Ашер 7
Шрифт:
«Кар! Кар!» Бертрам, этот наш ворон-мотылек, встретил нас у лестницы, отчаянно махая крыльями. Вид у него был панический, будто за ним гналась сама смерть.
«Бертрам?» — крикнул Мило Найтли, один из братьев-работяг. — «Где Энджи?»
«Кар!» — снова каркнул пернатый паникер и, ковыляя, повел нас в одну из спален. Похоже, дело дрянь. Сердце неприятно екнуло.
«Это же комната Энни…» — пробормотал Сет, с лица которого, кажется, разом сошли все краски. Побледнел, как полотно.
«А-а-а-а!» — снова этот душераздирающий вопль, теперь уже с балкона той самой комнаты. Мы с Сетом, не сговариваясь, рванули вперед, клинки наизготовку. Адреналин уже стучал в висках, кулаки сами сжимались.
Только вот врага-то никакого не видать. Вместо него на полу корчилась Энджи, судорожно сжимая что-то в руке. Картина, скажу я вам, не для слабонервных — ее тело изгибалось в неестественных позах, глаза были широко раскрыты от ужаса.
«Энджи!» — заорал Мило, пытаясь прорваться к ней мимо Риты и своего брата Ноя Найтли. Этот парень, похоже, к ней неровно дышит, аж трясся весь.
«Стой, не лезь! Ей явно что-то мозги крутит», — Шелли, моя жена, кивнула на хреновину, зажатую в руке Энджи. Глаза у нее были серьезные, значит, дело действительно плохо. Я доверял ее чутью.
«Ада и мадам Брайт уже идут», — сообщила Иди, приложив ладони к стене. Прямо как локатор какой-то, ей-богу. Чувствует, видать, магические потоки или еще какую чертовщину.
Я прищурился, пытаясь разглядеть предмет сквозь ее стиснутые пальцы: «Что там у нее в руке-то?»
«Похоже на… зеркальце обычное, ручное», — ответила Шелли. Только вот от обычного зеркальца так не корчатся, это уж точно.
«А-а-а-а!» — Энджи снова закричала, и ее аж дугой выгнуло над полом. Зрелище то еще, смотреть больно.
«Хватит ждать, помрет же!» — я убрал меч в ножны — рубить тут было некого — и рванул к этой… женщине-какаду. Черт, надо было как-то по-другому ее называть, но сейчас не до того. Главное — помочь.
«Н-не надо!» — ахнула Иди и тут же осела на колени. Что с ней-то стряслось? Побледнела, как смерть.
«Да она ж так загнется!» — Я рванулся вырывать эту дрянь из стальной хватки женщины-птицы. Но тут же отдернул руку — рукоятка этой штуковины обожгла ладонь, как раскаленная сковородка. «Бляха-муха!» Руку свело от боли, кожа покраснела.
«Макс!» — Ада, наша магичка, вдруг протиснулась сквозь толпу. «Надо эту штуку убрать, пока она не добралась до цели! Энджи — просто помеха на пути Пророка!»
Я мельком глянул назад: Иди прижималась к Шелли, лицо пепельное, глаза закатились, одни белки видны. Выглядела она хреново, если честно. Видимо, эта проклятая вещица и на нее влияла.
«Как?» — повернулся я к Аде, этой нашей «женщине-козе» — уж больно у нее рожки характерные, — которая тем временем внимательно разглядывала злополучное зеркальце.
«Сет, помоги ее держать!» — скомандовала Ада, и Сет тут же опустился на колено, прижимая плечи Энджи к полу. Та билась в его руках, как раненая птица. — «Макс, покажи правую руку».
«Эту?» — я протянул ей правую ладонью вверх, пошевелил пальцами. И тут этот мой странный шрам от проклятия, похожий на змею, обвившую предплечье, будто зашевелился, потеплел. Неприятное ощущение, скажу я вам, будто что-то чужеродное ожило под кожей.
«Ты уже подцепил злое проклятие, и оно, как ни странно, сделало тебя сильнее», — пояснила Ада. «У тебя больше всех шансов эту гадость обезвредить. Я сейчас защиту на твою руку поставлю, а потом попробуешь отобрать у нее эту штуку».
«Добро, я готов», — кивнул я и протянул руку. Давай, колдуй, пока не поздно. Каждая секунда была на счету.
Ада закрыла глаза, быстро потерла ладони — и между ними вспыхнуло ярко-красное сияние, теплое и пульсирующее. Потом она развела руки, и свет собрался в шар. В этот шар я и сунул свою ладонь. Ощутил, как энергия окутывает кисть, создавая какой-то барьер.
«Отбирай!» — приказала Ада. Глаза у нее сверкали, как опалы в полумраке. «Эту дрянь надо остановить!»
«А-а-а-а-а!» — снова заорала Энджи, ее голос срывался на хрип. Я левой рукой перехватил ее бьющуюся руку, а своей светящейся правой вцепился в зеркало и рванул изо всех сил. Металл был ледяным, несмотря на ожог, который я получил ранее. «О-о-ой, больно!» — простонала она, ее пальцы отчаянно пытались удержать артефакт.
«Знаю, терпи», — прорычал я, напрягая все мышцы, и наконец выдрал эту гадость у нее из пальцев. Зеркальце в моей руке вибрировало, источая холод.
«В воздух его, Макс, быстро!» — крикнула Ада, и я, не раздумывая, подкинул зеркальце вверх.
Зеркальце вместе с этим светящимся пузырем на моей руке взмыло вверх и замерло в воздухе — Ада взяла его под контроль своими чарами. Я потряс рукой, пытаясь избавиться от ощущения, будто в пальцы вонзились тысячи иголок. Покалывало знатно, но защитный барьер, похоже, сработал.
«Энджи?» — позвал я, опускаясь рядом и осторожно беря ее лицо в ладони. Кожа была холодной и липкой от пота. «Ты как, жива?»
«Я…» — она вздрогнула и зажмурилась. Глаза полны слез. Похоже, досталось ей крепко. Она вся дрожала.
«Энджи!» — Мило Найтли наконец-то прорвался сквозь Риту и Ноя и рухнул на колени рядом с ней. Видно было, как он за нее переживает, лицо его исказилось от беспокойства.
Она ничего не ответила, только повернулась к этому… человеку-еноту, Мило то есть, вцепилась в его плотницкий жилет — наверняка крепкий, судя по его рукам, — и уткнулась лицом ему в грудь, сотрясаясь от рыданий. Ну, хоть какая-то поддержка, и то хорошо.
«Сет, помоги мне с рунами», — скомандовала Ада, отходя подальше от нас вместе с этим проклятым зеркальцем, которое все еще висело в воздухе, окруженное ее магией. Сет, естественно, тут же поднялся и последовал за ней.
«Где она тут?» — голос мадам Брайт, нашей целительницы, раздался со стороны балкона. Я обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как в дверном проеме показались сначала ее огромные уши-локаторы — ну прямо как у летучей мыши, — а потом и сама знахарка. Она всегда появлялась в самый нужный момент.