на себя в зеркало, подняла подбородок и улыбнулась одной из своих надменных улыбок. Айрин Белови презирала любую слабость, а свою собственную — больше остальных.
Когда Айрин вышла из ванной, Йори стоял у самой двери, постукивая босыми пальцами о холодный пол.
— Свободно, — произнесла сайкаирянка и направилась к столу, за которым сидела поникшая Айя.
— Вы обнаружили других? — поинтересовалась Данфейт, глядя на сестру, как всегда излучающую уверенность и спокойствие.
— Троих, — ответила Айрин, глядя на Айю. — Все — дети.
— И как же Вы… — прошептала Эрика.
— Она показывала, а Райвен убивал, — пояснила Айрин и, замерев на мгновение, снисходительно улыбнулась. — В этом нет твоей вины. Просто, они прикинулись детьми.
— Или мы прикинулись, что убиваем взрослых, — прошептала Айя и, поднявшись из-за стола, направилась к своей кровати.
— Не тебе одной тошно от этого!
— Тебе тошно? Это я показывала на них пальцем. Ты лишь стояла за его спиной и смотрела!
— Думаешь, так просто смотреть на это?
— Поэтому он и выбрал тебя. Знал, наверное, кем они могут оказаться…
— Хочешь сказать, что он взял меня с собой, потому что я — бездушна?
— Ты сама охарактеризовала себя этим словом. Наверное, ты даже более бездушна, чем он.
— Если ты о Райвене — то у него действительно нет души!
— Думаешь? Лучше уж стрелять, чем смотреть со стороны, перекладывая ответственность на других. Я — показываю, он — убивает, а ты — наблюдаешь, будто тебя все это не касается.
Айрин развернулась и, прищурившись, посмотрела в глаза деревийки, изгибая губы в ожесточенную улыбку.
— По-моему, ты немного напряжена. Не пора ли тебе принимать лекарство? Не волнуйся, ты и дальше можешь «баловаться», пока мы будем делать то, что от нас требуется, и молчать при этом!
Айя засмеялась. Как много пафоса в ее речи…
Айрин, так же, как и все остальные, молча смотрела на Айю. Ее тихий смех начал перерастать в хохот, да такой надрывный, что не понятно стало, радостно ей на самом деле или…
Айя накинула на себя байку и, спрятав голову под капюшон, направилась к выходу из отсека.
— Куда собралась? — не поняла Айрин.
— К дилеру! Ломать начинает! — словно плевок, бросила Айя и скрылась в коридоре.
— Твою мать! — прошипела Айрин. — Ее так просто не прошибешь!
— А ты собиралась это сделать? — не поняла Данфейт.
— Странно, но наркоманку она не похожа, — покачала головой Айрин.
— Это были не наркотики, — ответила сестра. — Сильнодействующее снотворное, чтобы отключаться.
— Не знала, что она страдает бессонницей.
— Она — провидец. И мы предполагаем, что с помощью препарата она стимулирует свой дар.
— И когда Вы поняли это?
— Он понял, — ответила Данфейт, кивая головой в сторону Орайи, лежащего на своей кровати.
Айрин развернулась на стуле и внимательно посмотрела на друга.
— И когда ты собираешься вывести ее на откровенный разговор и узнать, наконец, что она делает здесь?
Орайя сделал вид, что обращались не к нему.
— Понятно… — протянула Айрин. — Как всегда, самая грязная работа достается именно мне!
Айрин поднялась с кровати и, достав сумку Айи из-под кровати, вывернула все содержимое на стол.
— Ты что делаешь? — возмутилась Данфейт.
— Не беспокойтесь. Пострадает моя совесть, а не ваша.
— Так нельзя!
— Где нельзя? Здесь?! Плевать мне на этические нормы и принципы! Одни вправе притворяться детьми, другие — убивать их! А я вот шарю по чужим шмоткам. Извини, но это преступление — самое безобидное из всех!
Айрин начала перебирать вещи Айи. Нижнее белье, одежда, пустая коробка из-под снотворного, наушник беспроводной сети, туалетные принадлежности, даже прокладки. Рука потянулась к чему-то блестящему и Айрин ухватилась за пластиковую карточку с номером банковского счета.
— Она совсем безмозглая. Кто оставляет такие вещи в сумке?
Приглядевшись к номеру, Айрин хмыкнула.
— Именная, будь она неладна. Знаете, какое имя? Не поверите! — захохотала Айрин. — «Творец». У нее точно не все дома! А, ну-ка!
Айрин метнулась к кровати девушки и вытянула из-под одеяла ее планшетник.
— Ты не посмеешь, — покачала головой Данфейт.
— И кто остановит меня? Ты? Может быть, Кимао? Или Орайя?! Чего молчите! Всем хочется узнать, что она там малюет! И я — не исключение!