Чтение онлайн

Голос вдовы вернул его в настоящее:

– Холодный справился с той задачей?

Марк мрачно усмехнулся:

– На день раньше, чем обещал.

Ольга Старкова вновь неторопливо приблизилась и встала у него за спиной.

– А вы бы с ней справились?

– Тогда? Нет.

– А сейчас?

Очень приятные духи. Не оборачиваясь, Марк пришел к выводу, что она старше его лет на пять. Кого-то такое отталкивает, но известное дело – мир наш полнится дураками.

Он спокойно повернулся и присел на край стола.

– А сейчас, думаю, настала моя очередь спрашивать.

Глаза Ольги сузились:

– Вы ничем мне не помогли.

– Вы так и не попросили помощи, – развел руками Марк. – Спроси вы меня, считаю ли я Холодного Наполеоном-переростком, я бы ответил. Спроси вы, думаю ли я, что он бесталанен, плохо работает или нечестен с клиентами, я ответил бы. А если бы вы спросили, стал бы я иметь с ним какие-то отношения, помимо рабочих, и не полагаю ли я, случаем, что от этого скользкого, тихушного и умеренно психопатичного куска дерьма можно ждать любой гадости – я бы ответил и на это. Но вы не спросили.

– По всей видимости, теперь спрашивать и не требуется, – помолчав, тихо заметила Ольга.

– По всей видимости – нет.

– Что ж, тогда задавайте свои вопросы.

Старкова в первый раз с начала встречи затянулась ингалятором, отошла от Марка, налила себе еще кофе, вернулась за стол и села. Чтобы видеть ее, Марку пришлось слезть со столешницы, и он в сотый раз пожалел, что не переоделся. Как можно чего-то добиваться от людей, будучи в старых джинсах и вельветовой рубашке?

– Чем именно занимался ваш муж? В деловом плане?

– Я не в курсе подробностей. У него было несколько бизнесов. Строительство, транспорт, связь. Пара экологических проектов.

– Научные разработки?

Ольга слегка сдвинула брови.

– В последние несколько лет – да. Он расстался со многими из своих предприятий, это была довольно неожиданная продажа, если даже не сказать – не взвешенная, учитывая рыночную ситуацию. Хотя Язепс никогда не принимал не взвешенных решений. Взамен он выкупил контрольные пакеты нескольких предприятий в Швейцарии, Индии и Норвегии. Притом что раньше, насколько я могла судить, эта тема его слабо интересовала.

– А потом заинтересовало – что именно?

Женщина откинулась на спинку, держа чашечку на весу.

– Вы совсем не понимаете Язепса, да? Не представляете себе его?

Марк чуть недипломатично не ляпнул: «А должен?», но смолчал.

– Мы были женаты одиннадцать лет, но, знаете, я тоже не могу этим похвастать, – проговорила Ольга, глядя в чашку.

Быстро прикинув в уме, Марк пришел к выводу, что Старков женился в возрасте восьмидесяти одного года. Какая завидная энергия.

– Он помнил еще старый мир. Мир с оружием. С полетами на орбиту. Как по-вашему, чем определяется стиль действий большинства людей? В жизни вообще, я имею в виду, в отношении к ней. – Вдова не сводила взгляда с кофейной гущи на дне, погруженная в свои мысли или воспоминания, так что Марк не стал утруждаться ответом. – Тем, что мы рожаем и растим потомство. И я не про потомство вида, не про связь поколений, а про собственных, кровно родных, генетически близких к нам детей. Лично у вас их может не быть. Но вы подсознательно помните о самой возможности. Вы живете с этим пониманием: я – чей-то ребенок, когда-нибудь у меня будет свой ребенок. Ведь так?

На этот раз Ольга подняла на него глаза, и Марку пришлось издать некий звук, который можно было толковать как угодно. В действительности он никогда об этом не задумывался и вообще мало интересовался поднятой – с чего это, кстати? – темой.

– Именно поэтому мы позволяем себе тянуть время, – продолжила Ольга. – Убивать время. Упускать. И это не об одном человеке, не об отдельно взятом характере – так делает большинство. Живет в воображаемом будущем с мыслью «это я сделаю потом». А ведь и вы, ретривер, говорили, что будущего нет. Если бы твое потомство не было привязано именно к тебе, если бы обезличенный молодняк выращивали где-нибудь на фабриках, никто бы не осмелился жить в ожидании поезда, который, конечно же, обязательно придет – и тогда-то уж все начнется по-настоящему. Тебя расслабляет подспудная мысль о детях, которые будут «жить лучше нас», успеют больше и что-то там продолжат, что даже и не думал начинать ты. – Женщина усмехнулась. – Забавно то, что иногда в этом поезде в будущее оказываются и твои планы на детей. Парадокс.

– И Язепс?.. – в наступившей за этим тишине подтолкнул ее Марк.

– Иногда мне казалось, что в некоторых вопросах мир для него и остался старым, – медленно произнесла Ольга. – Вооруженным. Готовым лететь черт знает в какой космос – и черт знает зачем. – Вдова искривила губы и покачала головой. – Его, к примеру, очень интересовали такие, как вы.

– Ретриверы? – Марк слабо пожал плечами. – Мы многих интересуем. Это нормально.

– Нет, – отрезала Ольга. – Многие вас просто боятся. А ему было интересно по-настоящему. Уверена: если бы вашим умениям можно было учить и учиться, он бы уже основал несколько университетов. В этом было отличие Язепса от большинства. В том числе – от меня. Он никогда не ждал поезда, понимаете?

Марк ничего не имел против метафор, но решительно не понимал, как все это связано с его вопросом о бизнесе Старкова.

– Вы хотите сказать, что и в делах…

Ольга не дала ему договорить:

– О его делах мне не известно практически ничего. Язепс был не из тех, кто приходит с работы и вываливает все, что там с ним происходило, на домашних. Во-первых, он в каком-то смысле не приходил с работы вообще. Во-вторых, у него была такая, знаете, фасеточная нервная система: каждый участок занят чем-то своим. Ну и потом… – Старкова наклонилась вперед, ставя пустую чашку на стол. – Не думаю, что он женился для того, чтобы было с кем обсудить свои дела.

– А для чего он женился? – все-таки не удержался и брякнул Марк.

Ольга бросила на него долгий взгляд. Вообще-то последней репликой Марк думал разъярить ее – самую чуточку, – чтобы заставить сказать ему хоть что-нибудь, поскольку пока толку от откровений вдовы было с гулькин нос. Только не похоже, чтобы она разозлилась.

– Верите ли, сама задаю себе этот вопрос. – Она медленно потянула в себя горячий пар и выпустила тонкую красивую струйку, пахнущую лавром и ежевикой. – Думаю, ему просто захотелось… немного чего-то нормального. Жена, ребенок, собака. Елка на новый год. Как-то так.

У Марка уже начинала ныть спина, но присесть в кабинете было решительно негде: пара стульев стояла по обе стороны от двери, но кричать оттуда было бы глупо, а волочь тяжелую мебель из ценных пород дерева до стола Старковой он решительно не собирался. К тому же беседа, судя по всему, зашла в тупик. Видимо, Старкова на самом деле была плохо осведомлена о делах мужа, и Марк просто не знал, о чем бы еще спросить.

– Почему у вас плохие отношения с его внучкой? – наугад поинтересовался он.